Читать онлайн «Древняя Греция». Страница 83

Состоятельные граждане, которые в V в. до н. э. с радостью шли на траты в пользу государства, видя в этом укрепление собственного престижа, теперь уже неохотно принимали назначаемые им полисом литургии, зачастую старались уклониться от них. Для этого они скрывали или занижали размеры своего богатства, иногда переводили земельную собственность, которую трудно было скрыть от сограждан, в деньги.

В эпоху кризиса классического полиса изменилось и отношение к военной службе, которая ранее воспринималась не только как обязанность, но и как священное право каждого гражданина. Среди граждан все меньше находилось желающих терпеть тяготы походов, тем более в условиях, когда войны стали почти постоянными. В связи с этим роль полисного ополчения в войске уменьшилась. Воина-гражданина сменяет воин-наемник. Развитие наемничества стало одной из чрезвычайно ярких черт греческой истории IV в. до н. э. Отряды наемников комплектовались из людей, по какой-либо причине оказавшихся лишними в полисе. Служить родному полису из патриотических соображений эти люди не хотели или не могли, а вот за хорошее жалованье воевали охотно.

Безусловно, наемники, будучи воинами-профессионалами, по своей выучке и боевым качествам превосходили граждан-ополченцев. Но в то же время их, как правило, отличали жестокость, беспринципность, корыстные побуждения и как следствие – готовность продать свои услуги всякому, кто больше заплатит, в том числе даже если при этом потребуется сражаться против своих бывших сограждан. Эти люди сделали войну своей профессией. Большое количество греков-наемников находилось не только в рядах армий различных полисов Эллады, но и на службе у «варварских» правителей, прежде всего у персидского царя и его сатрапов. Даже спартанский царь Агесилай, прославленный полководец, окончил свою жизнь наемным военачальником в Египте. Кстати, вся жизнь наемника вела к утрате полисных «корней» и, безусловно, способствовала выработке космополитической жизненной философии.

Распространение наемничества внесло изменения в организацию военного дела. Все реже на полях сражений выстраиваются гоплитские фаланги, набиравшиеся из воинов-граждан. В начале IV в. до н.э. появился новый род войск– пелтасты (средневооруженная пехота). Снаряжение пелтастов включало небольшой кожаный щит в форме полумесяца – пелту, легкий полотняный панцирь, дротик, ударное копье и длинный меч. Впервые использовал пелтастов афинский полководец Ификрат в Коринфской войне. Отряды пелтастов комплектовались в основном из наемников, отличались большей мобильностью и маневренностью, чем фаланги гоплитов, и в ряде боевых ситуаций (действия на пересеченной местности, штурм укреплений и т. п.) шли впереди фаланги.

Кризис классического полиса проявился и в распаде системы межполисных отношений. Претензии крупнейших полисов на гегемонию в Элладе потерпели крах; практически каждый, даже самый маленький полис всеми силами держался за независимость, и в результате между государствами велись непрерывные войны.

Давая общую характеристику кризиса полисного общества в IV в. до н. э., следует отметить, что кризисные явления поразили всю полисную цивилизацию, сказались на всех ее сторонах. Насколько можно судить, это был не столько кризис упадка и старения, сколько кризис роста. Общество переросло полисные рамки, которые переставали соответствовать новым историческим условиям. Система небольших государств с их гражданскими общинами оказывалась несостоятельной в условиях развития межполисных экономических и политических связей, осознания этнокультурного единства Эллады.

Все указывало на то, что классический полис изжил себя, что необходим переход к новому типу социально-политического объединения людей. Но в реальной жизни каждый полис продолжал отстаивать собственную самостоятельность. Полис как общественный феномен стремился вырваться за свои рамки – и пока не мог этого сделать. Для его жителей были неясны, даже в самых общих чертах, направления и формы грядущего объединения.

Обстановка нестабильности в IV в. до н. э. в ряде греческих полисов вновь породила такое явление, как тиранию, казалось бы, забытую еще в конце архаической эпохи. Удачливые военачальники, зачастую командиры наемников, опираясь на свои отряды, захватывали власть в некоторых государствах Эллады и в ходе своего единоличного правления старались «железной рукой» навести порядок, разрешить существующие противоречия между различными слоями населения. Тиранические режимы этого периода в науке называют Младшей тиранией (чтобы отличать их от Старшей тирании – сходных режимов VII—VI вв. до н. э.). Младшая тирания стала одним из проявлений кризиса классического полиса и в то же время попыткой найти выход из этого кризиса.

Некоторые представители Младшей тирании достигали немалых успехов: судя по всему, их субъективные намерения в значительной мере совпадали с объективными потребностями эпохи. Для их деятельности были характерны объединительные тенденции, попытки распространить свою власть за пределы одного полиса. Это подтверждает, в частности, правление династии тиранов города Ф еры в Фессалии.

Отстававшая по темпам развития от многих регионов греческого мира, Фессалия довольно поздно вышла на историческую арену. Для этой области были характерны преобладание в экономике сельского хозяйства, в особенности скотоводства (здесь выращивали лучших в Греции лошадей), и слабое развитие ремесел и торговых отношений. В Фессалии сохранились архаичные формы зависимости (основной рабочей силой были пенесты – потомки завоеванного местного населения), в социально-политической жизни господствовала аристократия. В государственном отношении область представляла собой крайне неоднородный союз полисов. Периодически аристократы избирали из своей среды тага – главу союза, обладавшего функциями верховного главнокомандующего.

Первым получившим широкую известность тираном полиса Феры был Ясон, пришедший к власти в 80-х годах IV в. до н. э. Укрепляя свое положение, он постепенно подчинил своему влиянию всю Фессалию и в 374 г. до н. э. был избран тагом. Ясон даже претендовал на гегемонию в Греции, подумывал о походе на персов, но в 370 г. до н. э. был убит в результате заговора.

Из преемников Ясона наиболее известен его племянник Александр Ферский (правил в 369—358 II. до н. э.), который также претендовал на власть над всей Фессалией. Он держал под своим контролем ряд фессалийских городов, но при этом вызывал у аристократов неприязнь своей крайней жестокостью и в конце концов тоже стал жертвой заговорщиков.

Еще более могущественным, чем правители Фер, был тиран Сиракуз Дионисий. Достаточно сильными тиранами этого периода были Клеарх в Гераклее Понтийской, Филомел и Ономарх в области Фокида. Все они пытались создать более или менее крупные объединения «надполисного» типа.

Характеризуя тиранические режимы IV в. до н. э., следует отметить, что в большинстве случаев они оказывались непрочными и недолговечными. Младшая тирания не приостановила кризис классического полиса.

Кризис полиса как формы государства вызывал серьезную тревогу у греческих мыслителей, которые предложили в IV в. до н.э. ряд проектов общественного переустройства. Основой большинства таких проектов было укрепление полисного единства и солидарности. Так, философ Платон стал автором двух различных концепций «идеального государства» (в трактатах «Государство» и «Законы»), которые в равной мере предусматривали создание условий, когда в результате полного отказа от демократии и строжайшей регламентации всей жизни граждан правителями и законами станут невозможны внутренние распри. Ученик Платона Аристотель (в трактате «Политика») говорил о необходимости всемерной поддержки государством своей главной опоры – среднего слоя, зажиточных земледельцев.

Существовали и более радикальные проекты: полное обобществление имущества, ликвидация частной собственности, проведение в жизнь коммунистических начал (пародией на подобного рода теории была комедия Аристофана «Женщины в народном собрании»). Нечего и говорить, что все эти проекты были утопическими и невыполнимыми. Главным их пороком следует признать стремление к искусственному сохранению полисных принципов жизни, которые уже не соответствовали изменившимся историческим условиям.

Более реалистичную программу выхода из кризиса предложил оратор Исократ (436—338 до н.э.), понимавший невозможность сохранения замкнутого полисного существования и необходимость преодоления политической раздробленности. Исократ выдвинул идею объединения всей Греции под эгидой какого-либо сильного государства для осуществления священной цели – совместного победоносного похода на Персию. Такой поход не казался чем-то фантастическим: еще в 401 г. до н. э. отряд греческих наемников, входивших в состав войска Кира Младшего, проникнув в самый центр персидской державы, продемонстрировал, что с персами можно успешно бороться на их территории. Идея, развивавшаяся Исократом, получила в антиковедении название панэллинизм.