Читать онлайн «Лекции по истории Церкви». Страница 38

Как и первое восстановление иконопочитания, окончательное восстановление иконопочитания произошло в царствование женщины. После смерти Феофила власть взяла его вдова Феодора. Сын и наследник Феофила в это время был еще совсем маленьким: ему было не больше 6 лет. Это был Михаил III. Среди советников царицы главную роль играл министр путей сообщения Феоктист. Это был фактически министр внутренних дел Византийской империи. Феоктист был человеком благочестивым, и после того, как он в результате государственного переворота был убит, греческая Церковь причислила его к лику святых, хотя в наших святцах он не значится.

В отличие от времени св. царицы Ирины, восстановление иконопочитание совершилось легко и спокойно, потому что иконоборческое движение уже отжило, и сильной оппозиции иконопочитанию больше не было. Однако, несмотря на это, императрица Феодора, ее главный помощник Феоктист и патриарх Мефодий проводили иконопочитание с чрезвычайной осторожностью. Они оказывали снисхождение тем иконоборцам, которые желали принять почитание святых икон.

Как и прежде, этот умеренный образ действий встретил сопротивление со стороны зилотов — ревнителей. Во время иконоборчества православные были едины, но как только иконопочитание стало единым, сразу же возобновилось старое разделение на политиков и зилотов. Как и прежде, против умеренной икономической политики патриархов свв. Тарасия и Никифора тоже выступали монахи знаменитого константинопольского Студийского монастыря. Спор принял такую остроту, что опять студийские монахи были отлучены от церковного общения. Однако уже в 847 году патриарх св. Мефодий умер, и это дало шанс для примирения противоборствующих церковных группировок. На патриарший престол был назначен Игнатий. Он должен был вызвать симпатии зилотов, поскольку он был монахом строгой жизни и безупречной репутации. В то же время он был сыном свернутого с престола императора Михаила I Рангави, поэтому был тесно связан с самыми высокими придворными сферами. Как надеялись в правительстве, он должен был найти общий язык и с царицей. Действительно, борьба на время утихла, хотя впоследствии св. Игнатий невольно стал причиной еще гораздо более серьезного церковного раздора. После ликвидации иконоборчества правительство должно было выдержать тяжелую борьбу с сектой павликиан. Эта секта получила большое распространение на восточной границе империи и пользовалась в свое время покровительством императоров-иконоборцев, но также и православного императора Никифора I. Секта эта превратилась в настоящее государство со своей армией, своими крепостями, и императоры рассматривали ее с чисто военной точки зрения как препятствие для тех восточных врагов империи, которые захотели бы преодолеть границу в том месте, где секта была распространена. Некоторые сектанты стали переселяться к арабам и сражались против христианской империи.

Императрица Феодора развернула довольно жестокие преследования этих сектантов, и многие из них были переселены с восточной границы в Европу, во Фракию. Это была довольно обычная внутриполитическая мера римских императоров. В данном случае это было не очень удачно, т. к. ересь начала распространяться и в новом районе расселения сектантов. В 856 году произошел государственный переворот: Михаил III взял власть в свои руки. Поскольку он был очень молод и проявлял способности в основном в военном деле, фактическим правителем стал его дядя Варда, брат св. Феодоры, который и подвигнул своего племянника на государственный переворот. Во время переворота министр Феоктист был убит, а императрица Феодора была вынуждена отречься от власти. Двумя годами позже, когда состоялось неудачное покушение на ее брата Варду, она была сослана в монастырь.

Варда был еще более одаренным правителем, чем свергнутый им Феоктист. Для нас интересно то, что Варда энергично содействовал культурному подъему. Если время иконоборчества было временем культурного упадка, то после падения иконоборчества началось возрождение культуры. В этой области покровительство императорской власти всегда было чрезвычайно важно. Без этого покровительства не могло быть настоящего культурного подъема. Сначала покровителем культуры был Феоктист, потом в еще большей степени им стал кесарь Варда. Кесарь Варда основал высшую школу — род университета — в императорском Магнабрском дворце. В этом университете занимались всеми отраслями тогдашней науки. История высшего образования Византии до сих пор не выяснена полностью. Есть ученые, которые считают, что высшее образование существовало на всем протяжении византийской истории, то затухая и приходя в упадок, то поднимаясь и расцветая, а другие считают, что это была прерывистая линия, когда были периоды полного угасания высшего образования. Так или иначе, университет в Магнабрском дворце имел очень большое значение. Руководителем его был назначен виднейший ученый Лев Математик, несмотря на то, что в свое время он проявил себе как иконоборец. Одним из самых блестящих профессоров стал великий Фотий, впоследствии патриарх.

Фотий родился около 820 года, он был племянником патриарха св. Тарасия, т. е. по рождению принадлежал к высшей знати и происходил из семьи, верной почитанию святых икон. Его семья претерпела гонения во время иконоборчества, что не помешало Фотию получить великолепное образование. Он преподавал целый ряд наук: логику, диалектику, что-то вроде истории философии (учения Аристотеля и Платона), математику, а также богословие.

Одновременно Фотий состоял чиновником государственной службы, ему поручались важные дипломатические миссии. Вообще Фотий — одна из самых характерных личностей Византийской империи, на его примере мы видим, насколько тесно объединялись культура, государство и Церковь, потому что Фотий был одновременно великим ученым, государственным чиновником высокого ранга, а впоследствии и патриархом.

После смены правительства должна была произойти и смена церковного возглавления. Источники, вообще говоря, несправедливы к режиму Михаила III и кесаря Варды, а кроме того, после удаления патриарха св. Игнатия от патриаршества началась жестокая распря между сторонниками патриархов свв. Игнатия и Фотия. Поэтому те сведения, которые сообщают лица, заинтересованные партийно в этой распре, должны очень внимательно проверяться. Наука нашего времени обладает замечательным исследованием на эту тему чешского историка и католического священника Франциска Дворника. Оно называется «Схизма Фотия» (известны издания на английском и французском языках). Но резюме этого огромного исследования, занимающего много сотен страниц, было напечатано на русском языке в Богословских трудах, составил его профессор Огицкий. Франциск Дворник последовательно реабилитирует Фотия и тех, с кем он был связан, от обвинений, которые на них возводились сначала современниками, а потом пристрастной западной историографией.

По версии сторонников патриарха Игнатия, кесарь Варда был безнравственным человеком, именно поэтому и произошло его столкновение с патриархом Игнатием, который обличил его. Как считает Дворник, кесарь Варда стал жертвой клеветы и вовсе не виновен в том, за что его строго осуждал патриарх Игнатий. Но в конце концов самое существенное — это то, что перед Церковью стояли такие большие задачи, которые патриарх Игнатий был не в силах исполнить и которые были по плечу человеку с более широким кругозором.

Игнатий был удален, и патриархом стал ученейший Фотий. Его посвящение произошло 25 декабря 858 года. Началось замечательнейшее патриаршество, которое связано как с величайшими достижениями византийской Церкви, так и с очень большими церковно-историческими потрясениями. В церковно-политическом отношении св. Фотий занимал такую же позицию, как и патриархи свв. Тарасий, Никифор и Мефодий. Поэтому против него сразу же выступили зилоты, тем более что удобным поводом для таких выступлений были некоторые проблемы при возведении Фотия на патриаршество. Фотия обвиняли в том, что он стал патриархом при живом патриархе Игнатии, но, как доказывает тот же Франциск Дворник, имело место отречение патриарха Игнатия от патриаршества, а в таком случае возведение Фотия на патриаршество вполне оправдано. Правда, потом под давлением своих сторонников св. Игнатий отказался от этого отречения.

Сразу же возникли две церковные партии: одна была привержена патриарху Фотию, другая выступало за низложенного патриарха Игнатия. Гораздо более значительную борьбу, чем с партией своих византийских противников, патриарху Фотию нужно было выдержать с Римом. После событий иконоборческий эпохи и политических событий, приведших к созданию Западной империи, сложились новые отношения между Римом и Константинополем. Этого могли не заметить только зилоты, которые в своем ослеплении продолжали апеллировать к Риму во всех случаях, считая его по-прежнему высшей церковной инстанцией и не замечая того, что такое отношение к Риму означает измену существенным интересам своей собственной Церкви. Значение перемен, которые произошли между Западом и Востоком, были ясны св. царице Феодоре и патриарху Мефодию, которые сами по себе не имели никакого расположения к Риму (св. Мефодий даже происходил из Сицилии) и вели церковные дела совершенно независимо от Рима. Если св. Ирина перед тем, как восстановить иконопочитание, считала нужным советоваться с Римом, то св. Феодора и патриарх св. Мефодий действовали совершенно независимо, вовсе не считая Рим главой Вселенской Церкви. Но решающий шаг в этом развитии отношений с Римом в сторону полного освобождения от его влияния, в сторону независимости константинопольской Церкви (речь шла не о разрыве, а об автокефалии, хотя это термин более позднего времени) сделал патриарх Фотий. Поначалу патриарх Фотий не хотел и не ожидал столкновения с Римом. Он был занят борьбой с партией приверженцев патриарха Игнатия.