Читать онлайн «Агиология». Страница 90

Другие императоры прославлены за свой аскетический подвиг и дар чудотворения.

Так, еще при жизни за добродетельную жизнь почиталась царица Феофания, первая супруга императора Льва Мудрого (866–911). Она спала на рогоже рядом с роскошной постелью, под царскими одеждами носила власяницу, творила много милостыни. Святитель Димитрий Ростовский[859] сообщает, что император Лев еще при жизни стал строить храм в ее честь. Св. Феофания категорически воспротивилась этому, и тогда храм был переименован в честь Всех Святых. После смерти Феофании Лев Мудрый в совете с Церковью установил празднование памяти Всех Святых в следующее воскресенье после Пятидесятницы. По словам Льва, если Феофания святая, то в этот день будет праздноваться и ее память. Об этом говорится также в синаксаре Недели Всех Святых (Цветная Триодь). Благочестивая императрица была прославлена чудотворениями уже через несколько дней после кончины, и поэтому почти сразу канонизирована.

Среди членов византийских императорских фамилий были царственные иноки, точнее, инокини – царевны Сосипатра и Анфуса. Царевна Сосипатра († 625, память 9 ноября ст. ст.) была дочерью императора Маврикия. Она приняла иночество, основала вместе со своей наставницей прп. Евстолией обитель и управляла ею до конца жизни[860]. Царевна Анфуса Омонийская, дева, игуменья (12 апреля ст. ст.) была дочерью императора-иконоборца Константина Копронима (741–775) от его первой супруги из хазар, «яже от злаго корене добрая ветвь сущи, изволи житие свое в чистом девстве провождати». Она и ее брат, будущий император-иконоборец Лев Хазар (775–780), были близнецами и родились 25 января 750 года. Несмотря на уговоры отца, Анфуса отказалась выйти замуж, стремясь к иночеству. После смерти Константина Копронима она все свое личное имущество употребила на помощь нищим и сиротам. Благочестивая царица Ирина (780–802), супруга Льва Хазара, относилась к святой Анфусе с любовью и уважением и приглашала ее в соправительницы. Но святая Анфуса отказалась. Она приняла постриг от святого Патриарха Тарасия (784–806), основала в Константинополе Омонийский монастырь, прославившийся строгим уставом, и прожила в нем до своей кончины в 801 году[861].

Ряд императоров прославлен как за заслуги перед Православием, так и за благочестие в личной жизни.

Например, Лев IВеликий (Маркелл) (457–474, память 20 января ст. ст.). Это первый император, коронованный Константинопольским архиепископом. Лев I был православным императором, защитником постановлений Халкидонского Собора, он заботился о сохранении единства империи и Церкви после Халкидона, решения которого не было принято значительной частью населения Византии. С его именем связано установление празднования Живоносному Источнику Пресвятой Богородицы в Светлую Пятницу. В синаксаре Цветной Триоди говорится, что он «бяше благ и смирен человек». О появлении праздника Живоносному Источнику синаксарь повествует следующее. Когда Лев еще не был императором, он как-то помогал идти одному слепцу. Когда тот попросил воды, Сама Матерь Божия указала Льву источник в лесной чаще и велела исцелить слепого этой водой. Обращаясь ко Льву, Пресвятая Богородица назвала его царем, что действительно вскоре осуществилось[862].

Св. Маврикий (582–602), как и последний Российский царь, принял мученическую кончину от рук взбунтовавшихся подданных. Маврикия считают одним из лучших византийских императоров. Он был сторонником Халкидона и всячески старался присоединить монофизитов к Православию мирным путем. Монофизиты относились к нему с уважением, их историк Иоанн Эфесский называл его «боголюбивым императором», сирийские монофизиты почитали его святым. В правление Маврикия многие из них вернулись в Православие. В числе возвратившихся Грузинская Церковь и часть Армянской. Маврикий реформировал и укрепил империю, активно боролся с коррупцией. Он был замечательным полководцем, очень любил свою семью, отличался необычайной скромностью.

Зимой 602 г. в войсках начался мятеж, который возглавил полковник Фока, будущий император (602–610). Маврикий и его сыновья были схвачены. Император не сопротивлялся, он воспринял это с истинно христианским мужеством, как наказание за свои грехи. По словам хронографа, Фока, желая увеличить мучения Маврикия печальным зрелищем, приказал казнить в его присутствии пять сыновей его. Маврикий же, постоянно повторял: «Праведен Ты, Господи, и правы суды Твои». Няня спрятала одного из царских сыновей и пыталась отдать на убиение своего собственного, но Маврикий не допустил этого. Он нашел и отдал на казнь своего сына. Последним был обезглавлен сам император[863]. Память св. Маврикия 28 ноября ст. ст.

Сведения об остальных канонизированных византийских императорах находятся в приложении к теме.

На Руси к общецерковному и местному почитанию канонизировано до 50 князей и княгинь.

Почитание святых князей начинается с первых лет христианства на Руси с почитания свв. Бориса и Глеба, усиливается во времена монгольского ига и прекращается одновременно с ним. Предполагают, что широкое распространение княжеской святости пришло на смену святости монашеской, когда, с разорением монастырей, стал исчезать подвиг преподобных.

Чин русских святых князей очень обширен: более половины из русских святых мирян княжеского происхождения. Но при этом о большинстве святых князей не сохранилось никаких сведений ни летописных, ни житийных, остались только их имена и святые мощи.

Почитание святых князей на Руси имеет несколько иные основания, нежели почитание византийских императоров. Последние, как уже говорилось, в первую очередь канонизировались за поддержку Православия в борьбе с ересями в эпоху Вселенских Соборов. В этой канонизации находил свое выражение теократический идеал царского служения. Но русский удельный князь, по общественному своему положению, никак не может быть сопоставлен с царем. Его власть ограничена вечем, дружиной, церковной иерархией. Он воплощает в себе не столько начало власти. сколько начало служения, являясь политическим, и прежде всего военным вождем. А как только Русь усваивает греческий идеал власти и переносит его, вместе с царским титулом, на великих князей Московских, княжеская святость прекращается. Никто из благочестивых царей Московских не был канонизован[865]. Поэтому можно предположить, что канонизация князей не имеет ничего общего с освящением власти.

Чтобы уяснить во всей чистоте и своеобразии сущность княжеского подвига, Г. П. Федотов предлагает выделить в сонме святых князей несколько групп: князей равноапостольных, князей-иноков, князей-страстотерпцев и, наконец, князей, прославленных своим общественным служением.

Сравнение св. князя Владимира и св. княгини Ольги с Константином и Еленой звучит уже в ранних похвальных словах им (XI в.). Общность заслуг перед Церковью была основанием перенесения на русских князей-крестителей имени «равноапостольных». Князь Владимир после Крещения прославился и личным благочестием, особенно обильной милостыней, о чем упоминают практически все русские книжники, говоря о Владимире даже мимоходом.

Вторую группу составляют князья-иноки. Среди них, прежде всего, следует назвать Николу Святошу († 1142), привратника Печерского монастыря, одного из верных духовных чад прп. Феодосия. Еще один пример – юный Заозерский князь Андрей (XV век). Будучи единственным наследником своего удела, он отказался от него и постригся в Спасо-Каменном монастыре на Кубенском озере. Он скончался через пять лет († 1453), в строгом, созерцательном уединении. Его житие показывает, что, несмотря на юность, святой князь достиг высокого совершенства духовной жизни.

Кроме князей-иноков следует сказать и о святых княгинях, игумениях и строительницах монастырей. Преподобные княгини, канонизованные Церковью, – это Евфросиния Полоцкая, Анна Кашинская, супруга св. князя Михаила Ярославича Тверского, скончавшаяся в монастыре в 1368 г.; Евфросиния Суздальская, дочь св. кн. Михаила Черниговского, и Евфросиния (в миру Евдокия) Московская, супруга Дмитрия Донского, постригшаяся незадолго до кончины († 1407) в Вознесенском девичьем монастыре. Наиболее яркий образ святой княгини видим в житии св. Евфросинии Полоцкой († 1173). См. Приложение к теме 6.

Князья-иноки почитаются как иноки, то есть преподобные, а не как князья. В их жизненном пути, общем пути монашеского подвига, мы не увидим во всей полноте особенностей подвига княжеского.