Читать онлайн «Психология масс и фашизм». Страница 53

Аполитичная личность

Теперь мы рассмотрим проблему так называемой аполитичной личности. С самого начала своей политической деятельности Гитлер опирался на широкие слои населения, которым в принципе была чужда политика. Он привлёк на свою сторону не менее пяти миллионов непроголосовавших, т. е. аполитичных, людей, когда в марте 1933 года сделал последний шаг на пути к завоеванию власти «в рамках закона». Левые партии делали всё возможное, чтобы привлечь на свою сторону равнодушные массы, не учитывая значения «равнодушия или аполитичности».

Непосредственные экономические интересы фабриканта или крупного помещика позволяют понять, почему он выступает в поддержку правой партии. В его случае левая ориентация противоречила бы его общественному положению и поэтому указывала бы на наличие иррациональных мотивов. Если промышленный рабочий придерживается левой ориентации, то это свидетельствует о его разумной последовательности, поскольку в данном случае левая ориентация рабочего проистекает из его социально-экономического положения в промышленности. Если же рабочий (служащий или чиновник) придерживается правой ориентации, то это объясняется отсутствием у него политической ясности, т. е. сознания своего социального положения. Степень аполитичности представителя широких слоёв трудящихся определяет степень его восприимчивости к реакционно-политической идеологии. Однако аполитичность свидетельствует о наличии не пассивного психологического состояния, а в высшей степени активного отношения, защиты от сознания социальной ответственности. Анализ механизма защиты от сознания социальной ответственности позволяет осветить неясные проблемы поведения широких аполитичных групп. Можно показать, что в основе невмешательства обычного интеллигента, «не желающего иметь ничего общего с политикой», лежат непосредственные экономические интересы и опасения, связанные с его социальным положением, которое зависит от общественного мнения. Эти опасения вынуждают его совершать самые нелепые поступки вопреки своим знаниям и убеждениям. Тех, кто так или иначе участвует в производственном процессе и тем не менее отказывается нести социальную ответственность, можно подразделить на две основные группы. В первой группе представление о политике бессознательно ассоциируется с идеей насилия и физической опасности, т. е. с сильным чувством страха, который не позволяет реально взглянуть на жизнь. Во второй группе, которая, несомненно, составляет большинство, социальная безответственность опирается на личные конфликты и чувства тревоги, среди которых выделяется сексуальная тревога. Если молодая работница, у которой имеется достаточно экономических оснований для осознания своей социальной ответственности, остаётся социально безответственной, тогда в девяносто девяти случаях из ста в основе социальной безответственности лежит так называемая любовная история или, точнее говоря, сексуальные конфликты. Это относится и к женщинам из мелкобуржуазной среды, которым приходится мобилизовать все свои психические силы, чтобы овладеть своей сексуальной ситуацией и не развалиться на части. До настоящего времени эта ситуация не находила правильного понимания в революционном движении, которое стремилось пробудить «аполитичную» личность, помогая ей осознать лишь нереализованные экономические интересы. Опыт свидетельствует о невозможности заставить таких «аполитичных» лиц прислушаться к разъяснениям их социально-экономической ситуации, тогда как они охотно выслушивают мистическую тарабарщину национал-социалиста, хотя он даже не упоминает об их экономических интересах. Чем это объясняется? Это объясняется тем, что сексуальные конфликты (в широком смысле этого слова) тормозят рациональное мышление и формирование сознания социальной ответственности независимо от того, являются эти конфликты осознанными или неосознанными. Они вызывают у человека чувство страха, побуждая его замкнуться в себе. При встрече с такой замкнутой личностью пропагандист, опирающийся в своей работе на веру и мистицизм, или фашист, использующий сексуально-либидозные методы, способен полностью овладеть её вниманием. Объясняется это не тем, что фашистская программа производит на такого человека более сильное впечатление, чем либеральная программа, а тем, что в силу своей беззаветной преданности фюреру и фюрерской идеологии он в значительной мере освобождается от постоянного внутреннего напряжения. Он способен бессознательно придавать своим конфликтам иную форму, обеспечивая таким образом возможность их разрешения. И последнее. Такая ориентация позволяет человеку считать фашистов революционерами, а Гитлера — немецким Лениным. Не нужно быть психологом, чтобы понять, почему эротически соблазнительная форма фашизма доставляет, пусть искажённое, удовлетворение сексуально разочарованным женщинам из мелкобуржуазной среды, которые ни разу не задумывались о социальной ответственности, или молоденьким продавщицам, у которых социальное сознание не сформировалось в силу интеллектуальной неразвитости, обусловленной сексуальными конфликтами. Для того чтобы понять ту тайную роль, какую личная жизнь, т. е., по сути, половая жизнь, играет в сумятице социальной жизни, необходимо ознакомиться со скрытой от глаз людских жизнью вышеупомянутых «аполитичных», социально угнетённых мужчин и женщин. Это невозможно понять на основе статистических данных; да и мы не принадлежим к числу горячих поклонников ложной точности статистики, которая обходит стороной реальную жизнь. А между тем Гитлер завоёвывает власть, отвергая статистику и используя сексуальную тревогу.

Сексуально безответственная личность — это личность, погружённая в сексуальные конфликты. Попытки помочь такому человеку осознать свою социальную ответственность без учёта сексуальности обречены на провал. Более того, такие попытки приведут его в лагерь политической реакции, которая бесцеремонно использует в своих целях последствия его сексуальных конфликтов. Простой расчёт показывает, что здесь возможен только один подход — анализ половой жизни указанной личности с социальной точки зрения. Одно время я воздерживался от такого вывода, считая его слишком банальным. Поэтому я могу понять опытного специалиста по политической экономике, который рассматривает подобную интерпретацию как плод кабинетных размышлений теоретика, несведущего в политике. И всё же тот, кто побывал на сексуально-энергетических собраниях, знает, что подавляющее большинство присутствующих на таких собраниях — это люди, которые прежде не посещали политические собрания. Неприсоединившиеся и аполитичные мужчины и женщины составляют подавляющее большинство членов сексуально-энергетических организаций в Германии. О самоуверенности политических экономистов свидетельствует то, что в последнее тысячелетие международная мистическая организация проводила в каждом уголке мира впечатляющие сексуально-политические собрания по меньшей мере один раз в неделю. Ибо воскресные собрания и богослужения мусульман, иудеев и других суть не что иное как сексуально-политические собрания. В свете нашего опыта в области применения сексуальной энергетики и с учётом данных о взаимосвязи мистицизма и сексуального подавления можно считать непростительным пренебрежительное отношение к этим реальностям, поскольку такое отношение обеспечивает реакционную поддержку господству средневековой ментальное и экономического рабства.

В заключение я хотел бы рассмотреть явление, которое выходит далеко за пределы повседневных задач: биологическая жёсткость человеческого организма и её связь с борьбой за индивидуальную и социальную свободу.

Заблудившись в лесной глуши Америки, группы поселенцев стремились найти тропу, по которой они пришли, чтобы из известного района вновь отправиться вперёд в неизведанные дали. Для этого они не создавали политические партии, не затевали бесконечные споры о неизвестной территории. Они не докучали друг другу составляя программы урегулирования спорных вопросов. Их действия носили естественный, рабоче-демократический характер и определялись данной ситуацией. Они объединяли усилия, чтобы найти известное место, и, собравшись с силами, отправлялись в дальнейший путь.

Когда в процессе лечения вегетотерапевт запутывается в сложном переплетении иррациональных реакций пациента, он не затевает с пациентом дискуссии о проблеме «существования или несуществования бога» и не приходит в раздражение. Он анализирует ситуацию и пытается составить себе ясное представление о предыдущем ходе лечения. Он возвращается к тому моменту, когда он ещё ясно понимал ход лечения.

Естественно, каждое живое существо стремится установить и устранить причину бедственного положения, в котором оно оказалось. В первую очередь оно не будет повторять действия, послужившие причиной несчастья. Таким образом, опыт помогает преодолевать трудности. Нашим политическим деятелям чужды естественные реакции такого рода. Можно утверждать, что они не могут ничему научиться на своём опыте. В 1914 году австрийская монархия развязала первую мировую войну. В то время она сражалась с оружием в руках против американских демократов. В 1942 году, во время второй мировой войны, было выдвинуто предложение восстановить габсбургскую династию для «предотвращения» новых войн. Предложение было поддержано американскими дипломатами. Это — иррационально-политический абсурд.