Читать онлайн «Америка: исчадие рая». Страница 18

В США весьма и весьма развито уважение к личному инакомыслию, к попыткам оторваться от привычного и традиционного. Среди американцев огромное количество изобретателей и множество лауреатов Нобелевской премии. Тут полно разного рода фриков и видна явная нелюбовь к серым «ботаникам». Призыв «будь как все!» звучит почти оскорблением, а слова «ты – не как все», «ты – особый» являются серьезным комплиментом, которым гордятся. Это тяга к инакомыслию особенно заметна на фоне тенденции к почти абсолютной стандартизации жизни, о которой я писал выше. В отличие от россиян, американцы никогда не рассуждают «об особом пути» своей страны, они по нему идут. Под лежачий камень вода не течет – это точно про Америку. При этом многие вещи американцы упорно делают на удивление одинаково, то есть как все – похоже одеваются или похоже поступают в той или иной ситуации, – однако мотивировка у них совсем другая. «Мне так удобно», – думает каждый из них. Аргументы «буду делать как все», «не стану выделываться» им обычно в голову не приходят, но парадоксальным образом мантра «буду делать, как мне удобно» часто приводит к еще большей похожести. Другими словами, все то же разнообразие, сводящееся к одинаковости. Или наоборот. Считайте, как хотите.

Конечно, многое зависит от условий и целеполагания. Слов нет, немалая часть местной креативности направляется в криминальные сферы, но и оставшегося вполне хватает Америке на устойчивое поддержание своего положения лидера глобального научно-технического и социального развития. Американизация мирового образа жизни в ХХ веке лишь в минимальной степени является результатом военных усилий Вашингтона – в основном она стала итогом совсем других действий США. Вспомним, что огромный военный бюджет СССР, активная внешняя политика и военный паритет с США не привели к сколь-нибудь заметной «советизации» мирового сообщества. Не танками, а Голливудами, Гуглами и Кремниевыми долинами завоевывается сегодня мир.

Главное – американцы сильны умением увидеть перспективу той или иной новинки. Так, знаменитые сегодня на весь мир «китайские» печенья с предсказанием появились в Сан-Франциско, где японский иммигрант стал продавать в своей булочной-чайной маленькие булочки со словами благодарности внутри. Его соседи быстро разглядели маркетинговую ценность начинания. Даже японские рикши придуманы американцем, который жил в Иокогаме. История случайно сохранила его имя – Джонатан Скоби. В 1869 году он сам впрягся в двухколесную коляску, для того чтобы перевезти в госпиталь больную жену. Имеющаяся сегодня, наверное, в каждом доме микроволновая печь стала случайным результатом изобретения радара: инженер Перси Спенсер из корпорации Raytheon заметил, что кусок шоколада у него в кармане расплавился, пока он работал с магнетроном, превращающим электричество в микроволны. Уже в 1947 году Raytheon выпустила первые промышленные микроволновые печи, а к концу 1960-х они начали быстро появляться на американских кухнях. «Спаситель репутации» многих немолодых мужчин всего мира «Виагра» является побочным продуктом поиска лекарства от кровяного давления. Я уж не говорю про пиццу, суши-роллы, колесо обозрения, сосиски в тесте или напиток, привезенный американцами из маленького мексиканского городка под названием Текила и раскрученный до глобальной популярности. Даже привычное нам взаимное подбадривание спортсменов придумали в 1894 году в Галлодетском колледже для глухонемых в столице США. Игроки команды колледжа собирались в кучу и совещались на языке жестов. Это быстро стало традицией – тренеры других команд моментально поняли преимущества таких «кучкований» и стали их использовать. С начала ХХ века такие «совещания» игроков на поле стали обычной частью любой игры в мире.

Таких примеров из совершенно разных сфер применения человеческой смекалки можно привести тысячи и тысячи. Иначе говоря, процесс американизации мира, вопреки традиционному взгляду на этот вопрос, начался почти одновременно с появлением самой Америки. Интересно, что американцы до сих пор считают американизацию других стран естественным процессом, им это нравится, но при этом все активней проявляющийся в самих США объективный процесс «деамериканизации» воспринимается многими весьма болезненно. Мне кажется, что в этом вопросе американцам просто не хватает исторического опыта, уважения к урокам истории и достаточно влиятельных географических соседей. Два огромных океана продолжают защищать Америку не только от плохого, но зачастую и от хорошего. Если Россия страдает от обилия разнообразных соседей по политической карте, то Америка страдает от их недостатка. Кроме того, эгоцентричность американского общества и его заточенность на рационализм не позволяет в полной мере оценить все многообразие мира. Красиво – удобно – рационально – справедливо – выгодно. В этих пяти углах постоянно мечется американский менталитет и не может найти равновесия.

Понятно, что Америка – молодая цивилизация. Но об этом почему-то все время забывают. Бабушки и дедушки тех, кто сегодня управляет страной, еще переживали Великую депрессию, изоляционизм в политике и борьбу за права национальных меньшинств. Это именно их президент Франклин Делано Рузвельт долго убеждал, что в очередной европейской войне США не могут оставаться в стороне. И еще не факт, что убедил бы, если бы не Перл-Харбор. Американцы и так не очень уважительно относились к Европе и своему европейскому прошлому, от которого они с удовольствием сбежали, а Первая мировая война многим из них еще раз показала, что от Европы надо держаться подальше. Тогдашнее участие американских военнослужащих в боевых действиях в Европе (одним из них был будущий президент Гарри Трумэн, отдавший позднее приказ об атомной бомбардировке Японии) не привело к заметной интернационализации американского сознания. Напротив, война увеличила иммиграцию из Европы в США. Подавляющее большинство граждан США разделяли тогда изоляционистские позиции в политике. Другими словами, в отличие от СССР и России, Америка как политический игрок вышла всерьез на мировую арену сразу в ранге сверхдержавы. Еще предыдущее поколение американцев было сконцентрировано в основном на сугубо внутренних делах, а следующее уже взялось – вольно или невольно – играть ведущую роль на мировой арене.

Мне кажется, что в большинстве своем ни американская элита, ни общество в целом не были тогда по-настоящему готовы к этой роли, хотя очень умело воспользовались сложившейся ситуацией. В свое время я написал на основе неизвестных тогда материалов из американских архивов целое исследование о том, как не очень образованный и продвинутый выходец из маленького, окруженного кукурузными полями городка Индепенденс в штате Миссури Гарри Трумэн, случайно ставший президентом США, вчистую обыграл мэтра мировой политики ХХ века Уинстона Черчилля – который, кстати, был уверен, что теперь, после смерти Франклина Рузвельта, он станет неоспоримым гуру глобальной дипломатии, к которому неопытный американский президент будет прислушиваться с открытым ртом. Черчилль даже предложил идею глобального англоязычного союза, имея в виду, что именно он встанет в его главе. Ничего этого не произошло – американцы не приучены прислушиваться. Гарри Трумэн неожиданно проявил упрямство, дипломатическое мастерство и глубокое понимание новой мировой ситуации, а Черчилль, как и вся Англия, быстро оказался на политической обочине, хотя идею англоязычного мира американцы подхватили, но уже в своих интересах. «I did it my way», – как пел Синатра.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.