Читать онлайн «Маэстро миф». Страница 116

Некоторые дирижеры считают подъем по общественной лестнице частью своей работы. Если музыкальный директор театра хочет показать ряд грандиозных опер, так зачем же ему сидеть на бесконечных, посвященных сбору средств заседаниях, если он может позвонить закадычному другу, который оплатит сезон одним чеком своей компании? Вопрос о такой «финансовой поддержке» далеко не один уже раз решался посредством переговоров с глазу на глаз между председателем правления оркестра или театра и его дирижером. Аббадо собрал вокруг ЛСО итальянских бизнесменов; Мета прославился умением принуждать Уолл-стрит опустошать, когда Нью-Йоркский филармонический начинал испытывать нехватку наличности, свои кошели. Подлинным специалистом по завязыванию дружбы с людьми богатыми и сильными был, разумеется, Караян, сумевший вовлечь в исполнение своих планов сначала «Сименс», а после «Сони», прилежно обхаживая их председателей. Связи дирижера стали частью его привлекательности, временами более значительной, чем его же музыкальные дарования. Долго бродить по оркестровому миру в поисках музыкального директора, получившего свое место по соображениям отнюдь не музыкальным, не придется.

Это случаи крайние, однако каждый музыкант привносит в создаваемую им музыку свои личные приоритеты. Если талантливый художник вроде Аббадо и Мути тратит время и силы на добывание денег — для своего оркестра или для себя самого, — на музыку у него и того, и другого остается меньше. Тем, кто жалуется на отсутствие духовности в современном исполнительстве, следует лишь поинтересоваться, каким размышлениям отдают дирижеры большую часть своего времени. Фуртвенглер мог окунаться в глубины Брамса, поскольку для него важны были только идеи и чувства, а материальные блага имели значение третьестепенное. Бичем сообщал блеск всему, за что он брался, поскольку жил одним мгновением и частностями не интересовался. Он не знает точно, сказал Бичем во время процесса о неплатежеспособности, есть ли у него сейчас миллион фунтов да и был ли когда-нибудь прежде. Тосканини никогда о деньгах не говорил и на банкетах, устраиваемых банкирами, не появлялся. Все эти люди рьяно искали власти, однако власть требовалась им не для достижения личных выгод.

Как мы уже видели, первым дирижером, построившим корпоративную империю и перенесшим центр тяжести с музыки на свою персону, был Караян. Он мог бы, сказал его ассистент, стать великим генералом или промышленником — просто вышло так, что он стал дирижером. Влияние его можно считать благотворным или губительным — это зависит от точки зрения, но в том, что он изменил весь образ музыкальной жизни и приоритеты многих представителей своей профессии, сомневаться не приходится. В сравнении с посткараяновским дирижером, виртуозно использующим самые разные налоговые и политические структуры, Никиш выглядит неандертальцем, только и умеющим, что исполнять музыку.

Эволюция дирижерства как зеркала развития общества подарила нам, под корыстолюбивый конец тысячелетия, портрет маэстро, обратившегося в корпоративного разбойника и медиа-барона. Образ этот относится не ко всем ведущим дирижерам, но ко многим из них — безусловно. Он будет меняться и дальше — вместе с общественным климатом и, возможно, с очистительными ветрами, которые Аббадо привел за собою в Берлин. В конечном счете, дирижер есть самая гибкая из всех музыкальных тварей, умеющая приспосабливаться к любому повороту событий в мире, независимо от того, клонятся ли они к лучшему или к худшему. «Не понимаю, почему от дирижеров ожидают, что они станут вести себя иначе и даже лучше, чем весь прочий мир» — сказал один прагматичный маэстро.

За двенадцать десятилетий дирижер прошел путь от скромного прислужника композитора до хозяина музыкальной судьбы. Композиторы же, тем временем, стали бедными, как церковные мыши, и такими же тихими. Лютославский, Лигетти, Бёртуистл избавились от финансовых хлопот лишь к середине жизни: благодаря премии Граумайера, составляющей 150 000 долларов, — сумма, которую маэстро зарабатывает за неделю. Дирижеры обратились в отдельный слой общества, численность которого сокращается, а власть растет. Сорок лет назад оркестр без колебаний избавлялся от неугодного ему музыкального директора, зная, что легко найдет ничем не худшего. Ныне оркестр цепляется за дирижера, какие бы дурные отношения с ним ни сложились, из страха, что отыскать другого попросту не удастся. В своей погоне за властью дирижеры захватили позиции, которые остаются пока что неуязвимыми.

История, однако ж, содержит множество предостережений для цепляющихся за власть крошечных меньшинств. Будущее дирижерства, с его финансовом процветанием, нынешним обилием поверхностных интерпретаций и пугающей нехваткой свежей крови, никогда еще не представлялось столь мрачным. Если дела пойдут так и дальше, на заре следующего столетия мы увидим с десяток прославленных во всем мире оркестров с пустующими подиумами. Чтобы уцелеть в качестве живого искусства, концертной музыке придется приспосабливаться к обстоятельствам очень быстро — либо обратившись к произведениям поскромнее, исполняемым не требующими дирижера камерными ансамблями, либо препоручив большинство обязанностей маэстро другим функционерам. Первая скрипка, вместе с коллегами, возглавляющими прочие оркестровые группы, может отобрать у подиума прерогативы интерпретатора — возможность, предзнаменованная движением исполнителей ранней музыки, — а планированием программ оркестра и персональным его составом будет заниматься менеджер или исполнительный директор. В итоге, разъезжающему по свету дирижеру придется довольствоваться ролью простого технического сотрудника, помахивающего палочкой, добиваясь единства оркестра при исполнении тех крупных сочинений, которые лишают оркестрантов возможности видеть и слышать друг друга.

Уже и сейчас концертмейстеры некоторых европейских оркестров наращивают значительные музыкальные мышцы и требуют высокой платы. Менеджеры, подобные Эрнесту Флейшману из Лос-Анджелеса, Джону Уиллану из Лондонского филармонического, двум монополистам, правящим Венской государственной оперой, и триумвирату, руководящему Зальцбургом, обладают большей художественной властью, нежели та, что отведена постоянным музыкальным директорам этих организаций. Еще несколько шагов по этому пути и романтический, прославленный на весь мир дирижер обретет статус эльфа, сидящего не верхушке рождественской елки — украшения, полностью оторванного от реального мира, в котором принимаются жизненно важные решения. Достигнув зенита зримой власти, великий дирижер вымостил путь, ведущий к его же вымиранию.

(если не оговаривается иное, при указании места работы подразумевается пост главного дирижера)

Клаудио АББАДО

род. Милан, 26.VI.1933; учился в Вене у Сваровски; дирижер оркестра «Ла Скала», 1967–1986; художественный директор, «Ла Скала», 1979–1987; Венская государственная опера, 1986-; Премьеры: «Адажио», фрагмент 2-й симфонии Брукнера, реконструкция оперы Шуберта «Фьерабрас»; произведения Ноно, Берио, Мадерна.

Эрнест АНСЕРМЕ

род. Веве, Швейцария, 11.XI.1883; основатель и дирижер Оркестра Романской Швейцарии, 1918–1967; ум. Женева, 20.II.1969. Премьеры: «Сказка о беглом солдате», «Пульчинелла» и «Ренар» Стравинского.

Карел АНЧЕРЛ

род. Тучепи, Богемия, 11.IV.1908; музыкальный директор Пражского радио, 1933–1939; депортирован в Терезин и Бухенвальд, где погибли его жена и родные; дирижер: Национальный театр, 1945–1947; Пражское радио, 1947–1950; главный дир. Чешского филармонического, 1950–1968; после советского вторжения бежал в Канаду, главный дирижер Торонтского симфонического, 1970–1973; ум. Торонто 3.VII.1973.

Николаус АРНОНКУР

род. Берлин, 6.XII.1929; виолончелист Венского симфонического оркестра, 1952–1969; основатель венского ансамбля «Concentus Musicus», 1957.

Владимир АШКЕНАЗИ

род. Горький, СССР, 6.VII.1937; победитель Конкурса Чайковского, Москва, 1963, в том же году эмигрировал; приглашенный дирижер оркестра «Филармониа», Лондон, 1981–1985, Королевский филармонический оркестр, 1986-, Симфонический оркестр Берлинского радио 1991-.

Франц БАЙДЛЕР

род. 1872; жена: Изольда Вагнер 20.XII.1900: дирижер-ассистент в Байроте, 1896–1897 и 1901–1902; дирижер: Москва и Санкт-Петербург, 1902–1905; дирижировал «Кольцом» в Байройте, 1904, «Парсифалем», 1906; уволен Козимой после ссоры по поводу «Зигфрида»; дирижер «Халле-концертов» в Манчестере, 1908; затем вел жизнь бизнесмена; ум. Швейцария, 1930.

(Сэр) Джон (Джованни Баттиста) БАРБИРОЛЛИ

род. Лондон, 2.XII.1899; дирижер: «Ковент-Гарден», 1929–1933; Нью-Йоркский филармонический, 1936–1942; «Халле-Оркестр», Манчестер, 1943–1970, Хьюстонский СО (штат Техас), 1961–1967; жены: (1) Марджори Парри (певица), (2) Эвелин Ротуэлл (гобоистка); ум. Лондон 29.VII.1970. Премьеры: скрипичный концерт и «Симфония-реквием» Бриттена, 7-я и 8-я симфонии Воан-Уильямса.