Читать онлайн «Музееведческая мысль в России XVIII-XX веков: Сборник документов и материалов». Страница 26

К сим работникам будут представлены, если найдутся способные к тому люди, ученики, умеющие читать и писать, которые, обучившись здесь садоводству и ботанике, могут быть определены в России садовниками.

Садовник из обученных сему искусству россиян или иностранцев имеет печись о разведении, сохранении и размножении всех растений, распоряжает всеми подробностями работ в Саду, обучает учеников, надзирает над поведением работников и водит ежедневный журнал о производимых в Саду работах.

Буде найдется способный к тому человек, то ему будет дан подсадовник, который совершенно состоит у него в команде.

Главный надзор над Садом будет иметь Директор, определяемый Господином Военным Губернатором, и от него одного зависящий. Его долг будет назначать все работы в Саду и распоряжать всеми заведениями <…>.

Первые годы протекут в учреждении Сада, приготовлении земли, доставке и насаждении растений, прививании большого количества фруктовых дерев и пр., так что мало останется времени на размножение в большом количестве дерев для разсылки по другим местам, но как скоро только можно будет, то на сие будет обращено главнейшее внимание. <..> Коль скоро могут быть отпущены таковыя деревья и другия растения и семена, то оне будут продаваться желающим по самым умеренным ценам, и о том извещено газетами или другим образом. Так как дорога в Никиту отменно трудна, то, если она до того времени не будет исправлена, нужно доставить отпускаемыя деревья в Симферополь или лодками в какое либо приморское место, откуда покупщики могут оныя принимать.

Суммы, выручаемыя за продажу дерев и семян, будут употреблены на распространение Сада; а когда фруктовыя деревья дойдут до совершенства, то продажею разных плодов можно будет содержать Сад, не обременяя более Правительства. Даже нет сомнения, что со временем при хозяйственном распоряжении сверх суммы, на содержание Сада потребной, должен оставаться нарочитый чистый доход Казне.

III. О строениях.

Пока не будет определено, каковаго рода работники должны быть в Таврическом Казенном Саду, то невозможно в точности назначить все строения. А первоначально необходимо нужны:

1. Казарма для работников с особенной избой для подмастеров.

2. Дом для жительства садовника с кухней и кладовой.

3. Дом для директора Сада и к нему флигель с людской, кухней и кладовой.

4. Магазин для клади хлеба и материалов и под оным погреб.

5. Конюшня и стойла для лошадей и рогатаго скота.

6. Холодная оранжерея для лимонных дерев, которая летом разкрывается.

Величина и внутреннее распоряжение сих строений предоставляется Директору Сада, который имеет соображаться с отпускаемой ежегодно на содержание Сада суммою.

X. О библиотеке и кабинете.

По отдаленности Никиты и самой Тавриды от всяких учебных пособий, и по безпрестанному распространению ботаники и садоваго искусства, нужно, дабы не отстать от успехов в других землях, почерпать сведения из выписываемых книг. Но умеренность суммы, которая может быть отделена от покупки книг, заставляет ограничиваться самыми необходимыми для познания фруктовых и других дерев, отечественных растений и новейших открытий по садоводству[122]. Выбор сих книг предоставляется директору.

Кабинет должен состоять из собрания: 1) всякаго рода плодов и семян, каковыя только достать можно, а наипаче тех, которыя посеяны в Никите, 2) сушеных растений, как дикорастущих в Крыму, так и разводимых в Саду, 3) всякаго рода дерев в отрубах и дощечках для познания леса в разных прорезях и видах.

На составление сих кабинетов не должны быть употреблены деньги, кроме на посуду и бумагу, в коих семена и растения будут сохранены. Собирать оныя должны в свободное время ученики, которые тем самым имеют случай обучаться.

1. Успех сего Сада зависит большею частью от достаточнаго числа непеременных работников, которые под надзором садовника могли бы научиться нужным работам. По саду никак не способны солдаты, присылаемые на работу, или другие поденщики, которые или весьма останавливают работы, или даже много портят, пока несколько привыкнут. А необходимо нужно определить так, как к Судакскому виноградному училищу, рекрут или еще лучше покупать несколько семей людей, которые, подобно приписным к фабрикам и рудокопаньям, производили бы все работы в Саду, на таком однакож основании, чтоб они притом могли бы иметь и собственныя свои хозяйства. Полагая нужными от 20–24 работников, надлежит купить около 50 душ мужескаго пола, на что потребуется сумма 10–12 000 рублей.

<…>

4. На построение нужных в Саду домов и других строений нужно отыскать подрядчика, а сочинение планов и смет препоручить Губернскому Архитектору по назначению директора Сада.

<…>

6. Об отпуске на сии потребности сумм из Симферопольскаго Казначейства нужно дать повеление.

Печатается по: Вульф Е. Материалы по истории Никитскаго Ботаническаго Сада. Архив Никитского Ботанического Сада за 1813–1815 гг. // Известия Таврической ученой архивной комиссии. Симферополь, 1918. № 55. С. 218–225.

Историк, библиограф. Уроженец Германии; окончил университетский курс в Лейпциге. С 1794 г. в России. С 1800 г. цензор и директор немецкого театра в Петербурге. В 1803 г. назначен в наставники великих князей Николая и Михаила Павловичей. Член-корреспондент Петербургской АН (1809), почетный член Московского, Харьковского и Дерптского университетов. С 1824 г. директор Института восточных языков при Министерстве иностранных дел. Его труды по обозрению русской и зарубежной литературы положили начало русской книжной статистике. Автор ряда работ по археологии (сочинение о Корсунских вратах Софийского Новгородского собора) и истории России (работа «Kritisch-literarische Uebersicht der Reisenden in Russland» («Критико-литературное обозрение путешественников по России до 1700 г. и их сочинений») удостоена полной Демидовской премии; рецензия на книгу написана академиком К. М. Бэром). Член Румянцевского кружка. Принимал участие в создании Румянцевского музея.

В 1817 г. Аделунг выступил с «Предложением об учреждении Рускаго Национального Музея», долженствующего содействовать сохранению, изучению памятников отечественной истории и способствовать просвещению. В предлагаемом им разделении предметов на четыре основных класса сделана попытка сгруппировать их по профильным группам, причем «памятниками» в данном случае названы оружие, предметы археологии и нумизматики, которые в то время входили в группу т. н. древностей. Примечательно, что Аделунгом вводится понятие «самое полное собрание»: стремление к исчерпывающему знанию – характерная примета времени и качество, все более приобретаемое музейными коллекциями.

Сочинитель сей статьи разумеет под названием Националънаго Музея сколь возможно полное собрание всех предметов, относящихся к Истории, состоянию и произведениям какой либо земли и ея жителей. Нет никакого сомнения, что таковыя собрания весьма полезны для скораго и легкаго обозрения протекших событий и настоящаго положения Государства, и при первом помышлении о заведении сего рода явствует, что оно было бы преимущественно в России чрезвычайно важно. Может быть, следующия строки в состоянии содействовать дальнейшему развитию сей мысли и тем возбудить убеждение в великой важности и пользе учреждения Рускаго Националънаго Музея.

Неизмеримое Российское Государство, по чрезвычайной обширности своей, должно быть обильнее всякаго другаго предметами, достойными внимания его жителей. На великом его пространстве представляются взору наблюдателя земли, лежащия во всех климатах, изобилующия самыми разнообразными произведениями, обитаемыя народами, противоположными между собою в происхождении, языке, вере, образовании, обычаях и одежде; страны, важныя поныне в Истории древности, и другия, коих жители только в новейшия времена заняли место в Бытописании. Какое богатое поле для испытателя Истории, для ревностнаго сына Отечества, которому свято все, что относится к любезной его родине! Какой неисчерпаемый источник для пополнения всех частей познаний человеческих, которому подобнаго не найдем ни в одной из других стран в свете! – При всем том нигде еще не сделано у нас опыта собирать и приводить в порядок все, что относится к России, к ея Истории, к прежнему и нынешнему ея состоянию, и чрез то не только облегчать приобретение познаний о состоянии Отечества, но – представляя взору любопытных памятники и произведения онаго, возбуждать истинное к нему уважение, поощрять к подражанию в изделиях искуства и распространять полезныя знания всякаго рода самым легким и приятным образом. Заведение сие принесло бы пользу и в другом отношении: посредством онаго можноб было предохранить от разсеяния и истребления тысячи любопытных предметов – ив сем отношении предложение сие достойно преимущественнаго внимания. Безчисленные памятники Истории и Искуства разсеяны во всем Государстве по рукам частных людей, которые нередко вовсе не знают цены их; сверх того предметы сии лишаются важной части своего достоинства от того, что они хранятся поодиночке и без всякой с другими связи, в которой можно б было надлежащим образом пояснить и оценить их; притом они подвержены случайным повреждениям и даже истреблению, и большею частию вовсе погибают для Истории. Можно утвердительно сказать, что в России нет фамилии, которая не имела бы в обладании по крайней мере одного памятника сего рода. Конечно немногие откажутся от принесения оных (естьли только вещи сии несопряжены с личною или фамильною для них важностию) в дар Отечеству. Большая часть с радостию присоединит сии отдельные предметы к большому всенародному собранию, где они приобретут надлежащее достоинство занимаемым ими местом.