Читать онлайн «Иисус глазами очевидцев Первые дни христианства: живые голоса свидетелей». Страница 117

Из каких источников (помимо самого Евангелия) черпал Ириней информацию об Иоанне? В таблице 17 в форме диаграммы представлена та разрозненная информация, которую сообщает нам Ириней о своих источниках. По–видимому, прямых источников три, и почетное место среди них, на взгляд Иринея, занимает епископ Поликарп Смирнский[1163]. Приведем здесь еще раз отрывок, который мы уже цитировали в главе 12. Ириней упрекает валентинианского учителя Флорина за его еретическое учение:

Эти мнения, Флорин, мягко говоря, созданы мыслью нездоровой. Эти мнения не согласны с Церковью; они ввергают в величайшее нечестие тех, кто их принял. Эти мнения никогда не осмеливались провозглашать даже еретики, стоящие вне Церкви. Этих мнений не сообщали тебе пресвитеры, наши предшественники, ученики апостольские. Я еще мальчиком видел тебя в Нижней Асии у Поликарпа: ты блистал при дворе и старался отличиться. Я помню тогдашние события лучше недавних (узнанное в детстве срастается с душой). Я могу показать, где сидел и разговаривал блаженный Поликарп, могу рассказать о его уходах и приходах, особенностях его жизни, его внешнем виде, о беседах, какие он вел с народом, о том, как он говорил о своих встречах с Иоанном и с теми остальными, кто своими глазами видел Господа, о том, как припоминал он слова их, что он слышал от них о Господе, о чудесах Его и Его учении. Поликарп и возвещал то, что принял от видевших (autoptôn) Слово жизни, это согласно с Писанием. По милости Божией ко мне, я тогда внимательно это слушал и записывал не на бумаге, а в сердце

Ириней передает не так уж много своих воспоминаний о Поликарповых рассказах об Иоанне. Историю об Иоанне и Керинфе в бане он атрибутирует «слушателям Поликарпа» (Против ересей, 3.3.4); это понимается обычно так, что Ириней слышал об этом не от самого Поликарпа, а из вторых рук, от тех, кто его слушал[1165]. Это возможно; но более вероятно, что в число «слушателей Поликарпа» он включает и себя и просто хочет показать, что эта история была хорошо известна в Смирне тем, кто слушал рассказы престарелого епископа, в том числе и ему самому[1166]. Именно такая яркая — и, по–видимому, юмористическая — история могла хорошо запомниться мальчику–слушателю. В послании к епископу Виктору Римскому Ириней вспоминает поездку Поликарпа в Рим в дни епископа Никиты (155–166 годы), когда Поликарп отстаивал празднование Пасхи в четырнадцатый день, указывая, что так праздновал Пасху вместе с Иоанном, учеником Господним. Непонятно, присутствовал ли при этом сам Ириней; но такой визит, несомненно, должен был стать широко известен и в других церквах. Для наших целей важна та общая информация, которую сообщает Ириней о Поликарпе: что в молодости Поликарп был знаком с учеником Иисуса по имени Иоанн, а также с другими, видевшими Иисуса (среди них, несомненно, был Аристион). В этом Ириней едва ли ошибается. Возможно также, что об авторстве Евангелия от Иоанна Ириней знал не только от Поликарпа, но и из других источников.

Ириней высоко ценил свои воспоминания о Поликарпе, поскольку они позволяли ему соприкоснуться с Иисусом всего через двух посредников — Поликарпа и Иоанна. Это было возможно только потому, что оба они прожили долго: Иоанн, по Иринею, дожил до правления Траяна (начавшегося в 98 году), а Поликарп погиб мученической смертью в Смирне в период 156–167 годов в возрасте восьмидесяти шести лет. Вторым устным источником информации Иринея об Иоанне были, несомненно, местные предания Эфесской церкви, которые он должен был слышать, когда жил в Смирне. Наконец, был у Иринея и письменный источник: труды Папия, которого он один раз открыто цитирует (5.33.4) и от которого, разумеется, должен был знать восстановленные нами сведения Папия о Евангелии от Иоанна и его авторстве. Папия Ириней называет «слушателем Иоанна и спутником Поликарпа» (5.33.4). Как мы уже отмечали в главе 2, в том, что Папий слушал Иоанна, он, возможно, ошибается, однако ошибка эта не хронологическая, а географическая. Папий знал Иоанна через посредников, посещавших Иераполь. Папий был современником Поликарпа, быть может, чуть старше его — хотя, несомненно, не прожил так долго, чтобы Ириней мог познакомиться с ним лично.

Кроме того, Ириней ссылается вообще на «старцев» — круг почитаемых азиатских учителей, ровесников Папия и Поликарпа, учеников Иоанна и других апостолов, посещавших этот регион или здесь живших[1167]. Неясно, из каких источников, устных или письменных, Ириней почерпнул их учения, однако в случае нескольких сведений об Иоанне, которые Ириней атрибутирует «старцам», похоже, что их источник — Папий. Это кажется вполне ясным в случае сообщения Иоанна об учении Иисуса, касающегося мессианской эры, которое Ириней начинает с цитаты из «старцев» (Против ересей, 5.33.3) и продолжает цитатой из Папия (5.33.4)[1168].

То, что рассказывает Ириней об Иоанне Эфесском, было известно в церквах провинции Азия, где Ириней провел первую половину жизни. Из нескольких местных источников, в том числе от Поликарпа, знавшего Иоанна лично, он узнал, что Иоанн был Любимым Учеником, жил в Эфесе, здесь создал свое Евангелие и дожил до конца I века. Большую часть этих сведений подтверждает Поликрат Эфесский, писавший независимо от Иринея примерно в то же время. Чтобы усомниться в справедливости этих сообщений об авторстве Евангелия от Иоанна, нужны очень серьезные основания. Мы стремимся показать, что этот Иоанн, ученик Иисуса и автор Евангелия, не был Иоанном, сыном Зеведеевым, одним из Двенадцати, и в Эфесе об этом было известно еще во времена послания Поликрата к Виктору Римскому. Знал ли об этом и Ириней? Принято считать и аргументировать[1169], что Ириней отождествлял автора Евангелия с Иоанном, сыном Зеведеевым, но некоторые это оспаривают[1170]. Это само по себе показывает всю трудность решения вопроса и сложность нахождения убедительных доводов в пользу того или другого варианта.

Необходимо отметить: ни одна из ссылок Иринея на Иоанна не содержит никаких указаний на то, что речь идет об Иоанне, сыне Зеведееве. О жизни Иоанна до–Эфесского периода Ириней говорит лишь то, что он — Любимый Ученик из Евангелия от Иоанна. Кроме этого, у Иринея имеется пять неоспоримых ссылок на Иоанна, сына Зеведеева, связанных с его ролью в синоптических Евангелиях и в Деяниях. В двух ссылках на его роль в Евангелиях он всегда появляется с Петром и Иаковом: вместе они образуют некий внутренний круг в составе более широкого круга Двенадцати, особенно во время Преображения (Против ересей, 2.24.4)[1171] и во время служения Иисуса в целом (3.12.15). В остальных трех ссылках упоминается Иоанн вместе с Петром в повествовании Деян 3 (3.12.3 [bis]) и Деян 4 (3.12.5). Ничто в этих отрывках не наводит на мысль, что этот Иоанн — то же лицо, что Иоанн Эфесский, Любимый Ученик и автор Евангелия. Нет и никакого подчеркивания роли Иоанна, какого можно было бы ожидать, если бы Ириней видел в этих отрывках своего любимого и наиболее авторитетного евангелиста, с которым соприкасался всего лишь через одного посредника, своего глубоко почитаемого наставника Поликарпа. Иоанн, сын Зеведеев, в группе из трех человек называется последним (Петр, Иаков, Иоанн), а как спутник Петра — всегда уступает Петру активную роль в повествовании. То же самое можно сказать и о единственной у Иринея ссылке на «сынов Зеведеевых» (1.21.2), хотя в этом случае он просто цитирует то, что говорят его противники–гностики. Стоит добавить, что ни в одном упоминании Иоанна, сына Зеведеева, Ириней не применяет к нему характерного эпитета автора Евангелия от Иоанна — «ученик Господень».

Этот эпитет Ириней использует в девятнадцати из пятидесяти трех случаев, когда называет Иоанна по имени (см. таблицу 16), и еще в двух случаях именует его просто «учеником Господним», причем контекст ясно указывает, что речь идет об Иоанне (3.11.3). [Еще один раз, при обсуждении Евангелия от Иоанна, он называет Иисуса «Иоанновым Учителем» (1.9.2).] Ни разу Ириней не применяет определение «ученик Господень» ни к кому, кроме Иоанна[1172]. Он часто говорит об «учениках Иисуса» (обычно о Двенадцати) в контексте его служения, но после воскресения Иисуса начинает именовать их «апостолами». Один раз он использует этот термин в применении к другим членам Иерусалимской церкви, перефразируя Деян 4:23 (Петр и Иоанн «пришли к своим») таким образом: «Они вернулись к прочим своим сотоварищам–апостолам и ученикам Господним, то есть к церкви» (3.12.5)[1173].

Определение «ученик Господень», очевидно, служит не включению Иоанна в определенную группу, а его выделению. Оно передает его особую близость к Иисусу, как историческую — во время Иисусова служения, так и богословскую — в его Евангелии[1174]. Возможно, это, как и современный термин «Любимый Ученик», сокращение громоздкого евангельского определения: «Ученик, которого любил Иисус»[1175]. Постоянное использование этого эпитета, видимо, восходит к кому–то из источников Иринея, возможно, к Поликарпу[1176]. У Папия в сохранившихся фрагментах его труда мы этого определения не встречаем. Папий называет «учениками Господними» во множественном числе всех учеников Иисуса (как апостолов, так и других, например, Аристиона), в том числе и Иоанна; мы уже видели, что Канон Муратори, по–видимому, следует ему, называя Иоанна «одним из учеников» (а Андрея — «одним из апостолов»). В качестве отличительного эпитета для Иоанна, дожившего до его времени, Папий использует термин «Старец». Нетрудно понять, почему это определение (засвидетельствованное только у Папия) не могло сохраняться после смерти Иоанна. Этот термин не отличает Иоанна от тех, кого называет «старцами» Ириней — христианских вождей, знавших Иоанна, которые сами не были учениками Иисуса[1177], и даже от обычных «пресвитеров» каждой церкви. Но термин «ученик Господень» помещает Иоанна в общество личных учеников Иисуса и намекает на некие уникальные отношения евангелиста с Иисусом. Для членов Эфесской церкви и вообще церквей провинции Азия «учеником Господним» был именно их Иоанн, покоившийся на груди Иисуса и написавший в Эфесе свое Евангелие. Такое словоупотребление, как видно, не ограничивалось Азией — мы встречаем его (в применении к автору Евангелия от Иоанна) у валентинианского учителя Птолемея (по Иринею, Против ересей, 1.8.5)[1178], бывшего, по–видимому, вождем валентиниан в Италии в середине или второй половине II века[1179]. Однако, по всей видимости, определение «Иоанн, ученик Господень» возникло и было широко распространено именно в Азии.