Читать онлайн «История русской культуры. XIX век». Страница 91

как выводить кофейные пятна, бороться с насекомыми и т. п. Помещалось большое количество рекламы и объявлений.

Характерной чертой нового этапа в развитии отечественной периодической печати являлось появление так называемой мелкой прессы, то есть газет, рассчитанных на малопросвещенные средние слои городского населения. Эти издания носили преимущественно информационно-развлекательный характер, нередко в поисках популярности опускаясь до пошлого фарса.

Примером таких изданий мог служить «Московский листок», издававшийся Н. И. Пастуховым — полуграмотным бывшим владельцем кабака у Арбатских ворот. Он, по словам В. А. Гиляровского, «приучил к чтению Охотный ряд, лавочника, извозчика, посетителя трактиров». Но методы этого «приучения» были достаточно оригинальны. В своей газете Пастухов завел раздел «Советы и ответы». Это было нечто неслыханное. Например: «Купцу Ильюшке. Гляди за своей супругой, а то она к твоему адвокату ластится: ты в лавку — он тут как тут»… Или: «Васе из Рогожской. Тухлой солониной торгуешь, а певице венгерке у Яра брильянты даришь. Как бы Матрена Филипповна не прознала». И весь город грохотал: и Вася, и Матрена Филипповна были действительно, их знали и проходу им не давали зубоскалы-купцы, пока сами не попадались в «Советы и ответы». Газета «пошла ходко» и «продавалась тысячами».

Одновременно Пастухов стал публиковать роман «Разбойник Чуркин». Прототипом литературного героя был реальный грабитель, уголовное дело которого Пастухов использовал для своего сочинения. Однако на самом деле «Васька Чуркин далеко не был разбойником, а просто грабил на дорогах, воровал из вагонов и шантажировал угрозами пожаров местных мелких фабрикантов… А Пастухов сделал из него героя-разбойника».[445] Роман пользовался большим успехом, особенно у рабочих, которые видели в Чуркине «доброго разбойника» и разудалого парня, который мстил хозяевам за обиженных. В конце концов, печатание романа было запрещено генерал-губернатором В. А. Долгоруковым.

Подобные романы печатались и в «Петербургском листке». Сюжеты так же черпались из уголовной хроники — «Макарка-душегуб», «Яшка-цыган», «Подпольный Петербург» и т. п.

Погоня за увеличением тиражей, а следовательно, за возрастающей прибыльностью газеты способствовала распространению изданий, подобных «Московскому листку». «Правительственный вестник» констатировал в 1883 году: «Издание газет становится делом спекуляции и торговым предприятием, которое ведется многими редакциями с целью привлечь как можно более спроса на свой товар», поэтому «большинство наших газет заботится главным образом о том, чтобы произвести на публику известного рода впечатление, возбудить говор и спрос на газету».[446]

Стремление сделать газету наиболее интересной и информативной вызывает изменения в подборе и организации материала.

Большое значение для газеты приобретала деятельность репортеров, прилагавших огромную энергию, находчивость и подчас смелость для получения достоверного и нередко скандального материала, который создавал популярность изданию.

Вот как вспоминал об одном из эпизодов своей репортерской работы «король московских журналистов» В. Гиляровский: «…когда в Орехово-Зуеве сгорела у Викулы Морозова рабочая казарма с народом, я, переодевшись рабочим, два дня пробыл на фабрике и дал две корреспонденции со всеми подробностями и именами погибших, что старались скрыть администрация фабрики и полицейские власти. И газета получила известность в фабричных районах…».[447]

В условиях политической реакции 80-х годов деятельность репортеров значительно усложнилась, так как печать не могла освещать многие общественно значимые вопросы. Поэтому репортерам приходилось обращаться к таким «волнующим» темам, как плохое уличное освещение или неисправность мостовых. При отсутствии действительных происшествии для подогревания читательского интереса приходилось порой идти на измышления.

Неотъемлемой, а для многих читателей и наиболее интересной частью газеты стал фельетон. Чаще всего фельетоны носили юмористический характер, но подчас принимали сатирический и даже обличительный. Старый журналист вспоминал: «В области фельетона царствовали наиостроумнейший, но и наибеспринципнейший Дорошевич, Амфитеатров, Слово-Глаголь, Шебуев, в провинции — Владимир Жаботинский. Линия была „щедринская“. Эзоповский язык, сказка с „намеком“… Но у Дорошевича темы по большей части были обывательские, безопасные. Благодаря своему выдающемуся остроумию, он всякому пустяку придавал такой блеск, что иногда пустяк переставал казаться пустяком».[448]

Подписка на газеты происходила или в помещении редакций, или в крупных и известных книжных магазинах. Розничная продажа газет была разрешена в России только с 1865 года.

Газеты продавались разносчиками на оживленных улицах городов: в Петербурге — на Невском проспекте, в Москве — на Арбате и Тверской улице, а также на больших железнодорожных станциях. Газетных разносчиков нанимали предприниматели, получившие специальное разрешение на розничную продажу газет. Хозяин снабжал разносчика газетами и бляхой с номером, без которых продажа газет запрещалась. С каждого проданного номера разносчик обязан был отдать хозяину от 1/4 до 1/2 копейки. Суворин подсчитал, что даже при самой минимальной прибавке каждый из монополистов, захвативших розничную продажу газет, имел доход около 18 250 руб. в год.

Русская журналистика второй половины XIX века имела ряд общих черт с газетной прессой того периода, но в то же время журналы в отличие от газет, преследующих цель сообщения наиболее свежей информации, более глубоко отражали картину общественных воззрений и запросов, политических убеждений и художественных исканий 60–90-х годов XIX века. Освобожденные от необходимости давать повседневную информацию в связи с развитием газетного дела, ведущие журналы получили возможность широкого публицистического комментирования и анализа материалов, стремясь не только отражать общественное мнение, но и формировать его. Эту цель преследовали как радикально-демократические, так и охранительно-консервативные издания, впадая при этом нередко в несколько дидактический, учительский тон. В 60-е годы ведущую роль играли журналы общественно-политического и литературно-критического направления — «Современник», «Вестник Европы», «Русское слово», «Дело» и др. Уделяя большое внимание освещению таких общественно значимых проблем, как проведение в жизнь буржуазных реформ, крестьянского и позднее рабочего вопросов, осмыслению дальнейших путей развития России, журналы того времени, главным образом литературные, основательно знакомили читателей с произведениями русских и европейских писателей, литературной и художественной критикой, театральной жизнью; с 70-х годов в журналах все чаще стали появляться научные статьи. Одновременно наряду с литературно-художественными изданиями стали появляться и специальные журналы — медицинские, исторические, технические, педагогические и т. п. Ряд журналов продолжали свою деятельность еще с первой половины XIX века — такими были «Отечественные записки», «Библиотека для чтения», «Современник», созданный в 1836 году Пушкиным, в 1847 году он перешел к Н. А. Некрасову и И. И. Панаеву, и др. Большинство журналов в плане политическом придерживались либерально-монархического направления. Радикально-демократическую позицию занимали такие издания, как «Современник», «Отечественные записки» и сатирические журналы «Искра», «Будильник» и «Гудок».

Одним из наиболее популярных и долговечных «толстых» журналов того времени был «Вестник Европы», издававшийся в течение 52 лет. Его основателем (в 1866 году) и редактором-издателем на протяжении 43 лет был историк и общественный деятель М. М. Стасюлевич. Ядро редакции составили профессора А. Н. Пыпин, К. Д. Кавелин, В. Д. Спасович, покинувшие Петербургский университет вместе со Стасюлевичем в знак протеста против реакционной политики правительства. Журнал ратовал за «европеизацию» России, начала конституционной законности, гарантию прав человека, независимость суда, облегчение цензурных требований. Резкой критике на его страницах подвергались реакционные идеи. Так, единственный из русских журналов «Вестник Европы» выступил с критикой книги К. П. Победоносцева «Московский сборник».

Основное содержание журнала составляли публикации литературных произведений и литературная хроника — обзоры книг и статей по литературоведению. Последний раздел «Вестника Европы» вел крупный специалист в этой области профессор А. Н. Пыпин.

На страницах журнала увидели свет произведения А. Н. Островского, А. К. Толстого, И. С. Тургенева, И. А. Гончарова, а также статьи П. В. Анненкова, А. Н. Веселовского, В. В. Стасова и других критиков и литературоведов. Большое внимание редакция уделяла знакомству русского читателя с творчеством европейских писателей, в частности Эмиля Золя. С 70-х годов в издании стали принимать участие такие видные ученые, как И. И. Мечников, И. М. Сеченов, А. Н. Бекетов, Н. И. Костомаров и др., работы которых составили «научный раздел» журнала. В 1897 году Чехов писал, что «Вестник Европы» — «это лучший журнал из всех толстых».