Читать онлайн «Сексуальность в цивилизации: социогенез сексуальности». Страница 105

4. Действенность сексуального воспитания зависит от уровня подготовки и личности самого преподавателя, его отношения к изучаемым проблемам и степени компетентности. В то же время большую роль играет дидактический материал, наличие учебников, книг и пособий.

5. Знания по проблемам пола педагоги получают в высших учебных заведениях, на специальных курсах, которые создаются органами просвещения (Дания, Швеция, Польша, Великобритания, ФРГ, ЧССР) или добровольными организациями, либо самостоятельно. Совместно с ними сексуальным воспитанием занимаются врачи, психологи, социальные работники, медицинские сестры и др.

Опыт зарубежных стран и инициатива ученых подтолкнули к тому, что в 1983 году в советских школах были введены учебные курсы, которые завуалировано назывались «Основы советской семьи и семейного воспитания», «Этика и психология семейной жизни», что нередко уводило внимание в сторону от сути самого процесса полового воспитания. Зато энтузиасты из числа безусловных специалистов в области гигиены и психологии пола получили возможность массовых выступлений с лекциями и беседами от общества «Знание», а также по линии отделов пропаганды и агитации обкомов, горкомов КПСС и ВЛКСМ. Эта работа активно велась вплоть до распада Союза и постепенно была практически полностью прекращена в новой России.

Одним из стимулов в пользу реставрации системы полового воспитания стало появление Указа Президента Российской Федерации от 19 июля 1996 года «О возрождении и развитии философского, клинического и прикладного психоанализа». На основании этого документа и разработки проекта Федеральных законов о репродуктивных правах граждан, а также о насилии в семье, стало возможным проведение эксперимента Министерством образования РФ по внедрению альтернативных программ сексуального образования с 1-го по 11-й класс. Но этот эксперимент провалился в связи со скандальной реакцией политической оппозиции этим инновациям в лице правящей тогда в Думе КПРФ, объединившейся с РПЦ, и раздувшими досадные промахи в проведении тестирования учащихся. Тогда на местах были перепутаны анкеты второго и девятого классов и анкеты мальчиков и девочек, что вызвало естественное возмущение родителей и требования свернуть эксперименты в этой области. Эти тенденции были подхвачены маргинальными клерикальными организациями, призывавшими к погромам офисов участвующих в эксперименте организаций и физической расправе с посланниками Антихриста. Кроме того, вопрос массового внедрения этих программ упирался в отсутствие апробированных методических материалов для педагогов, учебных пособий для школьников и отсутствие подготовленных кадров. В 1996 году Российская Академия Образования под давлением этих деструктивных сил приняла решение прекратить любые формы сексуального образования в школах и ситуация не менялась с тех пор.

Сегодня Евросоюз вступает в эпоху единых социальных стандартов, и сексуальное образование становится обязательным во всех странах. Более того, обязательное сексуальное образование должно быть введено во всех странах, подписавших «Европейскую социальную хартию». Все эти данные резко контрастируют с фактическим «топтанием на месте» образовательных проектов в этой области, как в СССР, так и Российской Федерации. В России оно изначально имело декларативный характер, когда с трибун звучали слова о необходимости подобного воспитания, реально же проблема была отдана на откуп энтузиастам (без экономических и финансовых субсидий, без организационной и материальной помощи и т. д.).

По мнению Ирины Журавлевой (2011) в настоящее время сколько-нибудь продуманная система полового воспитания детей и подростков в нашей стране отсутствует. Попытки внедрения полового просвещения в середине 90-х годов закончились полным провалом с политической и клерикальной подоплекой. На провальных для себя выборах 1999 года КПРФ провозгласила остановку проекта сексуального просвещения российских школьников своим главным социально-политическим достижением. Церковь объявила, что единственное и лучшее средство от СПИДа, беременностей и венерических болезней – православная мораль. Страна была отброшена в этом вопросе на 20 лет назад. «Карательные» меры в связи с этим надолго отбили желание у министерских чиновников что-либо предпринимать в сфере полового просвещения. Возможно, именно отсутствие нормального полового просвещения на фоне быстро меняющегося образа жизни россиян стало причиной резкого ухудшения репродуктивного здоровья подростков, то есть тех, кому предстоит дать жизнь следующему поколению россиян. За последнее десятилетие общая заболеваемость подростков в России выросла в 3,5 раза больше, чем у взрослых, заболеваемость болезнями репродуктивной сферы увеличилась у подростков в 5—7 раз, а венерическими, например сифилисом, – в 34 раза. Никто не ответил за эти грубейшие просчеты в социальной политике, и организаторы позорной травли специалистов по-прежнему восседают в высоких чиновничьих и депутатских креслах.

Несколько лет назад депутатами Мосгордумы была выдвинута законодательная инициатива о передаче всех полномочий по сексуальному образованию подростков семье. Никто и никогда не оспаривал роли семьи в воспитании несовершеннолетних детей. Все моральные нормы и нравственные начала личности закладываются именно в семье, но реальные исследования показывают, что семья сама не готова к реализации всех задач сексуального образования. Во-первых, далеко не все родители обладают необходимыми знаниями и навыками ведения дискуссий с взрослеющими детьми. Во-вторых, образ жизни некоторых родителей делает бессмысленными любые их призывы к добру и святости, адресованные живым свидетелям, переживающим фазу юношеского максимализма. В-третьих, разговоры на сексуальные темы с детьми противоположного пола создает неуместное сексуальное напряжение, ведущее к полной утрате их педагогической эффективности. Несмотря на это, родители считают, что заниматься половым просвещением подростков должны, прежде всего, именно они (80,3% ответов), затем врачи-специалисты (62,9%) и школа (41,7%). На самостоятельность школьника в этом вопросе родители надеются меньше всего – 4,5% ответов (в сравнении с 60,8% соответствующего ответа подростков о себе). Таким образом, родители отводят себе главную роль в сексуальном воспитании, а подростки – себе. В то же время сами родители не чувствуют себя уверенно в качестве источника подобной информации.

В аналогичном исследовании в Новосибирске 98% отвечавших родителей выразили желание получить помощь специалиста для бесед со своим ребенком, 44% ответили, что нуждаются в специальной литературе, 19% – в консультации психолога. Такая неподготовленность родителей к беседам о половом воспитании объясняет реальную ситуацию: только 10% опрошенных подростков ответили, что первую информацию по вопросам пола они получили от родителей. Сами подростки вдвое реже (в 39%), чем сами родители (в 71%) отмечают попытки последних говорить с подростками о сексуальном поведении. Это свидетельствует о завышенных представлениях родителей об их роли в половом просвещении своих детей или о непонимании подростками сути подобных разговоров.

Эффективность педагогических воздействий в семье во многом определяется стилем воспитания. Различают рестриктивный (запретительный), пермиссивный (либеральный, разрешительный) и демократический (промежуточный) стили воспитания. Родительская пермиссивность является одновременно реализацией и рациональным обоснованием своей родительской роли. Она разрешает, оправдывает, поощряет и терпимо относится к чрезвычайно широкому спектру занятий, поведения и ценностей ребенка. Предпосылка, лежащая в основе такого рационального обоснования, состоит в том, что дети растут и развиваются путем активного познания окружающего мира. На такой подход к воспитанию ребенка в значительной степени повлияли идеи Фрейда, уделявшего большое внимание инстинктивным потребностям детей.

Рудольф Дрейкурс, ученик Альфреда Адлера, описал демократический метод родительского воспитания: «Распространенная практика предоставления детям неограниченной свободы превратила детей в тиранов, а родителей в рабов. …Четко определяемые ограничения обеспечивают ощущение безопасности и надежности функционирования в рамках социальной структуры». Дрейкурс высказал идею о том, что наилучший способ научить детей представлениям о свободе и ответственности заключается в использовании поощрения, а также – естественных и логических последствий. Детей должен ободрять опыт последствий своего собственного поведения. Он также писал о том, что естественные и логические последствия плохого поведения принципиально отличаются от наказания. То или иное последствие плохого поведения должно организовываться родителем таким образом, чтобы оно выражало правила данной семьи, было непосредственно связано с плохим поведением, не содержало осуждения или упреков ребенка, и относилось к тому, что будет происходить в настоящем и будущем. Таким образом, логическое последствие апеллирует к способности ребенка воспринимать социальные нормы, и не направлено на ограничение его свободы. Более простой из двух составных категорий этого понятия является категория естественных последствий, которая означает, что «воспитатель» по существу ничего не предпринимает, предоставляя индивидууму самому испытать последствия своего поведения, наступающие либо по законам природы, либо по законам общества.