Читать онлайн «Сравнительное Богословие Книга 5». Страница 110

[512] Духовное единство индуизма обеспечивается сборкой местных эгрегориалных культов в единый мощнейший эгрегор индуизма не на основе самих культов и их содержания, а на основе единой для всех культов “философии” индуизма, которую мы рассмотрим в следующих разделах.

[513] Всё та же общая для многих религий мифология гибели предыдущей цивилизации от потопа. А черепаха вполне похожа на «Ноев ковчег».

[514] Начинаются образные параллели с библейским Апокалипсисом.

[515] Рама — главный герой индийского эпоса «Рамаяны» и «Махабхараты», образ мудрого добродетельного царя-героя. Рама был объявлен аватарой Вишну и стал в средние века главным объектом религиозного культа.

[516] Налицо параллели с библейским Апокалипсисом: Откровение Иоанна Богослова 6 глава. Эта глава начинается всадником, который восседает на белом коне и заканчивается всадником, восседающем на бледном коне:

Откровение 6:

7. И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нём всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвёртую частью земли — умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными.

Эта библейская легенда замкнута на «второе пришествие Христа» (Агнца, пожертвовавшего собой в символике Апокалипсиса), которое якобы должно «восстановить справедливость» в погрязшем в пороке людском мире. В индуизме в роли жертвенного “Агнца” выступает Пуруша, а в роли «справедливого судьи» — Вишну.

В общем, библейские каноны (Апокалипсис особо) составлялись не только базе зороастризма, но и на базе восточных индуистских легенд о грядущем и неминуемом «светопредставлении» падшего общества и коллективном воздаянии всем отступникам от канонического или мифического «добра».

[517] Майтрейя — в буддийской мифологии бодхисатва и будда, долженствующий родиться в будущем и осуществить счастливое правление миром (в “христианстве” это апокалиптический Агнец). Его изображают сидящим на троне, в виде позолоченной статуи.

[518] В главе «Религиозная система зороастризма» мы подробно разбирали психические проблемы людей, которые возвели на Бога напраслину Его якобы постоянной борьбы со «злом» и Его якобы воздаятельно-мстительной сущности. Эти же проблемы и у индусов: таков уж ведический Восток.

[519] Либо «пророческие» миссии — в лучшем случае.

[520] Затем “задвинув” Бога вообще подальше от воспоминаний людей.

[521] И “ключом” к этой связи являются не только аватары, но и фундаментальное сходство древних восточных легенд о неминуемой катастрофе цивилизации с участием бога (такая легендарная “философская” основа особенно развита и “обоснована” в индоиранской мифологии) и библейским Апокалипсисом.

[522] Где много эмоций — там мало понимания. Эмоциональная избыточность, как мы уже знаем — признак эгрегориальной магии, “господства” эгрегориальной алгоритмики над разумом и различением.

[523] Посмотреть на таких индуистских богов можно и в наше время, стоит лишь посетить один из многих индуистских ашрамов.

[524] Одна из основных книг индуистских Вед.

[525] Эта история напоминает алгоритмику древнегреческих мифов, в которых родственники убивают друг друга ради того, чтобы не сбылось «плохое» предсказание.

Многие народности Северной Индии живут стереотипами, подчерпнутыми из красивой мелодрамы рождения, любви Кришны, его забав с пастушками…

[526] Такова внешняя, очень красивая и привлекающая своей кажущейся «добротой» и «непосредственностью», сторона индуизма.

[527] Какое может быть «сознание» в сочетании с танцевальным и песенным экстазом? — Безусловно индуизм в Средние века деградирует до примитивизма “сознания” танцующей толпы. Но на бессознательных уровнях индуистов, конечно же, всё тот же прежний “образ” бога.

Бхакти (причастность, преданность богу) — одно из центральных понятий в индуизме. Оно означает особый путь богопочитания, состоящий в безграничной и безраздельной преданности божеству, ежеминутной памяти о нем и внутреннем созерцании его (бхагти-марга, наряду с путем знания джняна-маргой и путем бескорыстного действия карма-маргой). Термин в этом значении впервые употребляется в Бхагаватгите. В общем, индуистам рекомендовано постоянно помнить «о боге», в результате чего они постоянно отдают свою энергетику эгрегору бога, поддерживая мощь последнего. Но помимо этого существуют ещё песни, пляски и гимны.

В раннем средневековье индуистские теологи сблизили бхакти с понятием любви. Тогда же на дравидском юге бхакти зародилось как мощное и влиятельное течение, которое к XYI в. охватило всю страну, окрасило собой всё средневековье и сохранилось в новое время, определив образ жизни огромной части народа.

Бхакти было широким демократическим движением, признающим равенство людей перед богом (но это не социальное равенство: индуистское религиозное “равенство” вовсе не означает усилия по преодолению сословно-кастовых барьеров), с безразличным, а, порой, и отрицательным отношением к брахманскому ритуалу (а брахманам вполне достаточно безразличия людей к социальному неравенству и поддержки толпой главного индусского эгрегора). В плане религиозной практики приоритет получили персонифицированные божества, главным образом Шива и Вишну. Трансформировались и внешние формы “богопочитания”. Большое место в “богослужении” заняли музыка и пляска, возросла роль храмов и храмовых изображений. Значимым культовым актом стала песня, гимн богу, который мыслился как милосердный и любящий (но согласно мифологии был мстительный дуалистический).

[528] Главные индуистские боги имеют множество рук: так индусы пытались выразить всеобъемлющую функцию того бога, культ которого возвышался в их регионе, придавая ему свойства верховного Брахмы.

[529] Но страх перед «тёмным антиподом» обеспечивал не менее эффективную накачку эгрегора зороастризма (в части, касающейся ведения «антипода»), нежели общепринятый в индуизме культ верховного «тёмного» бога.

[530] Правда в индуизме это получило своё дальнейшее развитие, связанное с индусской “философией”.

[531] То же самое в зороастризме находится в ведении Ахура-Мазды — повелителя «нечистых» животных и демонов.

[532] Что достаточно “самообличающе”: только представители «животного» типа психики могут создавать культы, связанные с основными инстинктивными программами, поскольку эти программы у представителей «животного» типа психики — имеют главное жизненное значение.

Следует заметить, что вокруг «основного инстинкта» (вокруг возвышения лингама либо йони: последнее больше было развито в индусском шактизме) и в наше время вертится немало культов — которые особенно рьяно поддерживает “интеллигенция”, связанная со СМИ…

[533] Отсюда и древние мировоззренческие и психические истоки страха перед якобы Богом.

[534] Что составляет “обратную” сторону совокупного “образа” индусского бога.

[535] Это не случайное воплощение верховного бога Шивы: в следующих разделах мы увидим, что йогические возможности, которые обеспечиваются возможностями эгрегора, индусы ставят на уровень «освобождения».

[536] Архаизм шиваитских культов проявляется, в частности, в том, что, в отличие от вишнуитов, почитатели Шивы продолжают приносить в своих храмах жертвы. Вероятно, этим объясняется тот факт, что неиндусам вход в них закрыт.

[537]“Христиане” уже около 2000 лет «посыпают голову пеплом», переживая «за Христа», за его «мученическую гибель на кресте», в то же время принимая от него якобы «искупление грехов» — но не хотят понять, что Христос призывал людей к деятельному изменению самих себя и жизни. Иисус указывал безвольным и трусливым людям на никчёмность и опасность их бессмысленных переживаний:

От Луки 6

46 Что вы зовете Меня: Господи! Господи! — и не делаете того, что Я говорю?