Читать онлайн «Азиатская Европа (сборник)». Страница 106

А это же там, на Алтае, вода замерзает зимой, солнце подолгу светит летом, обряд захоронения абсолютно такой, как у ахмаров, в курганных склепах. И корона, и орнаменты на убранстве меча — все одинаковое, их не спутать. Орнамент — это метка культуры, ее «тамга»… Отнюдь не случайна в Северной Африке и тюркская топонимика. Она на виду. На любой географической карте. И тоже «незамеченная».

Европейцы говорят «Голубой Нил», а правильнее — «Небесный». Не от голубой воды название, вода там мутная, но в ней отражалось Небо, на это указывает имя притока Небесного Нила — Диндер-риве (оно от тюркского «Тенгри»). Там, на берегах были духовные центры Коптской и Абиссинской церквей. Сюда, к святым местам, поныне приходят паломники, Голубой Нил они называют словом, понятным только избранным, — «Абай». Название сохранилось на картах Эфиопии. Это и есть «ахмарский» язык рыжеволосых предков коптов.

Но ярче всего тюркский дух здесь проявился все-таки в другом.

…Принято думать, что Египет прославили пирамиды, нет — Александрийская школа. Отсюда вышли выдающиеся философы, математики, астрономы, врачи Запада. Не в Греции, не в Риме постигал науку античный мир, в Александрии ученые получали свои знания. То уникальное место на планете, здесь сходились Восток и Запад древнего мира.

«Путешествия за мудростью» из Египта к тюркам, в Кушанское ханство были две тысячи лет назад важной приметой времени. «Багажом» тех поездок стали религиозно-философские идеи, которые ученые везли оттуда. Идеи Алтая о Боге Небесном в Египте получили ювелирную шлифовку. Речь идет о гностицизме, который владел умами философов в I–III веках. Собственно, эти контакты ученых и готовили почву для прихода новой веры в Египет и Европу. Вера же не рождалась из ничего.

Не случайно в тюркском монастыре близ озера Иссык-Куль, по преданию, захоронен евангелист Матфей, написавший один из текстов Нового Завета.

Уже в I веке известный оратор Дион Хрисостом высказал свои разочарования в античной цивилизации. Превознося обычаи «египетских индийцев», оратор восхищался их духовными наставниками, они, по его словам, «полны справедливости и любви к божественному, владеют „источником истины“». И во II веке многие философы Запада связывали свои идеалы с Кушанским ханством, стремясь посетить эту «страну мудрости».

Паломничество было распространено среди ученых и образованных людей Запада. Их путь на Восток начинался и кончался в Египте. Самое широкое распространение это явление получило, естественно, в самом Египте. Не миновало оно и Мероэ (древний город в современном Судане). Религиозные идеи Алтая через Кушанию достигали философов Мероэ, где получили дальнейшее развитие, но уже для иной культурной среды.

Так Александрия обратилась к учению о Боге Небесном — Творце мира сего, бессмертии души, суде Божием, рае и аде, — словом, начала познавать философию, которой придерживался царь Канишка. Это учение Запад и называл «египетским нецерковным христианством». Или — «христианством без Иисуса Христа».

Вот она, идейная платформа, на которой стояла Коптская церковь. То учение после колонизации Египта греками приняло греческое название, «гностицизм» (от слова «знающий») и с этим именем вошло в историю религий. Кроме названия, в нем ничего не изменили, ибо это и было определением понятия «религия».

Об этом говорил Климент Александрийский, глава александрийской богословской школы (умер в 215). Он доказывал, что «мудрость греков не оригинальна, что задолго до них в странах Востока существовали философские системы, не уступавшие западным». В своем сочинении «Ковры» (200–202) Климент Александрийский писал: «Философия… с давних пор процветала среди варваров, освещая своим блеском народы, а потом уже пришла к эллинам (выделено мной. — М. А.)». И, перечисляя философов-варваров, он особо выделял саманеев, то есть алтайских шаманов.

Тюркская мудрость учит: плюнешь в небо, попадешь себе в лицо. Так и вышло.

Любые отрицания здесь неуместны. Факты свидетельствуют: веру Алтая в начале IV века приняли и Восток, и Запад. А та информация, которую иезуиты потом вытравливали из памяти европейцев, прекрасно сохранилась в Азии. Долгое время христиане «в своей борьбе с язычеством находили поддержку в буддизме… в котором всеединый Будда представлялся аналогом Христа». Вот почему так схожи (текстуально!) «Евангелия детства Христа» и жизнеописания Будды, в их текстах десятки «совпадений».

Об этом родстве хорошо помнил родоначальник христианской философии Августин Блаженный (354–430), считавший буддизм приближением к абсолютной истине христианства. И совсем не случайно называл он мудрецов Кушании «гражданами града Божиего»… Но об этом позже.

Чтобы не «компрометировать» свою веру, христиане в Средние века отказались от всех древних Евангелий, назвав их апокрифическими, то есть не признаваемыми Церковью. Переписали заново! И что же? О юности Христа теперь вообще ничего не известно… Однако если оставить в стороне детали, не дает ли это повод задуматься об истоках христианства? Что, если они не в иудаизме?! И не в Палестине?

Тексты древних Евангелий, которые самовольно отвергла папская инквизиция, явно дают пищу для подобных раздумий.

…Приняв Единобожие, Египет принял новую письменность как обязательное условие. Прежде там писали иероглифами, новый алфавит символизировал новую культуру, которая явилась не по прихоти людей, за ней стояло Время. Тексты, найденные в Наг Хаммади, фактом открытия поведали о многом: часть их написана «новым» письмом на неизвестном (вернее, забытом) языке, который толком и не расшифровали.

Чтобы написать священные тексты, принадлежавшие другой религиозной и языковой культуре, недостаточно создать новый алфавит, нужно создать сам язык. Причем язык, который передавал бы малознакомые египтянам религиозные реалии. Это очень важный вывод, но ему никогда не придавали значения. А лишь соглашаясь с ним, можно понять, почему рукописи из Наг Хаммади не прочитаны, почему так много «темных мест» в истории коптов и их Церкви.

Сочинения из Наг Хаммади носили «гностический характер». Их сходство с подобными греческими текстами объясняется лишь одним: и у коптов, и у греков был общий источник повествования — священные тексты Алтая. Здесь и скрыта давняя причина разногласий между греческим и «раннеегипетским нецерковным христианством».

Если же вспомнить, что, согласно греческим преданиям, обретение алфавита связано у греков с чужеземным царем, женатым на дочери дракона, то и сходство письменности получает некоторое свое объяснение.

Письмо назвали коптским, но это абсолютно неправильно. Такое же письмо было и в Армянской, и в Албанской, и в других Церквах. На нем писали в Дербенте. То была тайнопись служителей Единобожия, лишь они одни знали ее. Письменность — еще один знак новой веры. Знак, не понятный старым жрецам, время которых прошло.

На том «божественном» языке написаны и послания Пахома, основавшего в IV веке в Египте монастырь по тюркскому образцу. Этот язык до сих пор не сумели расшифровать. Разумеется, он не имел ничего общего с магической криптографией, тайное письмо использовалось, чтобы скрыть передаваемую информацию от чужаков, то есть непосвященных.

Начало IV века — это веха в истории многих народов. Тогда новая письменность появилась не только у египтян и эфиопов, но и у армян, грузин, албан — у всех, принявших веру в Бога Небесного. Только кто-то взял за основу «тайнописи» руническое письмо тюрков, как армяне, албаны, грузины, копты или амхары, а кто-то много раньше алтайскую скоропись, как персы и сирийцы (арамеи).

Армяне связывают изобретение своего алфавита с именами Месропа Маштоца и патриарха Саака. Любопытно, что Саак принадлежал к Аршакидам и был хорошо знаком с традициями тюркской культуры и письменности.

Выверяя новый алфавит, народы согласовывали его с фонетикой своего языка, что тоже вело к различиям. Но даже здесь, в этих различиях, прослеживается История. Руническое письмо было больше распространено среди тюрков-кипчаков, а скоропись — среди тюрков-огузов. Впрочем, иначе и быть не могло, на тюркском же языке учили вере в Бога Небесного.

…Сейчас коптов на земле около полутора миллионов человек, формально они «гностики», дорожат этим, однако не могут объяснить своей истории. В мире есть еще несколько таких же общин, затерявшихся оазисов в пустыне. Они живут расстроенной жизнью: среди амхаров в Эфиопии, нубийцев в Судане, берберов в Ливии и Алжире. И нет у них подступов к прошлому. А это прямые потомки тюрков, тех самых пришельцев с севера, которые гордились далекой родиной и с восхищением рассказывали о ней. Они веками, до их колонизации, говорили на диалектах родного языка. Известно же, во времена Васко де Гаммы тюркская речь слышалась в разноголосой толпе портов полуострова Сомали, Египта — до Индии.