Читать онлайн «Древние цивилизации». Страница 141

«Случилось во время вечернее, что задумалась я и стала размышлять, какую же жизнь себе избирать… Мой отец жил в кротости, и целомудрии, и скромности доброй, но я подумала и о другом, что не было никаких радостей в жизни отца, и что он провел ее в болезнях и мучениях, так что зачах и умер в страдании. И даже земля не захотела принять его тела. Если он был хорош пред Богом в своей жизни, то почему же он принял все эти муки? Но, сказала я себе, разве не хороша была жизнь моей матери?! Так почему бы и мне не предаться блуду, и нечистоте, и скверне тела? Ибо моя мать не упускала никакого дела дурного, чтобы не сделать его, пребывая всегда здоровой, причем она спокойно отошла от этой жизни. Буду же поступать, как поступала и моя мать. И я, несчастная, решилась, было, жить дурной жизнью». Как правило, дети идут той же стезей, что и родители. Но, к счастью для этой девушки, ей приснился вещий сон. Во сне же ей объявился некто со страшным ликом, с громовым голосом. Ангел (вероятно, то был он) вопрошал ее, почему она решила встать на путь греха и позора. Затем он повел ее за собой и показал мать, «горящую в пламени», в геенне огненной. В другом же, святом месте, среди зеленых садов и плодовых деревьев, обитал отец, который обнял ее и посоветовал: «Пребывай в благих делах». Так просто и быстро блаженная девственница исцелилась от всех ее соблазнов – и стала святой. Если церкви порой и удавалось исцелять «блаженных девственниц» от грехов плотских желаний, то перед наукой стояла и стоит, думается, гораздо более трудная миссия – исцелить людей от грехов незнания.

Первыми поисковиками и грабителями предметов древности были сами же египтяне… Недавно обнаружен папирус, где рассказывается о судебном процессе против разорителя гробниц, ограбившего гробницу Рамсеса II. Процесс состоялся 3145 лет тому назад! Один из похитителей сокровищ признался судьям под пыткой: «Мы проникли в помещения и увидели, что там покоится царица… Мы открыли их гробы, мы сняли покровы, в которых они покоились. Мы нашли божественную мумию этого царя… На шее его было великое множество амулетов и украшений из золота. Голова его была покрыта золотой маской. Священная мумия была вся украшена золотом. Покровы ее были вышиты серебром и золотом изнутри и снаружи и украшены всевозможными драгоценными камнями. Мы сорвали золото, которое нашли на священной мумии этого бога, все его амулеты, украшения, висевшие у него на шее, а также покровы, в которых он покоился».

Египетский обелиск в Риме. Обелиск Фламиния

Нашли они, как уже сказано, и жену фараона, сорвали с нее все и унесли утварь, которую нашли в гробницах. А там были сосуды из золота, серебра и бронзы. Все золото, найденное на мумиях богов, амулеты, украшения и оставшиеся покровы они поделили. Таких случаев не счесть. О том, что гробницы служили постоянным и вожделенным источником доходов для грабителей, говорят частые перезахоронения праха. Так, в царствование Сиамона, преемника Амонемопета, тела фараонов Рамсеса I, Сети I и Рамсеса II были взяты из гробницы Сети и перезахоронены в гробнице царицы Инхапи, а спустя несколько лет были спешно перенесены в место последнего упокоения, древнюю и, видимо, неиспользованную гробницу Аменхотепа I, что вблизи храма Дейр-эль-Бахри. Там они пролежали непотревоженными около 3000 лет, пока в 1871–1872 годах фиванские потомки древних расхитителей гробниц, о преследовании которых говорилось во времена Рамсеса IX, не открыли вновь этого места. Тогда-то и началось новое ограбление.

Сосуд для хранения ценностей

На широкую ногу поставили вывоз памятников из Египта римские цезари. С целью украшения Вечного города они вывезли из Египта не менее 50 обелисков. При Августе в Рим перевезли из Гелиополя несколько обелисков. Один из них император Калигула водрузил в цирке. Со временем обелиск переместили на площадь перед собором Св. Петра, где он ныне и находится. Камни из Египта высятся на Piazza del Popolo и Monte Citorio. При посещении Вечного города даже может создаться впечатление, что и весь Рим собран из египетских древностей. Может, дело в том, что Египет и Рим стоят рядом в воображении людей, для которых уже и девятнадцатый век нашей эры бог знает какая «немыслимая древность».

Величественные строения и гробницы разрушало время или же попросту заносили пески. Пример тому древняя столица Египта Мемфис (Менноф-Ра). Некогда процветавший город превратился ныне в нагромождение руин, груду каких-то древних обломков, подобных неприметной свалке. Как известно, развитие Александрии привело к оттоку населения из Мемфиса и, как следствие, к его неизбежному упадку. Похоже, истории угодно было осуществить мрачное предсказание Иеремии: «Мемфис будет превращен в пустыню, разорен и покинут жителями».

Фигура Аменофиса III и его супруги, царицы Туйи. Каирский музей

И для христиан, появившихся в первые века новой эры, и для мусульман, вторгшихся в страну в VII веке, памятники оставались языческими идолами. Храмы приспосабливали под жилье, превращали в христианские церкви или попросту оставляли. С благочестивым варварством монахи «преследовали ложных богов вплоть до их убежищ, разбивая статуи, искажая барельефы, раздробляя надписи». В Дендера они закоптили потолок, в Луксоре превратили преддверие святилища в церковь, покрыли штукатуркой рельефы Аменхотепа III. При императоре Феодосии, когда Египет принадлежал Византийской империи, по ряду оценок, в стране было уничтожено порядка 14 тысяч памятников древности. Хотя в отличие от христиан, мусульманские правители Египта и не ставили целью уничтожение «капищ язычников», огромное число памятников было все же ими разобрано на камни для строительства. Прежде дело обстояло иначе. Сфинкса или храм Птаха по приказу фараонов очищали от песков и реконструировали. Откапывали их и европейцы.

Блочная статуя Иаму Нех в музее Луксора

Отметим лишь некоторые из крупных открытий. В 1813 году швейцарец Иоганн Буркхардт, добравшись до Абу-Симбела, установил место, где находился храм Нефертари. На некотором расстоянии от него заметил верхушки статуй, стоявших у входа в святилище Рамсеса II, занесенные песком. «Я думаю, если расчистить песок, можно найти большой храм». Искатели хорошо знали им цену. «Страсть к древностям… разрушила то, что пощадили столетия». Интерес к истории и сокровищам древних постоянно подпитывался рыночной ценностью этого «товара». Поэтому и прикладывалось столько усилий для транспортировки огромных статуй по суше и по морю. Фактически вывоз стал залогом их сохранности – в самом Египте пару веков тому назад до древностей никому не было дела.

Карстен Нибур в арабском костюме

Не является секретом то, что в Египте было разграблено немало уникальных гробниц и захоронений (гробницы Рамсеса II, Аменхотепа II). Потери несли не только от грабителей. По словам А. Морэ, исламисты (турки) продолжали уничтожать бесценные реликвии. Ими изуродован Сфинкс, хотя были мусульмане-ученые (типа Абд эль-Латифа), которые им восхищались. Властители Египта, турки, не понимали ценности того, что им подвластно. Бельцони вспоминал, как Халиль-бей, правитель Верхнего Египта, спрашивал его: «Зачем вы вывозите наши камни, разве в Европе их не хватает?» Бельцони невразумительно ответил: мол, дело в том, что камни в Египте «более качественные». Фирман на раскопки был получен. Судьбы иных колекций удивительны. После того как в Египте в конце 1834 года на берегу озера Эзбекьях был основан музей, вскоре перемещенный в Цитадель Каира, события приняли неожиданный поворот. Во время посещения Каира в 1855 году австрийский эрцгерцог Максимилиан увидел экспозицию предметов и попросил Аббаса-пашу, хедива Египта, подарить ему кое-что из собранных тут древностей. Реакция турецкого вельможи была совершенно неожиданной. Он предложил тому забрать все содержимое комнаты. Так, в силу абсолютнейшего невежества и непонимания значимости искусств турецким вельможей первая колекция раритетов из Древнего Египта оказалась в Австрии, в Вене.

Нам остается напомнить имена тех, кто сделал для читателя доступными сокровища… «Молчат гробницы, мумии и кости, – лишь слову жизнь дана» (И. Бунин). Первыми исследователями египетской письменности были античные ученые: Пифагор, Гелланик Митиленский, Херемон из Навкратиса, Гермапион и др. Этим же интересовались Клемент Александрийский и египетский жрец-маг Хораполло. Позже К. Нибур срисовал доступные ему иероглифические надписи. Вначале это занятие вызывало у него лишь «отвращение и скуку». Но вскоре «иероглифы стали мне настолько знакомы, что я их смог срисовывать как буквенное письмо, и работа эта стала доставлять мне удовольствие». Большие знаки были символами, тогда как более мелкие несли ясные черты алфавитных букв. Число иероглифов было относительно невелико. Это значило, что египетская письменность не могла быть целиком идеографической. Важнейшие догадки Нибура и приблизили разгадку тайны египетской письменности.