Читать онлайн «Билейские основы современной науки». Страница 86

Рисунок 24. Непрерывность процесса осадкообразования в мировом масштабе.

Поскольку не существует несогласного залегания пластов всемирного характера (поверхностей, свидетельствующих о разрывах в процессе осадкообразования и, следовательно, о разрывах во времени), то, значит, и в стратиграфической колонке нет разрывов всеобщего характера. Поскольку каждый пласт и каждое образование формировались очень быстро, то вся колонка представляет собой след единой эпохи непрерывного, быстрого образования твердых пород земной коры в результате осаждения в водной среде.

Геологическая формация Б, слои которой первоначально располагались горизонтально, в сечении 1 подверглась подъему и изгибу, возвысившись в результате над поверхностью воды. При этом в сечении 2 процесс образования отложений оставался непрерывным, вследствие чего несогласное залегание пластов наблюдается только в сечении 1.

Другими словами, начав с основания стратиграфической колонн в любой точке Земли, всегда можно найти путь, ведущий на поверхность, который не пересекает несогласных залеганий пластов. При встрече с таким напластованием будет достаточно лишь переместиться вдоль формации до точки, где формации чередуются последовательно, и затем продолжить движение вверх. Эта возможность всегда существует, поскольку ни одно локальное нарушение порядка формаций не носит всемирного характера. Она свидетельствует о непрерывности осаждения, а поскольку каждая формация - это след некой катастрофы, то и вся последовательность формаций соответствует «последовательности» катастроф, не разделенных никаким временем. Подобный путь наверх можно проделать из любой точки на земном шаре, соответствующей основанию стратиграфической колонки. Итак, весь комплекс геологических образований есть следствие неограниченного числа «локальных» катастроф, взаимосвязанных и непрерывных, то есть по сути - водного катаклизма всемирного масштаба, во время которого, словами апостола Петра, «тогдашний мир погиб, быв потоплен водою» (2 Пет. 3:6).

Следует понимать, что столь широкий круг проблем, скрывающихся за понятием «библейская геология», в пределах одной главы можно изложить лишь в ознакомительном виде. И креационисты, и эволюционисты располагают одними и теми же данными и одними и теми же методами исследования геологических процессов, однако способы интерпретации данных в историческом контексте существенно различны. Поскольку геология на протяжении последних ста лет была полностью ориентирована на идеи эволюции и существование эпох огромной длительности, а геологические данные весьма многочисленны и разнообразны, пересмотр их в свете подлинно библейских представлений (то есть признавая сравнительно недавнее сотворение Земли и постигший ее всемирный катаклизм - потоп) потребует от ученых-креационистов огромного объема научных изысканий о исследований. Пока же более детальное обсуждение рассмотренной проблемы можно найти в книге The Genesis Flood, которую автор написал вместе с доктором Джоном Уиткомом. [165] Кроме того, много важных статей, касающихся различных геологических аспектов, связанных с потопом, можно найти в различных выпусках ежеквартального альманаха Creation Research Society Quarterly, который регулярно выходит начиная с 1964 года.

Хотя еще очень много проблем требуют решения, общие соображения, приведенные в этой главе, по крайней мере указывают, что библейский взгляд на историю Земли объясняет факты, известные геологии, гораздо лучше, нежели стандартные модели геологического эволюционизма. Дальнейшие же исследования приведут к тому, что на оставшиеся вопросы также будут даны ответы, согласующиеся с библейской концепцией.

В отличие от других наук, с которыми мы имели дело, палеонтологии - изучении окаменелостей - в Библии конкретно ничего не говорится. Есть там ряд упоминаний о некоторых вымерших животных, известных нам только по их останкам (например, динозаврах), но об окаменелостях как таковых авторы Библии не пишут. Поэтому мы можем сказать: в библейские времена люди знать не знали о существовании подобных вещей.

Однако окаменелости играют важнейшую роль в изучении Библии и в науке, потому что являются ключом к истории планеты и основным предметом спора креационистов и эволюционистов. Обычно утверждают, что данные раскопок стали главным доказательством эволюции, якобы отразив эволюционные изменения в живых существах на протяжении геологических эпох. Креационисты же, напротив, полагают, что окаменелости свидетельствуют о смерти, следовательно, о грехе и наказании за грех и что большая их часть образовалась в результате погребения животных во время великого потопа,

Что же отражают останки: эволюцию жизни в течение веков или уничтожение жизни однажды? Этот крайне важный вопрос мы рассмотрим в данной главе.

В предыдущей главе мы приводили некоторые из многочисленных библейских и геологических доказательств того, что всемирный потоп произошел именно так, как он описан в Библии Стратиграфическая колонка - это на самом деле не тысячелетиями накапливавшиеся породы, а свидетельство о великом наводнении. Из терминологических соображений мы будем пользоваться стандартными названиями геологических эпох, но постараемся осветить правильно палеонтологические данные.

Даже если предположить, что геологические эпохи - доказанный факт, все равно на полном их протяжении от кембрийского периода палеозойской эры до плейстоцена кайнозойской эры в останках не обнаружено ни мельчайшего следа эволюции. Среди миллиардов найденных в породах земной коры окаменелостей - которые весьма разнообразны и представляют как вымершие, так и ныне живущие виды, - нет ни единой переходной эволюционной формы; нигде в мире ни одна такая форма те обнаружена.

Креационисты, конечно, многие годы подчеркивают этот факт, но эволюционисты, особенно неодарвинисты, уже так давно преподносят всем доктрину медленных и постепенных эволюционных изменений, что большинство поверило им, полагая, что окаменелости в самом деле отражают эти воображаемые великие эволюционные изменения прошлого. Но таких переходных звеньев в останках нет, и этот факт наконец-то признали сегодня даже палеонтологи-эволюционисты. Стивен Джей Гоулд из Гарварда - вероятно, ведущий представитель этой современной школы палеонтологии. Он делает следующее заявление: «Все палеонтологи знают, что среди окаменелостей очень мало промежуточных форм; отличия одной крупной группы от другой имеют четкий характер». [166]

Гоулд и его коллега Найлс Элдредж из Американского музея естественной истории популяризировали механизм так называемого «прерывистого равновесия» в качестве более адекватной модели эволюции, чем «медленное и постепенное» развитие, предложенное неодарвинистами: «Итак, наша модель «прерывистого равновесия» утверждает, что эволюция сконцентрирована в явлениях видообразования и что видообразование - редкое событие, прерывающее стазис больших популяций, которые в течение миллионов лет остаются практически неизменными». [167]

Обратите внимание: отличия и между крупными группами, и между отдельными видами, по словам Гоулда, «имеют четкий характер». То есть даже переход от одного вида к другому не плавен, не говоря уже о более значительных категориях.

Другой ведущий современный палеонтолог - Стивен Стэнли из университета Джонса Хопкинса. Он делает такое наблюдение: «Сформировавшиеся ныне виды развиваются настолько медленно, что значительные переходы от одного рода или более крупных таксонов к другому должны происходить В рамках малых и быстро эволюционирующих популяций, практически не оставляя следа в окаменелостях». [168]

Замечательное положение дел! Эволюция должна быть связана с изменениями в организмах, однако основной ее фактор - «стазис», то есть неизменность!

Если не считать полного исчезновения, ни один из распространенных сформировавшихся видов - будь то вид растений, насекомых, млеко- питающих или морских беспозвоночных - не подвергся сколько-нибудь заметным изменениям формы за 106 - 107 поколений. [169]

Стабильность сформировавшихся видов означает, что большая часть эволюционных изменений происходит быстро, в местных популяциях: так как направления быстрого видообразования различны и не могут быть в полной мере предсказаны для больших сегментов филогенеза, макроэволюция в значительной степени проистекает из микроэволюции. [170]