Читать онлайн «Агиология». Страница 46

Кесарь велел римских граждан усечь мечем, остальных отдать зверям. После смерти всех мучеников язычники стали издеваться над их останками. Их «старательно охраняли днем и ночью, чтобы никто из наших не похоронил их. Выбросили то, что осталось от огня и звериных зубов… Одни при виде этих останков злобно скрежетали зубами, ища, чем бы еще отомстить; другие, смеясь, издевались, восхваляли своих идолов и приписывали им наказание христиан. Люди более мягкие, склонные до некоторой степени к состраданию, укоряли нас, говоря: “Где же их Бог? Какая им польза от их веры, за которую они отдали жизнь?”… И ночь не приходила на помощь, и деньги не убеждали, и мольбы не трогали: останки мучеников всячески охраняли, словно в расчете на большую выгоду от того, что не будет у них могил. Через шесть дней останки мучеников были сожжены, а пепел брошен в реку Родан, “чтобы ничего от них на земле не оставалось”».

Описывая подвиг своих братьев, лионские и вьеннские христиане подчеркивают их смирение и истинную любовь к ближним. «Многократно мучимые, бросаемые зверям и возвращаемые в тюрьму, все в ожогах, рубцах и ранах, они не только сами не объявляли себя мучениками, но запрещали нам их так называть». Они говорили: «Мы просто исповедники ничтожные» и «со слезами просили братьев усиленно молиться, чтобы им устоять до конца». Они молились за палачей и не превозносились над падшими. Исповедники, «проливая за них обильные слезы перед Отцом, просили даровать им жизнь, и Он давал ее; они отдавали ее ближним и, победив все, отходили к Богу»[338].

Фиваидский легион был переброшен для преследования христиан из Фив (Египет) через Альпы в Европу. Там воины отказались выполнять свою задачу, исповедали Христа и приняли мученическую кончину. Места их подвига источники называют по-разному: Швейцарские Альпы, берега Роны в Еаллии (Франции), побережье Рейна близ Бонна и близ Кельна. Возможно, в каждом из этих мест пострадала часть легиона. В горах Швейцарии, в месте, называемом Аганаум (совр. Сен-Морис д’Аргон), впоследствии была воздвигнута базилика, а затем, в VI в., монастырь «Неусыпающих», где богослужение совершалось постоянно, по Уставу знаменитой Константинопольской обители «Неусыпающих». Один из офицеров этого легиона св. Еереон является покровителем Кельна. Его св. мощи до настоящего времени хранятся в храме рядом с Кельнским собором. Есть в Кельне и собор, посвященный св. Маврикию[339].

Преподобный Максим происходил из старинного и знатного рода. Родился в Константинополе, получил серьезное образование. Особенно глубоко Максим знал философию, церковную и светскую литературу. Житие сообщает, что он занимал должность первого секретаря ими. Ираклия (610–641). С юности прп. Максим отличался не только любомудрием, но и смиренномудрием, к тому же имел врожденную склонность к созерцанию. Поэтому он очень скоро оставил шумную и полную интриг придворную жизнь и поселился в Хризопольском монастыре недалеко от Халкидона, где «процветало любомудрие». Смиренный подвиг Максима стяжал ему уважение братии, и он против своей воли был избран игуменом. Но священный сан принять отказался, и всю жизнь оставался простым монахом. В монастыре прп. Максим подвизался, по-видимому, до 30-х годов VII века. Вся последующая его жизнь была посвящена борьбе с ересью монофелитства.

Преподобный Максим оставил охваченный ересью Константинополь. Одно время он жил в Северной Африке. Главным событием этого периода был успешный спор с низложенным Константинопольским Патриархом-монофелитом Пирром в 645 г. Сохранилась подробная запись этого спора. В 646 г. под влиянием прп. Максима в Африке монофелитство было осуждено на Поместном Соборе. Здесь он познакомился и подружился со св. Софронием Иерусалимским (634–644), единственным Патриархом, оставшимся верным Православию.

Затем Максим отправляется в Рим. В 649 году по его совету папа Мартин созывает Собор, известный под именем Латеранского. Собор решительно отверг новую ересь, Патриархи-монофелиты Кир, Сергий, Пирр и Павел были отлучены и преданы анафеме. За это защитники Православия, как ослушники воли императора, подверглись суровой каре. В 653 году св. папа Мартин и Максим были схвачены. Папа после торопливого суда сослан в Херсонес, где в 655 году умер, замученный голодом. Преподобного Максима (которому тогда было более 70 лет) судили в Константинополе как возмутителя церковного и гражданского мира. Суд был пристрастный и неправедный, обвинитель и присутствующие были исполнены ненависти к Максиму. В его адрес звучали клевета и оскорбления, выступали лжесвидетели. В житии сохранился подробный и яркий рассказ об этом судебном процессе, записанный со слов ученика Максима – Анастасия, арестованного вместе с ним. В преподобном Максиме светских защитников ереси больше всего раздражала его духовная независимость и отрицание права царя вмешиваться в вопросы веры. «Не дело царей, но дело священников исследовать и определять спасительные догматы Кафолической Церкви», – говорил Максим. Обвинителей раздражало и то, что в спокойном сознании своей правоты он, простой монах, противоборствовал Патриархам и множеству других представителей церковной иерархии. На это преподобный отвечал, что если бы даже ангел с небес проповедовал ересь, он, Максим, все равно стоял бы за истину. С ним долго и настойчиво спорили, и на все обвинения он давал мудрые и спокойные ответы. Когда же еретики увидели, что он остается непреклонным, был вынесен приговор о ссылке (во Фракию). Но и там Максим продолжал писать против монофелитства и волновать умы. В 662 году его снова привезли в Константинополь. Преподобного Максима, тогда уже 82-летнего старца, вновь безуспешно убеждали отказаться от своих убеждений. Затем ему, папе Мартину и Патриарху Софронию произнесли анафему, и прп. Максима с двумя учениками было велено подвергнуть жестоким истязаниям. Их били воловьими жилами, прп. Максиму и одному из учеников отрезали язык и правую руку, возили по городу с поруганиями. После этого преподобный был вновь выслан из Константинополя. Его отправили на Кавказ, в крепость Схимарис, находившуюся на территории современной Грузии, где он вскоре умер (662 г.).

О жизни прп. Максима сохранилось много сказаний. Это свидетельствует о том, что страдания и подвиг этого непреклонного защитника истины произвели сильное впечатление на современников. На месте кончины преподобного, в Грузии, о нем сохранилась благоговейная память. После победы Православия на VI Вселенском Соборе был по достоинству оценен и великий мученический подвиг Максима. Его глубоко почитали в Византии не только как непоколебимого ревнителя Православия, но и как автора серьезных богословских и аскетических трудов. Житие отмечает, что при всех бурных событиях своей жизни «даже и на малое время не переставал он составлять сочинения». Преподобный Максим был не только богословом, но и мистиком, учителем созерцания, его богословские взгляды являются плодом духовного опыта[340].

Большинство творений прп. Максима представляет собой богословские отрывки, заметки, «главы». В ряду его сочинений, в первую очередь, отмечают размышления по поводу «трудных мест» Священного Писания: «Вопросоответы к Фаласию», комментарии на 59 псалом и молитву Господню. Самым крупным богословским трудом преподобного Максима является собрание очерков о «трудных местах» у свт. Григория Богослова и св. Дионисия Ареопагита – «Амбигвы». Весьма значительным в богословском отношении объяснением Божественной Литургии является его «Тайноводство» или «Мистагогия», написанное под влиянием Ареопагитик. Вопросам духовной жизни посвящены 400 глав «О любви», 200 глав Богословских и домостроительных, Послание к епарху Георгию о гордости и др. Основные христологические взгляды по поводу заблуждения монофелитства изложены прп. Максимом в его «Диспуте с Пирром». Многие письма преподобного представляют собой догматические послания по поводу ереси монофизитства. Влияние прп. Максима чувствуется во всех областях позднейшей византийской письменности[341].

Феодор и его младший брат Феофан родились в Иерусалиме, в семье пресвитера. Получив хорошее образование, они стали монахами в Лавре прп. Саввы Освященного. Феодор был рукоположен в священный сан.

Во время иконоборческих гонений при ими. Льве Армянине (813–820), по благословению Иерусалимского Патриарха, Феодор и Феофан прибыли в Константинополь. Они бесстрашно отстаивали иконопочитание перед высшими сановниками и императором, за что были жестоко избиты и отправлены в заточение. Когда Лев Армянин был убит заговорщиками, новый император Михаил освободил исповедников. Михаил, как и Лев, был противником иконопочитания, но никого не преследовал и жил, погруженный в мирскую суету. Феодор и Феофан остались в столице и снова стали проповедовать в защиту святых икон. Вскоре, по велению советника царя, а впоследствии Патриарха иконоборца Иоанна Грамматика (932–942) братья были арестованы и высланы из Константинополя.