Читать онлайн «Новый взгляд на историю Русского государства». Страница 76

Перестановка эта произошла, по-видимому, уже давно.

Начну с армянской литературы, в которой сохранились еще следы былой действительности.

«Существует старинное армянское предание, — говорит К. П. Патканов в примечании к своему переводу „Истории монголов инока Мигакия“ (с. 57), — по которому армянский патриарх Нарсос проклял армян за их беззакония и предсказал им нашествие „народа стрелков“». Этот же рассказ имеется и у Рубрука, но он приписывает его какому-то «пророку Акакрону», причем отмечает, что народ стрелков «пришел с севера»[194].

Само собой понятно, что тут под видом пророчества описывается уже свершившийся факт. Армянский архиепископ Стефан Орбелиани (или тот, кто писал под его именем), по-видимому, первый отождествил «стрелков» не только с татарами, но и с мугалами (от греческого мегалы — великие) и перенес их мифическую страну Чин-мачин «за пределы Хата-стана (т.е. страны Готов)»[195].

Интересно, что и название туркмены, у сирийцев торгоманы, созвучно со славянским торговцы, а место этих торгамян (библейских детей «Торгона» из страны агарянской) указывается в Скифии, т. е. к северу от Черного моря, где жили генуэзские торговцы. Да и другое название тех же «стрелков», «мугалов» и «татаровей» тугарами можно превести от выражения ту-горцы, т. е. «по ту сторону горы», как допускает К.П. Патканов, сопоставляя легенду о Тугарине-Змиевиче с легендой о Змее-Горыныче, и указывая (с. 58), что татары у армянских писателей называются также и мушками (т. е. мужиками), откуда и библейское их название Рош-мешек, т.е. Росс-мужик, в греческом переводе библии Рос-Мосох (Рос-Москович). А под Тугорской, т. е. Загорской страной можно предположить Забалканскую область, считая с юга.

В согласии с этим находится и судьба «монголов», после окончания крестовых походов: они исчезают одновременно с крестоносцами и торговыми (купчакскими) колониями генуэзцев и венецианцев.

Армянская литература об этом периоде невелика, но очень интересна с нашей точки зрения. Имеются заметки у инока Магакия в его рукописной «Истории Монголов», найденной в 1847 году в монастырской библиотеке на острове св. Лазаря в Венеции. Есть места и у доктора богословия Вардана Великого, умершего, — говорят нам, — в 1271 году, через десять лет после падения Латинской крестоносной империи на Востоке, хотя извлечения из него были изданы лишь в 1861 году в Петербурге и в 1862 году в Венеции. Кроме того, мы имеем сообщения у Киракоса Гандеакского, умершего, —говорят нам, — в 1272 году и бывшего вместе с первыми двумя авторами учеником знаменитого у армян Иоанна Ванакана. Но и его рукопись была издана лишь в 1858 году в Москве и в 1865 году в Венеции. И затем нельзя не указать на маленькую заметку в книге от имени «Коннетабля (как прежде назывался по-французски маршал) Сембота», изданную впервые в Москве в 1856 году и в Париже в 1859 и на книгу, приписываемую Стефану Орбелиану, митрополиту Сюнийскому, изданную впервые в Париже в 1859 году и в Москве в 1861. Все эти сообщения переведены К. П. Паткановым на русский язык[196].

Мы видим прежде всего, что до половины XIX века все эти рукописи, подобно арабским, были неизвестны ни армянам, ни европейскому ученому миру, как и имена авторов. Только Орбелиани был знаком публике с конца XVIII века как автор «Истории княжеского рода Орбелиани», изданной в 1775 году под названием: «Дополнения к истории Армении и Грузии».

Исходя из обычной терминологии, Патканов дает по ним такую родословную властелинов «недолговременного монгольского царства», внезапно возникшего из небытия в момент основания Латинской крестоносной империи на Востоке и погрузившегося вместе с нею в небытие.

Часть приведенных тут названий явно европейские, например Джучи (итальянское Duce) — герцог, Орда — орден, Татар — татровец, Альчу — Олег, Конграда — Конрад, Кехату — кахетинец, Батю — Батя, Мангу — Магно, Барка — Борько, Такудар — Теодор и т.д., да и большинство других являются набором звуков, не имеющих никакого значения на турецком или татарском языках, т. е. навязана им иноземщиной.

Наиболее обстоятельное для нашего предмета сочинение Гандзакского (по позднейшему толкованию Елизаветпольского в Закавказьи) Киракоса (патриарха), который оканчивает свое повествование обрывом в 1266 году нашей эры, вслед за падением Латинской империи крестоносцев на Балканском полуострове. Мне кажется, что это лишь первая половина какой-то более длинной истории Армянского царства, оторванная от позднейшего повествования для того, чтоб приписать Киракосу. Вот как автор начинает ее IX главу:

«В 669 году (по нашему в 1220-1221) армянского летоисчисления, в то время, как грузины гордились победою, одержанною ими над Таджиками (северо-восточными иранцами-персами), у которых они отняли несколько армянских областей, внезапно появились громадные массы войск, снабженные всеми походными принадлежностями, и прошли через Дербентские ворота в Агванию, с целью проникнуть оттуда в Армению и Грузию. Они предавали мечу все, что встречалось им на пути: людей, скот, даже собак. Они не придавали никакой цены дорогим одеждам или другому имуществу, за исключением лошадей. Они быстро прошли до города Тифлиса, и снова (если поверить, что они пришли не из Трапезундской империи венецианцев) поворотили в Агванию к пределам города Шамхора.

Им (т.е. татарам) предшествовала молва, что они маги (откуда может быть и их прозвище мангу=монгол), исповедуют христинскую веру и творят чудеса; что они пришли отомстить таджикам (мусульманам) за угнетение христиан. Говорили, что у них есть походная церковь, в ней чудотворный крест, что пред этим крестом у них ставится мера ячменя, но из этой меры все войско берет ячмень для корма лошадей, и она не убавляется. Это же самое происходит у них с провиантом для продовольствия людей. Благодаря тому, что такая ложная молва распространилась повсеместно, жители тех местностей не принимали против них никаких мер предосторожностей. Один священник даже вышел к ним навстречу со своим приходом с крестами и хоругвями; но (явная вставка!) татары бросились на них с мечами и перерезали всех. Встречая таким образом повсюду верящее в них беззаботное население, они истребляли жителей, разоряли селения. Сами же, скрыв свои имущества в болотистых неприступных местах, называемых Багамедж (Богемия — Bohemen)».

Я обращаю, прежде всего, внимание читателя на нелепость этого сообщения с точки зрения здравого смысла. Вот идут в якобы христианскую страну хорошо вооруженные отряды чужеземцев, впереди которых летит стоустая молва, что они «несут с собою крест» и хотят «отомстить» за угнетение христиан. Да и действительно, в это самое время, около 1221 года, крестоносцы «Дейтшского ордена» идут из Западной Европы, продвигаются через Богемию на Восток, опираясь на Латинскую феодальную империю, возникшую на Балканском полуострове, основанную в 1204 году, и одновременно с ними венецианцы основывают, как раз на Черноморском побережьи Армении, Трапезундскую империю, которую игнорируют здесь эти армянские историки.

С точки зрения здравого смысла тут несметные конные пришельцы и были крестоносцы, а автор говорит, что они только притворялись ими!

Но разве можно притворяться христианами, явно избивая на своем пути христиан, а не защищая их? Конечно, это могло быть только в том случае, если пришедшие были папистами, а местные священники, которых они избивали, были православными, находящимися в данный момент, как известно, в союзе с магометанами, против их общего врага — ватиканского папы. Но и в таком случае, после первого же избиения недоразумение раскрылось бы, и жители стали бы от них бежать. Очевидно, здесь последующее сделано предшествовавшим, и только уже потом, через несколько месяцев или лет, в населении, возмущенном поборами пришельцев, возникла догадка, что они самозванцы и не могут быть посланниками «доброго римского отца, наместника Христова», и население взбунтовалось против них.

Интересно, что такая именно концепция имеется у Одоакра Рейнольда в его книге «Продолжение летописи Барония». Там приведено письмо грузинской царицы Русоданы папе Григорию:

«Tartari, eruce precedente eos, intraverunt terram nostram et sic sub specie christianae religionis deceperunt nos et usque ad VI milia interfecerunt[197] de nostris. Sed postquam intelleximus eos non esse veros christianos, nos cum gratia vestra et auxilio sante cricis insurreximus in eos et interfeci mus[198] de eis usque ad XXV milia equitum et fugovimus de finibus nostris, et ista adimplere mandatum vestrum factum eor legatum».

(Татары прад... крестом вошли в нашу землю, и под видом христианской религии обманули нас и совратили наших до 6 тысяч. Но после мы догадались, что они не настоящие христиане, и милостью вашею и с помощью святого креста взбунтовались против них и перебили из них до 25 тысяч всадников, а других выгнали из наших пределов и потому (потому что их выгнали) не могли исполнить ваш мандат, переданный через легата).