Читать онлайн «Билейские основы современной науки». Страница 104

Тех, кто так пишет, можно заподозрить в пристрастии к извращенному и черному юмору. Но они, по-видимому, хотят, чтобы их воспринимали серьезно, как рациональных ученых, логически оценивающих «известные факты» эволюции человека.

Для библейских авторов (см. Вт. 28:53,57; 4 Цар. 6:28-29), напротив, каннибализм был немыслим, возможен только во времена жесточайших бедствий, и даже в этом случае он был страшным позором.

В действительности, мысль о том, что «примитивные» племена предавались каннибализму, - вероятно, еще один миф эволюции. Доктор Уильям Арене, профессор антропологии Государственного университета Нью-Йорка (Стоуни Брук) показал, что нет полноценных свидетельств, подтверждающих, что каннибализм был частью культуры хоть одного племени. Иногда отмечались случаи, когда люди поедали человеческую плоть (даже у цивилизованных народов), но всегда под угрозой голодной смерти или нарушая закон, однако каннибализм никогда не был установлением культуры. [259]

Каннибализм - хотя и наиболее отвратительный, но наверняка не самый пагубный обычай, нашедший оправдание во имя эволюции. В самом конце эпохальной книги Дарвина «Происхождение видов путем естественного отбора» помещен его вывод, раскрывающий неприглядность характера эволюции (хотя сам он считал ее делом справедливым!). «Таким образом, из войны в природе, из голода и смерти непосредственно вытекает самый высокий результат, какой только можно представить, - образование высших животных». [260] С точки зрения дарвинизма, война, голод и смерть - это хорошо, потому что благодаря им из низших животных развились высшие животные и, наконец, сам человек. Можно перефразировать эту гротескную мысль так:

«Человек чрез смерть!»

Слово Божие, с другой стороны, утверждает прямо противоположное: «Смерть чрез человека» (1 Кор. 15:21). То поведение, которое эволюционная теория считает естественным, которое, на ее взгляд, способствует выживанию наиболее приспособленных и содействует эволюционному прогрессу. Библия считает грехом, результатом восстания человека против своего Творца и следствием разобщения с Ним. Если люди ведут себя (и далее выглядят) как обезьяны, то не потому, что по эволюционной преемственности они тяготеют к животным предкам, а вследствие греха и его разрушительного воздействия на тело и сознание, низводящего их с высоты образа Божия, по которому они были сотворены, до животного образа жизни и мышления. «Они, как бессловесные животные, водимые природою, Рожденные на уловление и истребление, злословя то, чего не понимают, в растлении своем истребятся» (2 Пет. 2:12).

Библия категорически утверждает, что человеческие существа - не просто сложные физические и химические машины. «Душа не больше ли пищи, и тело - одежды?» - сказал Иисус (Мф. 6:25). В Новом Завете проводится явственное различие между душой и телом; душа остается жить, даже когда тело умирает (Мф. 10:28; Отк. 6:9 и т.д.). Подобным образом Писание учит, что дух человека живет после смерти тела (Деян. 7:59; 1 Кор. 5:5; 1 Пет. 3:18 и т.д.). Таким образом, и дух, и душа отличаются от тела, и, следовательно, их нельзя понять и описать так, как можно понять и описать тело, - с точки зрения только биохимических систем и взаимосвязей. Как мы уже говорили, человеческое тело состоит из определенного числа конкретных химических элементов - «праха земного», из которых состоит и все остальное физическое творение Божие (см. Быт. 2:17; 3:19; 1 Кор. 15:47), а следовательно, строение и функции тела человека можно, по крайней мере в принципе, полностью описать в рамках биофизики и биохимии. Однако в отношении души и духа этого сделать нельзя. Эти нематериальные образования - хотя они столь же реальны, как и физическое тело человека, - нельзя понять с точки зрения закона, описывающего материальные объекты, пускай даже такие, в которых пребывают дающие силу душа и дух.

Однако современный эволюционный гуманизм иного мнения. Один из главных принципов гуманизма таков: «Придерживаясь органической точки зрения на жизнь, гуманисты находят, что традиционный дуализм сознания и тела должен быть отвергнут». [261] Это принцип 3, ему предшествуют принципы, которые заявляют о независимом существовании Вселенной и натуралистической эволюции человека. Это более или менее официальная точка зрения современных неверующих интеллектуалов, как бы они ни назывались - гуманистами, атеистами, материалистами, натуралистами или как-нибудь еще. Но этим людям совсем не следует утверждать, что их позицию поддерживает наука. Наука, по своей истинной природе, занимается материальными явлениями, пытаясь установить связи, отражающие поведение материи и энергии в пространстве и времени. Она не имеет дела с «нематериальными» объектами. Несмотря на то, что такие объекты действительно существуют, они не подчиняются механическим законам и, следовательно, находятся вне сферы действия научного метода, используемого естественными науками.

Некоторые выдающиеся современные ученые готовы признать, что человеческая жизнь - нечто большее, чем жизнь плоти. К примеру, доктор Льюис Томас, канцлер мемориального онкологического центра Слоана Киттеринга в Нью-Йорке, один из величайших ученых, занимающихся науками о жизни, говорит: «Мы много знаем о строении и функциях клеток и нервных волокон человеческого мозга, но не имеем и малейшего понятия о том, что делает этот удивительный орган, чтобы в нем возникло сознание; природа сознания - научная проблема, и еще не найден даже подход к ее решению». [262] Относительно происходящего после смерти Томас откровенно говорит, что у естествоиспытателей нет способа это узнать. «Мы не понимаем процесса умирания, мы также не можем четко и определенно сказать, что происходит с человеческим сознанием после смерти». [263]

Сэр Джон Экклс, получивший Нобелевскую премию 1963 года в области физиологии и медицины за исследование взаимодействия между нервными клетками, уже долгое время считается одним из выдающихся ученых мира в области биологии человека. «Экклс активно защищает старинное религиозное поверье о том, что человеческие существа состоят из сложного соединения физической материи и неуловимого духа… Смело выдвигая мысль, которая для большинства ученых является величайшей ересью, Экклс утверждает также, что наше нематериальное «я» живет и после физической смерти мозга». [264] Несмотря на то, что отсутствие дискуссии по этим вопросам выглядит почти как заговор молчания научных журналов, есть множество ученых, разделяющих его взгляды. «Экклс - не единственный всемирно известный ученый, придерживающийся нового спорного взгляда на Древнюю загадку сознания-тела. От Беркли до Парижа и от Лондона до Принстона видные ученые самых разных специальностей, от нейрофизиологии до квантовой физики, признают уже не только в глуши своих кабинетов, что они верят по крайней мере в возможность существования таких ненаучных вещей, как бессмертный дух человека и божественное творение». [265] Сам Экклс сделал для науки и для себя лично вывод: «Если я говорю, что человеческое «я» обретает свою индивидуальность не через генетический код, не через приобретение опыта, тогда как же? Мой ответ: сотворением от Бога. Каждое «я» - божественное творение». [266]

Одно из наиболее очевидных и недвусмысленных доказательств неповторимости человека по сравнению с животными - это способность к общению на разумном, абстрактном, символическом человеческом языке. Животные лают, щебечут, рычат, но их «разговор» абсолютно, качественно отличается от человеческой речи. Ноам Хомский, один из лучших в мире специалистов по языкознанию, сказал: «Выясняется, что человеческий язык - неповторимое явление, он не имеет подходящих аналогий в животном мире… Нет причин полагать, что пропасть между человеком и животными преодолима. Утверждают, что «высшие» формы развились эволюционным путем из «низших», но с таким же успехом можно считать, что способность человека ходить появилась эволюционным путем из способности дышать». [267] Подобным образом высказывается и Льюис Томас: «… но мы не понимаем собственно языка. На деле, язык представляет собой столь непонятную проблему, что язык, которым мы пользуемся для ее обсуждения, сам постепенно становится непонятен». [268]

Использование языка для выражения мыслей таинственным образом связано с тем, как наше сознание переводит зрительные образы, которые мы воспринимаем глазами, в понятия, которые способен понять наш разум. Все это, по-видимому, совершенно выходит за пределы возможностей анализа в рамках естественных наук.

Как бы далеко мы ни заходили по путям зрительного восприятия, в конце их мы вынуждены поместить «внутреннего человека», преобразующего зрительный образ в понятие. Что касается лингвистики, анализ языка упирается, по-видимому, в тот же понятливый тупик, в который упирается и анализ образа… То есть человек может выразить «смысл» только по отношению к своему «а», которое является одновременно и источником, и местом назначения семантических сигналов. Но самому понятию «я «, краеугольному камню аналитической психологии Фрейда, нельзя дать эксплицитное определение. И наоборот, смысл понятия «я» интуитивно очевиден. Это еще одно из трансцендентных понятий Канта, распространяемых на человека a priori, подобно как мы относим понятия пространства, времени я причинности к природе. [269]