Читать онлайн «Свобода и евреи». Страница 59

В свирепом самодовольстве Мардохей Маркс жидовским сапогом наносит удар тому зданию нынешнего общества, крушение которого норовит ускорить. Что же касается предвидения будущего, то это не еврейское дело, разумеется. Социал-талмудисты упорно скрадывают цель, куда стремятся.

Независимо от сказанного, одним презрением к религии эти социал-революционеры уже раскрывают нищету своей философии. Встречаясь с крепкими, на вере основанными и в духе коренящимися убеждениями лиц и сословий, революция жаждет одолеть их, потому что в них именно видит главное препятствие своим уравнительным и деспотическим замыслам. Если ей нравится золото как металл, то оно же ей отвратительно как талант-самородок среди будущих её рабов, и если конечная цель подготовляемой диктатуры — всё превратить в биллон, т. е. в не имеющую никакой цены лигатуру, то как бы мог социализм примириться с жизнью верований и преданий, с любовью к родине и религии? Воля человеческая так сильно гармонирует с верованием, особенно церковным, что нелегко бывает сокрушить её. Отсюда — беспощадность борьбы социал-демократии с патриотизмом и церковью. Само их существование, и главным образом церкви, — невыносимая докука для демократии.

Может ли еврейство на столь благодатной почве отказаться от своей ненависти к христианству? В Евангелии — и нравственность, и вера просвещённого мира. Отрекаясь для гоев, конечно, и от всякой морали, и от религии, иудаизм лишь доказывает вновь свою последовательность в борьбе со светом и истиной.

V. Естественно, что для такой задачи необходима исключительная дрессировка. И мы действительно видим следующее: 

В Германии и Австрии социализмом занимаются профессионально.[66]

В какой мере эта профессия выгодна, удостоверяется фактом, что на одном из недавних съездов (во Франкфурте-на-Майне) некто Лежьен даже предлагал, чтобы оклады служащим в социалистах не назначались свыше 3.000 марок в год. Предложение было с шумом отвергнуто, а «генералы от социализма» без всякого стеснения грозили разойтись по другим партиям, если им не будут хорошо платить.

Наряду с этим, превратившись из бывшего токаря в собственника великолепного «дворянского имения», пресловутый Бебель живёт в изысканной роскоши. У Фольмара — чудесная вилла. Торговец социалистической дребеденью в Штутгарте Дитц «зарабатывает» больше, чем германский канцлер. За одно редактирование газеты «Vorwarts» Либкнехт получал 7.200 марок в год. Судебное дело обнаружило, что депутат Фогтгер получил из партийной кассы на уплату своих частных долгов 9.000 марок.

Засим, как видно из кассовых отчётов партии, среди окладов жалования в 5.000 и в 6.000 марок. В период же избирательной кутерьмы даже агентам 5 и 6 разрядов полагается по 10 марок суточных сверхкрупных разъездных. Всякие иные пособия «чиновникам», особенно евреям, раздаются также щедрой рукой.

Вообще же не мешает заметить, что социал-демократические кассы в Германии ежегодно поглощают огромные суммы рабочих денег. Так, по отчёту партии, за один 1904 год с членов её организаций было собрано 20.190.000 марок.

Удивительно ли, что и в день выборов, 26-го марта 1906 года, только в одной Москве партия «народной свободы» израсходовала на агитацию, как говорят, более 60.000 руб., без сомнения, …к благу возлюбленных кагалом россиян.

Для России же осенью 1897 года был основан «Всеобщий Еврейский Союз в Литве и Польше» или, так называемый, «Бунд». Согласно всему нам известному, он логически возник среди «орем бохеров» и «иешиве-бохеров, т. е. молодых евреев, готовящихся стать раввинами. Факт естественный. Лассаль, Маркс, Энгельс, Либкнехт, Бернштейн — евреи. Сынами же Иуды наполнены социалистические кружки в Германии, а в Австрии — ещё более. Сведения, относящиеся к социалистическому движению в России, убеждают, что и здесь первые места принадлежат евреям. Именно они образовали у нас свою национальную и боевую социал-демократическую организацию — «Бунд», от разбоев которого уже не знают куда деваться и сами талмид-хахамы.

«В течение пятнадцати лет, — как говорит Акимов,[67] — в Литве и Польше развивалось социал-демократическое движение, формы и проявления которого имели много общего с движением в остальной России, но всегда опережали его на несколько лет. Центральный комитет «Бунда» располагает огромными правами и вооружён средствами всемирного опыта для воздействия на жизнь партии, которой руководит. По сравнению с другими главенствующими же учреждениями в международной социал-демократии, полномочия центрального комитета «Бунда» чрезвычайно велики».

Скрывая свой личный состав, комитет властвует безгранично и террористически над местными комитетами, а, следовательно, и над всеми членами партии без исключения, распоряжаясь, конечно, и всеми денежными её средствами по своему усмотрению.

Местные комитеты «Бунда» находятся: в Варшаве, Лодзи, Белостоке, Гродно, Вильне, Двинске, Ковно, Витебске, Гомеле, Минске, Бердичеве, Житомире, Могилёве и Риге. Сверх того, где еврейское рабочее движение ещё недостаточно расцвело и не пустило глубоких корней, там организации «Бунда» пока не носят названия комитетов и не пользуются их правами. Такие организации существуют в Одессе, Киеве, Прилуках, Режице, Брест-Литовске, Вилькомире, Пинске, Седльце, Петрокове, Бобруйске и в бесчисленном ряде еврейских местечек пресловутой «черты оседлости».

«Бунд» с упомянутыми подразделениями возник, как сказано, логически из еврейских школ и молитвенных домов, носящих обыкновенно не приходской, а профессиональный характер. Собираясь вместе для проклинания гоев и самовозвеличивания, евреи всякой профессии издавна в сущности имели политическое право сходок, которого мы, русские, до сих пор не имеем, по крайней мере, в том же объёме. Официально собираясь для молитвы, еврейство не нуждалось и в разрешении полиции, а располагая непонятным для гоев жаргоном, могло свободно совершать заговоры в присутствии полицейского или жандармского офицера.

С точки зрения евреев, было бы смешно этим не воспользоваться…

Жестокость еврейского характера и преступность замыслов кагала безусловно требовали денег, тайны и дисциплины. Но и всего этого евреям не занимать.

Отсюда ясно и то положение, которое занял «Бунд».

Не входит в нашу задачу история революции в России.

Посему источники мятежа «русской интеллигенции», его причины и условия развития до подчинения «Бунду» должны быть оставлены нами в стороне. Не станем говорить мы и о том, хорошо или дурно поступили наши интеллигенты, а в особенности учащаяся молодёжь, когда соединились с врагами отечества. Законы истории неумолимы, и верховная справедливость не преминет покарать виновных, если не лично, то в потомстве. Будем, однако, надеяться, что столь беспримерная государственная измена ограничится тяжкой болезнью нашей родины, но как бы ни хлопотали об этом сыны Иуды, не приведёт её к гибели.

Опасен всемирный кагал, но могуч и русский народ. Твёрдо веруем, что не нам, а кагалу не поздоровится!..

Вглядываясь, однако, в картину событий, мы не можем не заметить, что нынешний момент революции должен иметь предшественников. Автор исследования о развитии социал-демократии в России называет центром «Бунда» Вильну, сам же мятеж, ею подстрекаемый, разделяет на четыре периода: а) стадия кружковщины, б) стадия экономической агитации, в) стадия так называемого «экономизма» и г) стадия политической борьбы. Связывая организацию и тактику «Бунда» с международной политикой социал-демократии и увлекаясь его боевым характером, г. Акимов намеренно или бессознательно замалчивает позор иудейской диктатуры и вообще, что весьма странно, обнаруживает крайнюю наивность в оценке еврейства.

Это тем забавнее, что названный автор, по-видимому, далеко не прочь присвоить себе титул официального историографа успехов социализма в России.

Было бы отраднее встретить у него поменьше злобы к правительству и побольше сострадания к родине.

Как бы, впрочем, ни было печально «научное» пресмыкание перед сынами Иуды, для нас важны собственные указания автора на стройность и последовательность политики «Бунда».

«La politique est l’art de deguiser son interet particulier en interet general».

«В тех городах, — свидетельствует Акимов, — где имеется комитет, создаются организации следующих типов: I — Фаховые сходки, II — Революционные группы, III — Пропагандистские сходки, IV — Интеллигентские сходки, V — Интеллигентские дискуссии и VI — Агитаторские сходки.

Фаховая сходка вводит то или иное еврейское ремесло в круг деятельности «Бунда». Включая наиболее интеллигентных рабочих, революционные группы обсуждают социалистические и программные вопросы партии. Пропагандистская сходка рассматривает проблемы о самом ведении пропаганды. Интеллигентская сходка направляет социальную революцию, стало быть, и вооружённый мятеж среди учащейся молодёжи, прежде всего, а затем — и разной иной, с позволения сказать, интеллигенции. Очевидно, что «Бунд» простирает свою диктатуру не на одних рабочих. Интеллигентские дискуссии содействуют подготовке агитаторов в разных организациях. Наконец, являясь наиболее компетентной в делах фаховых сходок, этих ячеек «Бунда», и прозорливо сосредоточивая в себе лучшие революционные силы, агитаторская сходка объединяет анархическую деятельность «Бунда».