Читать онлайн «Предки богов. Затерянная цивилизация Лемурии». Страница 11

Еще одно сходство, при всех различиях между этими двумя местами (одно индустриальное, другое сельскохозяйственное), — в колоссальном масштабе обоих проектов. Двести пятьдесят миллионов тонн намагниченного базальта в Нан Мадоле нетрудно сопоставить со 100 000 акров первоначальных посевных площадей в Банау. Если в том и другом случае речь идет об одном и том же обществе, их взаимно дополняющие функции становятся более ясными. Примерно 5000 лег назад филиппинские рисовые террасы были настоящей житницей страны, способной прокормить огромное население, но уязвимой, особенно опасными для нее были частые и опустошительные циклоны. Для защиты сельских угодий великой цивилизации тот же инженерный гений, который мог составить проект рисовых террас Банау, построил станцию контроля над погодой на Каролинских островах.

Очевидно, что она больше не функционирует, поскольку тайфуны продолжают терзать западные области Тихого океана, включая Филиппины. В ноябре 2004 года один из таких тайфунов ворвался на Лусон и погубил 4000 человек, большинство из которых стали жертвами оползней. В наши дни лишь призрачный свет над каменными башнями и стенами свидетельствует о том, что давно не используемая тектоническая энергия по-прежнему активна в окрестностях Понпея. В конце концов, Нан Мадол превращен в руины, башни высотой 40–50 футов наполовину разрушены, большая часть сооружений Инсару демонтирована более 100 лет назад. Хотя их предназначение выглядит достаточно ясным, точный механизм действия остается неизвестным. Не имея эквивалента современным источникам энергии, их создатели могли пользоваться тысячами электрических угрей как «искрой зажигания» для инициации гораздо более мощных электромагнитных процессов. Фрагменты сгоревших угрей, иногда счищаемые с камней Нан Мадола, вопреки предположениям археологов, могут быть не остатками трапезы из печи Сауделеура, а тем, что оставалось после взрыва при энергетических перегрузках, неизбежно возникавших во время взаимодействия с мощными тропическими штормами. Неудивительно, что туземмцы до сих пор называют Нан Мадол «Домом Смерти».

«Первый и самый очевидный вопрос, который следует задать о Нан Мадоле: зачем было возводить 92 искусственных острова? — спрашивает исследователь аномальных явлений Уильям Корлисс. — У понпеян было достаточно суши для жилья. Мы не можем дать ответ на этот вопрос, поэтому должны отметить незначительную аномалию». Наверное, эта аномалия не так уж незначительна, если рукотворные острова были компонентами доисторического электромагнитного комплекса, не имевшего аналогов в других частях света. Древняя технология, более высокоразвитая, чем наша, на крошечном островке в западной части Тихого океана, далеко отстоящем от традиционных центров цивилизации, — это слишком много даже для тех, кто идет нетрадиционным путем в науке. Они могут возразить, что любое общество, достигшее таких высот материальной культуры, должно было развиваться в течение многих столетий, чему нет доказательств. Однако Нан Мадол и Инсару связаны с плантациями Банау своим стратегическим положением в зоне формирования тропических штормов. По сути дела, эти три колоссальных памятника представляют более чем достаточно свидетельств существования погибшей цивилизации, лидеры которой хорошо понимали законы природы и пользовались ими, чтобы кормить миллионы людей и защищать свои сельскохозяйственные центры от стихийных бедствий. У.С. Серве, автор классического труда «Лемурия: пропавший континент в Тихом океане», должно быть, имел в виду грандиозные рисовые террасы в Лусоне, когда писал, что «лемурийцы обладали такими познаниями в области ботаники, что сельское хозяйство было для них открытой книгой».

Все это не имеет аналогий с любой другой древней культурой, известной па Земле, но дает нам представление или позволяет предполагать, какой была затонувшая тихоокеанская прародина. Если история этого легендарного места действительно восходит к доледниковой эпохе, его жители имели в своем распоряжения столетия или даже тысячелетия, необходимые для долговременного развития. Как считает Джеймс Черчвард, ведущий исследователь в этой области начала XX века, «ко времени разрушения континента My, которое произошло примерно за 10 000 лет до н. э., достижения наук, которыми они пользовались, были итогом более чем 100 000 лет непрерывного развития». Сто тысяч лет предварительной истории — это слишком много даже для лемурийцев, несмотря на грандиозный размах их строительных проектов. Так или иначе, в прошлом люди не были более учеными или невежественными, чем теперь. Тогда, как и сейчас, каждое поколение рождало своих гениев. При наличии необходимых стимулов и большего времени, чем известно нашей цивилизации, что могло помешать им продвинуться по технологическому пути дальше, чем нам?

Серве выдвигает следующее обоснованное предположение:

«Лемурийцы переросли древние верования, которые их первобытные предки могли иметь относительно бурь и землетрясений, катаклизмов и разрушительных сил, насылаемых злыми духами или любящим божеством, выражающим свой гнев. Они рассматривали все природные процессы как созидательные, хотя временами разрушительные, и считали их законами эволюции, созданными любящим божеством в начале времен. Я уже упоминал, что научные знания были религией лемурийцев. Основополагающий принцип их жизненной философии заключался в том, что бог, или создатель всего сущего, открыл человеку все знания, необходимые для развития и восхождения к тому уровню понимания, которое доступно богу. Таким образом, приобретение знаний считалось священным, духовным занятием, к росту знаний относились с почтением, а не рассматривали его как коммерческое предприятие».

«Летающий дракон», призванный Олосопой и Олосипой в туземном мифе, был аллегорией, отражавшей воспоминания невежественных людей об использованных лемурийцами высокоразвитых строительных технологиях при создании Нан Мадола. Предки нынешних пон-пеян могли быть свидетелями практического применение эйнштейновской теории объединенного поля, когда огромные базальтовые валуны двигались по воздуху и вставали на место благодаря резонансу на частоте гравитационного поля; во всяком случае, физики XXI века считают это теоретически возможным.

После завершения силовые установки в Нан Мадоле и Инсару ожидали начала метеодрамы в небесах. Когда первый тропический шторм зародился в атмосфере между Понпеем и Косрой, его электромагнитное поле вступило в контакт с миллионами тонн призматического базальта, собранными на обоих островах. Ослепительные электрические дуги протянулись от земли до неба, вызвав короткое замыкание в электромагнитном ядре бури. Лишенные этого природного генератора, облака пролились дождем и рассеялись, не причинив ущерба. Земледельцы, работавшие на рисовых полях далекого Банау, могли спокойно собирать урожай, не опасаясь тайфунов. Сельское хозяйство было спасено наукой.

Интерпретация археологических свидетельств на Каролинских островах как высоких технологий не лишена опоры в туземных преданиях. В 2200 милях к юго-востоку, на уединенном островке Вао из группы Новых Гебрид, есть ряд стоячих камней, воздвигнутых древними людьми, в изобилии обладавшими маной, духовной силой. Доисторические монолиты высечены из андезита, кристаллической горной породы с высоким содержанием кварца, способной обеспечивать такой же пьезоэлектрический эффект, как и намагниченный базальт Нан Мадола. Чайлдрес цитирует археологов из Американского музея естественной истории в Нью-Йорке, отмечавших, что стоячие камни на острове Вао «относились к ритуалам предков и использовались для связанной с погодой магии, считалось, что они воплощают духов, ею управляющих». Местные жители, несомненно, сохранили частичку памяти о первоначальной цели, для которой предназначались андезитовые колонны.

Если методы сооружения энергетических комплексов на Понпее и Косре остаются не вполне понятными, источник базальта представляет еще большую загадку. «Руины Лелу в Инсару содержат по меньшей мере несколько миллионов тонн камня», — полагает Чайлдрес. На самом деле, гораздо больше, комплекс был частично демонтирован в 1900 году. Местные проводники указывают на скальные выходы на южной оконечности острова, в местечке Утве, где вроде бы добывали строительный камень. «Однако в Утве нет никаких признаков заброшенной каменоломни, — пишет Чайлдрес, — а количество использованного материала так огромно, что для этого пришлось бы разобрать и увезти все местные скалы».

Такая же проблема в Нан Мадоле. Его создатели предположительно добывали строительный материал в Со-кех-Рок в окрестностях Колонии, а также на западной стороне острова. Но ни в одном из этих мест нет признаков интенсивных работ — во всяком случае, достаточно масштабных для добычи 250 миллионов тонн базальта. Для этого понадобилось бы срыть до основания целую гору. Более того, гористый ландшафт Понпея, густо заросший тропическими джунглями, препятствовал наземной доставке камня на другую сторону острова, где сооружалась силовая установка. Как отмечалось ранее, транспортировка двадцатипятитонных базальтовых блоков на плотах вдоль побережья к месту строительства была практически невозможна, если только Сауделеуры не располагали сверхмощным грузовым судном в дополнение к другим образцам высоких технологий.