Читать онлайн «Лекции по культурологии». Страница 108

Собственная природа человека оказалась сверхприродной. Начав с подражания природе в целом, т.е. с почитания её животворящих сил, он не ограничился этим и перешёл к почитанию сверхприродных объектов. Он подражал не природе в целом, а её отдельным частям. Так, он создал орудия труда по подобию своих конечностей. Благодаря этой удивительной способности подражать части, а не целому, созданный им мир не был похож на природу. Но больше всего он не походил на природу пренебрежением к жизни. Ведь жизнь – это когда целое прежде своих частей (органов). Часть не может быть жизнью, пусть даже эта часть и напоминает о жизни, походит на живое. Живое тоже делится, но в границах целого. Человек делит иначе, он просто рассекает, разъединяет и в результате получает мёртвое. Человеческая природа подобна взгляду Медузы Горгоны, который всё живое обращал в камень. Смерть, как что-то абсолютно противостоящее жизни, пришла в природу вместе с культурой, вместе с человеческим действием, суть которого в делении всего на части. После эти части вновь соединяются человеком, но уже механически или хаотически. То же происходит и с человеком. Разделив природу и превратив её в средство, он и сам стал средством.

Итак, началом культуры был культ природы. Уже в культе, как отмечалось выше, была двусмысленность, возможность его конечного ниспровержения. Почитая и принося жертвы, человек возвышался и ожидал жертв себе самому. Когда человек перестал боготворить природу и посмотрел на неё как на средство своего благополучия, её культ был преодолен. Культ природы – это варварское начало культуры, и все более поздние культы являлись возрождением варварства. Вместе с тем ниспровержение культа природы стало началом цивилизации, что было связано с появлением нового культа. Им стало общество, общественные отношения и организации.

Иногда можно встретить мнение, что цивилизация – это культура, достигшая своей зрелости.151 Нам это мнение не представляется точным. Цивилизация – это та же культура, но с иным культом. С возникновением цивилизации произошла смена декораций, поскольку предметом почитания стало общество, которое сменило возведённую до того на пьедестал природу. Является ли обожествление общественных сил более зрелой ступенью развития, чем обожествление природных сил? Любое обожествление, в сущности, остаётся культом, т.е. началом культуры. Прогресс здесь можно видеть лишь в том, что культ общества более близок человеку, чем культ природы, если исходить из убеждения, что вершиной прогресса должно быть обожествление человека. И хотя нетрудно показать, что смена культов в истории культуры есть действительно последовательное приближение человека к самообожествлению, необходимо помнить, что оно было присуще уже варварству. Иными словами, самообожествление неразрывно связано с варварством, и чем больше самообожествления, тем больше в человеке варварства. Цивилизацию с её культом общественных сил можно рассматривать как возросшую степень варварства, как способность человека видеть в природе лишь средство своего существования.

Цивилизации возникали там, где была необходимость в изменении природной среды, но также и возможность этого изменения. Ярким примером могут служить древнеегипетская и древнекитайская цивилизации. Там, где была лишь необходимость, но не было возможности, или наоборот, цивилизации не возникали. Примером могут служить «малые» народности. С возникновением цивилизации не только природа, но и отдельный человек становится средством развития общества. Но что такое цивилизованное общество? Оно представляет собой воссоздание людьми нарушенной целостности природы посредством связи их друг с другом. Общественные связи и целостность общества становятся важнее, весомее отдельных индивидов. Существование отдельного индивида вне общества так же невозможно, как существование отдельного организма вне биосферы. Хотя общество и состоит из индивидов, почитаются не они, а то, что из них создано. Индивиды являются «кирпичиками» общественных организаций, им свойственно отождествлять себя с функцией, которую каждый из них исполняет. Функционер берёт верх над душой в человеке, которую он полностью посвящает общественной организации. В эпоху цивилизации пирамиды строились не только из человеческих тел, но и из душ, которые приносились в жертву обществу. Пирамиды государственной и церковной власти, построенные из человеческих душ, составили «вторую природу».

В цивилизованном обществе люди служат организациям так же самозабвенно, как в эпоху неприкрытого варварства человек служил силам природы. Культ общества означает, что именно в нём люди видят порождающую силу, которой отдельный человек обязан своим существованием. Считается, что не «матьприрода», не родители, а государство, которое называется «родина» или «отечество», производит человека на свет. Причём не имеет особого значения, в какое историческое время существует цивилизация, везде можно наблюдать одинаковое отношение к обществу, на которое люди переносят природные свойства созидания. Особенно заметен такой перенос в империях, где культ общества существовал в форме культа государственной и церковной (в советское время – партийной) идеологии. Вот как говорил известный в своё время биолог и агроном Т.Д. Лысенко: «В нашем Советском Союзе люди не рождаются. Рождаются организмы. А люди у нас делаются – трактористы, мотористы, академики, учёные и т.д. И это безо всякой идеологической чертовщины – генетики с её реакционной теорией наследственности».152

Этот пример показывает, как постепенно происходило сближение научной идеологии с государственной. Служение идеям являлось подлинной религией цивилизаций. То, что идеология тоталитарных режимов и высшие достижения научного познания представляют собой один и тот же культ идей, стало особенно заметно в XX в. Такое совпадение не может быть случайным. Научное познание обусловлено не только объектами природы, но и общественным строем, политическим режимом в обществе. Естествознание – это тоже часть культуры, и оно воспроизводит её свойства. Великий физик XX в. Нильс Бор писал: «При изучении человеческих культур… мы имеем дело с особой проблемой наблюдений, которая при ближайшем рассмотрении обнаруживает много признаков, общих с атомными и психологическими проблемами».153 Писатель B.C. Гроссман тоже отмечал близость науки и идеологии: «Есть ужасное сходство в принципах фашизма с принципами современной физики. Фашизм отказался от понятия отдельной индивидуальности, от понятия «человек» и оперирует огромными совокупностями. Современная физика говорит о больших и меньших вероятиях явлений в тех или иных совокупностях физических индивидуумов. А разве фашизм в своей ужасной механике не основывается на законе квантовой политики, политической вероятности?».154

Культ общества, как и предшествующий ему культ природы, тоже должен быть ниспровергнут. Причина одна – постепенное изменение взгляда на почитаемую ценность, превращение её из цели в средство. Культ превращается в культуру, т.е. в технику овладения им. С помощью техники человек создал искусственную среду обитания, которой отделил себя от когдато обожествляемой природы. Цивилизация явилась как бы облегчённым вариантом развития культуры, которое происходило с заметным ускорением. Если принять время существования современного человека за 50 тыс. лет и сопоставить их с 50 годами жизни отдельного человека, то лишь 10 лет назад он переселился из пещеры в собственное жилище; грамотой он овладел только 5 лет назад; 4 года прошло со времени появления писаных законов общественной жизни; 2,5 года назад человек сформулировал законы логики и механики; 0,5 года прошло с тех пор, как он изобрёл книгопечатание и узнал, что Земля – шар; 2 месяца назад он построил паровую машину, а вскоре узнал об электричестве; месяц назад он построил первый самолет и изобрёл радио; две недели назад он изобрёл телевизор, атомный реактор и электронно-вычислительную машину; десять дней назад он облетел вокруг Земли, а на прошлой неделе впервые побывал на Луне. Ускорение можно наблюдать и в росте численности населения Земли, и в росте числа городов, и в увеличении объёма информации, и в увеличении скорости передвижения. Ускорение стало возможным благодаря хранению и освоению достигнутых образцов культурной деятельности.

Напомним, что культура началась с обряда захоронения. Она развивалась в той мере, в какой человек учился хранить и воспроизводить не данные природой готовые продукты, а свой собственный опыт по их добыче и производству. Этот опыт закреплялся в простейших орудиях труда, в умениях и навыках, которые передавались от поколения к поколению. Хранить образец и следовать ему, а тем самым и воспроизводить его – в этом сущность культурной деятельности. Образец, как и деятельность, построенная в соответствии с ним, не был простым продолжением природных сил. Культура явилась выражением сверхприродных потребностей. Вместе с тем начало культурной деятельности знаменовало разобожествление природы. Человек не надеялся на то, что она обеспечит его всем необходимым для жизни. Будучи средством хранения и воспроизведения самого способа деятельности, культура являлась и средством разобщения человека и природы. Самым простым и универсальным инструментом хранения и воспроизведения опыта стало слово.