Читать онлайн «Эти поразительные индийцы». Страница 77

Рабочие же слоны – а их немалое количество используется и в наше время – заняты чаще всего на расчистке горных лесов и перетаскивании бревен. Можно видеть как на таких работах взрослых слонов сопровождают подраставшие слонята, которых приучают и подражать действиям работающих и, главное, запоминать подаваемые махаутами команды.

Для отлова диких слонов нанимают обычно людей из лесных племен, знающих повадки этих животных, хорошо знакомых с местными природными условиями и давно уже научившихся возводить из бревен ограды, в которых первые недели после отлова и содержат загнанных туда животных. На этих же людей ложится и опаснейшая работа по привязыванию канатами ног слона к деревьям и по отделению детенышей от взрослых животных. (Усмирение же слона и его обучение требует не одного месяца, и это уже входит в обязанности махаута.)

За всеми этими процессами строго наблюдают специальные государственные организации, и отрадно было узнать, что в Индии не существует контрабандной охоты на слонов, и такой ценный материал, как слоновая кость, распределяется для художественной обработки между мастерами-ремесленниками, связанными с соответствующими официальными учреждениями и институтами.

Люди в старину привыкали прежде всего бояться своих духов, даже милостивых, так как отсутствие божьих милостей, по сути дела, равнялось насылаемым несчастьям. Поэтому отказаться от молитв и жертвоприношений, прекратить почитание богов и навлечь этим на себя их гнев было слишком рискованно. И боги шли вместе с людьми по всем путям их кочевий. Что же из древнейших верований тех индоевропейцев, что были предками славян, взяли с собою предки индоариев?

Об этом можно судить, сопоставляя богов, доживших у славян до эпохи христианства, и богов древнеиндийского арийского пантеона. Об этом можно судить по тем описаниям и упоминаниям, которые содержатся в Ригведе и других Ведах.

Считают, что Ригведа создавалась арьями на протяжении длительного времени, т. е. она является сборником гимнов, в числе которых есть такие, которые возникли в неведомо давние времена, и такие, которые были сложены уже на индийской земле. У нас тоже верили, что вся земля погибнет в огне.

Уже упоминалось, что некоторые боги ведического пантеона, пройдя длинный путь изменений и развития в условиях Индии, дожили до наших дней в своих именах, а в приписываемых им функциях донесли до нас отпечатки глубокой старины (некоторых вытеснили боги местного доарийского населения, и они постепенно забылись народом Индии).

Снимая и счищая со слов позднейшие напластования, можно попытаться заглянуть в их сердцевину, добраться до разветвления их корней и до тех источников, которые питали их в глубине тысячелетий. Что общего или сходного можно найти в славянских или, сознательно сузив это понятие, древнерусских богах и богах древнеиндийских? И можно ли вообще найти хоть что-нибудь сходное или общее в чертах мифологических представлений, в верованиях и обрядах?

Есть основания думать, что да, можно.

Неравномерность исторического развития народов-носителей древних индоевропейских языков и крайне недостаточная изученность этого вопроса позволяют пока говорить только о тех или иных фактах, которые реально существовали в этих языках на различных ступенях их развития. Выбираем совершенно сознательно древнерусский язык и санскрит. Напомним, что эпический санскрит, на котором написана великая поэма «Махабхарата», как и другие формы санскрита: классический санскрит – язык классической литературы Древней Индии – и ведический санскрит – язык Вед, самых древних литературных памятников страны, является одним из наиболее богатых и развитых языков обширной индоевропейской семьи. И одним из самых древних, как и древнеславянский, о котором известный языковед А. Мейе сказал, что он продолжает «без какого-либо перерыва развитие общеиндоевропейского языка; в нем нельзя заметить тех внезапных изменений, которые придают столь характерный вид языкам греческому, италийским (особенно латинскому), кельтским, германским. Славянский язык – это индоевропейский язык, в целом сохранивший архаический тип».[13]

«Бог». «Небо». «Небеса». Это понятия, которые издревле воспринимаются людьми во взаимной связи. «Бхáга». «Нáбха». «Набхáса». Это те же слова на санскрите. С тем же значением, с тем же смыслом и почти с тем же звучанием.

В науке высказывались предположения, что и имя славянского бога Сварога сопоставимо с другим, санскритским названием неба – «свáрга». Возможно, что и имена других богов «пантеона Владимира», или «Киевского пантеона», могут быть найдены в этом языке. Обратимся к некоторым примерам, хотя бы в порядке предположения.

Был у наших предков бог Перун, повелитель грозы и громов, бог небесных явлений, тот, которого Владимир велел поставить «вне двора теремного» над Днепром на вершине холма и которого затем, в дни крещения Руси, волоком поволокли вниз и ввергли в воды реки. Кто знает, сколько времени поклонялись ему предки славян до того, как он стал упоминаться в летописях. Но в Ведах описывается бог Вáруна (произносится и Вáрун), тоже владыка неба, а также небесных и земных вод, брат огня. Его считают и хранителем западных областей Земли – не значит ли все это, что, возможно, оттуда он пришел с арьями в Индию, что там, на далекой прародине арийских племен, он и Перун были некогда одним божеством и назывались одинаково? И хочется здесь вспомнить о том, что в болгарском и сербском языках есть мужское имя Парун и женское Паруна. Очень слабо исследован вопрос этих древнейших связей.

А имя славянского Стрибога, которого считали богом ветра, атмосферных явлений и открытых пространств, имеет корень «стри», означающий на санскрите «простирать», «распространять», «расширять». От этого же корня с приставкой «пра» образуется в санскрите и слово «прастáра» (в переводе на русский язык «простор»).

Привлекательной является и возможность вспомнить о том, что имя древнеарийского бога Индры и в наше время существует в славянских языках как одно из мужских имен (в чешском, например). В древнерусских же преданиях встречаем мы повествования о подземном дивном звере Индрике, или Индре, который запирал и отпирал источники вод, регулировал течение рек. Именно эту же функцию приписывали арьи своему Индре, говоря, что от его воли зависят разливы или высыхания рек. Славяне начали имя Индры, владыки весеннего разлива рек, связывать с образом зверя, очевидно, лишь после того, как стали натыкаться в обвалах речных северных берегов на мамонтов, сохранившихся в слоях вечной мерзлоты. Давние представления о каком-то боге, дарующем воду из земли, приобрели после этих находок определенную конкретность, и в летописи уже попал Индра-зверь. В словаре В. Даля (т. 2.) приводятся такие слова из русской песни: «А у нас Индрик-зверь всем зверям отец». Песни с упоминанием его имени до сих пор живы в нашем народе.

Бога-Солнце славяне одаривали разными именами: Купала, Ярило, Хоре. Обращаясь к индо-арийским языкам, мы встречаемся с такими возможностями истолкования значения этих имен:

а) Купала. Праздник его у славян приходится на день летнего солнцеворота. Его имя соотносится с санскритским корнем «куп» – «светить, сиять» и является именем солнца.

б) В основе имени «Ярило(а)» лежит корень «яр», который в ряде индо-арийских языков и сегодня образует слова, означающие ярость, страстность, любовное исступление или горение. Все эти понятия без труда тоже связываются в нашем сознании с образом Солнца, особенно весеннего Солнца, и с представлениями, роднящими страсть с яростью и яркостью. Имя-эпитет Ярило является одним из самых впечатляющих и поэтических имен Солнца в наших народных песнях и преданиях.

И наконец: в) Имени Хоре можно найти соответствие в санскритском слове «хáрас» («хара, хари»), которое означает «огонь», «пламя», «наполненность энергией» и употребляется в Индии вплоть до наших дней в качестве синонима самого понятия «бог». А может быть, Харас соотносится с «кхáла», что в санскрите значит «солнце», а в русском звучит как «коло» («коловрат»).

И много таких поразительных аналогий в древнем (и современном) русском языке и санскрите (как и современных индо-арийских языках). Завершая этот очень краткий обзор сопоставлений имен древнеславянских и древнеиндийских божеств, не могу умолчать еще об одном старорусском боге, игравшем в мифологических представлениях наших предков очень большую роль. Это – грозный и властный Род, творец мира, даритель жизни, повелитель неба и молний. Имя его в славянских языках толкуется по-разному, с ним связываются такие слова, как «красный», «сияющий», «сверкающий», причем ведь «красный» – то же самое, что и «родрый», «рудый», «рдяный», а в санскрите – «рудхúра». В санскрите же имеется корень «рудх», означающий «быть красным». С ним можно соотнести и наше древнерусское «руда» в смысле «кровь».