Читать онлайн «Будда, боги, люди и демоны». Страница 29

Женщина, страдавшая от астмы, обратилась за помощью к эдуре. Придя в ее дом (посторонние при этом не присутствовали, даже домашние обитатели находились несколько в стороне), эдура на табурете, покрытом чистым куском новой материи, разложил заказанные им семье заранее пять видов цветов (он просил, чтобы они были некрупные), благовонную палочку (пациентка по собственному почину добавила еще и свечку) и порошок корня куркумы. Немного этого же порошка он развел водой, выкрасил в ней жгутик из ниток и один конец дал держать больной, другой держал сам. Эдура читал заклинания, потом посыпал порошок куркумы на пол, чтобы очистить место и прогнать яку, наславшего болезнь; при этом он громко кричал, чтобы напугать яку. В конце обряда эдура надел нитяной жгутик, выкрашенный куркумой, на левую руку больной выше локтя. Обряд повторялся трижды с промежутками примерно в месяц.

Другая группа обрядов (из разряда «большой» магии) отличается тем, что в них самым важным моментом содержания являются элементы экстатической практики, а также участие жреца, сходного по функциям с шаманом, который умеет приводить себя в особое психофизическое состояние транса или близкое к нему. Первыми на сходство таких обрядов с шаманскими обратили внимание именно наши исследователи Мерварты.

Обряды последнего рода также очень разнообразны. Можно выделить три основных их типа: 1 — когда эдура своими танцами оживляет духа в больном и затем сражается с ним в прямом смысле; 2 — когда он экстазом доводит себя до такого состояния, что «видит» (глядя на огонь или на тарелку и т. п.) духа, его положение, поведение и затем изгоняет из больного с помощью заклинаний и уговоров (иногда не чуждаясь и обмана); 3 — когда разыгрывается большая театрализованная программа со многими участниками, иногда изображающими и самих яков. В обрядах последнего типа участвуют несколько жрецов, барабанщиков, иногда изображается «сходка» демонов в их излюбленный вечерний час, иногда один из жрецов прикидывается «покойником», чтобы отвлечь внимание демонов от самого больного (ради которого и совершается церемония), или же в соответствующих костюмах изображаются заклинаемые демоны; нередко, однако, присутствие яки обозначается лишь каким–то символом, а то и просто «угадывается» жрецами. Одним из центральных моментов является подношение демону жертвы, состоящей из съестного, в частности риса и курицы.

В обрядах последнего типа тоже используются разнообразные приемы «малой» магии — охранительные завесы, нити, цветовые, числовые, предметные символы.

Интересно редкое описание обрядов против демона родильного сепсиса, наблюдавшихся одним из исследователей в глухом уголке острова несколько десятилетий тому назад. Обряды связаны с поверьем, что родильная горячка вызывается демоном, имеющим склонность к беременным женщинам и вступающим с ними незаметно для этих несчастных в определенные отношения. Наиболее опасным считается время на седьмом месяце беременности. Тогда–то и устраиваются эти демонические (а точнее, антидемонические) церемонии.

Для обряда был сооружен временный павильон, три стены которого имели вход, а четвертая была глухой. Из глины изготовили модель женской фигуры с подчеркнуто преувеличенными признаками пола. Фигура была изображена в сидячей позе, обнаженная; лишь цветочными гирляндами были украшены ее прическа, шея и запястья. Это изображение было помещено в один угол у глухой стены павильона, рядом с ней поставили еще всякие лакомые блюда, которые должны были усилить привлекательность модели для демона; в другой угол усадили беременную, рядом с ней была пустота — ничего, что привлекло бы внимание яки. В шесть вечера жрец начал церемонию, которая длилась до утра. Музыкальными средствами, заклинаниями и танцами жрец вызывал демона, «появление» которого в этом обряде знаменовалось истерическим припадком у беременной. Цель действа заключалась в том, чтобы с помощью «чар» глиняной модели переключить на нее внимание злонамеренного яки и отвлечь от беременной женщины. На рассвете скульптуру унесли на некоторое расстояние от места действия (понятно, считалось, что за ней последовал и демон) и там с помощью палки символически изобразили любовное соединение демона с глиняной «очаровательницей». Беременная женщина таким разом была избавлена от опасности, и ей гарантировали благополучные роды.

Большие театрализованные церемонии против демонов и демониц, где эти персонажи сами (олицетворенные образами жрецов в соответствующих костюмах, масках или гриме) выступают как действующие лица, зрелищно очень интересны. Выскакивая на сцену с жуткими звуками, прыжками и движениями, они часто вызывают невольный испуг у зрителей, и, кажется, это тоже имеет положительный эффект в комплексе с другими средствами воздействия на психику участников обряда. Присутствуют в этих церемониях и значительный вербальный (иногда это целые повествования, связанные с историей демонов) и разнообразный изобразительный аспекты (см. об этом, в частности, в приложении № 5).

Танцы особого ритма и характера движений, вдыхание особых смолистых воскурений являются существеннейшим элементом подобных обрядов. Танцуют жрецы, вызывая на арену демонов, танцуют сами вызванные и предстающие во плоти жрецов–актеров «демоны». Иногда и пациент бьется в конвульсиях до беспамятства. Показательно, что танцоры не чувствуют, например, ожога от горящего факела, и следов ожога на их коже не остается. Нередко кончается тем, что танцоры падают на арену замертво. Танцы, воскурения, перемена действий, постоянное произнесение словесных формул служат привлечению внимания присутствующих, вызывают у них некие общие эмоции.

Для проведения обрядов выбирается наиболее подходящий день и час. Определяется положение небесных тел, а также Мары (извечного врага Будды), который, как считается, в воскресенье «находится» на севере, во вторник — на юге, в субботу — На востоке и т. д. Для некоторых обрядов предпочтительно, чтобы Мара находился на востоке, и тогда эдура читает свои заклинания, оборотясь на запад. Когда замешана черная магия, заклинания читают, обратясь лицом на юг. Из дней недели наиболее подходящими считаются среда и суббота из–за предположения, что в эти дни яки наиболее голодны и при виде жертвоприношения будут более сговорчивыми. Никогда демонические действа не устраиваются в дни поя, святые с точки зрения буддийского учения. Приготовления к обрядам начинаются сразу, как назначено время. Отложить действо можно лишь в особых случаях: если в доме кто–то умер или, например, у одной из дочерей пациента пришла первая менструация. Откладываются обряды не менее чем на неделю, а затем дом обязательно «очищается»: стены и пол вымазываются коровьим навозом, смешанным с известью. Ритуальную чистоту и всякого рода «обережение» соблюдает и главный жрец, который будет руководить обрядами. Для него мероприятие тоже не безопасно: он сам может подвергнуться нападению яков и влиянию колдовства. Поэтому в период подготовки к обрядам он воздерживается от половых сношений, не ест свинины. Отправляясь к месту действа, он охраняет себя каким–нибудь талисманом, например, завязывает в уголок одежды лист бетеля с заговоренным сандаловым порошком.

По легендам, первым жрецом–эдурой, родоначальником представителей этой профессии у сингалов, считается Оддисса–ирсия (сравним с южноиндийским стилем танцев «одисси»; вторая часть термина сродни санскритскому «риши»). Оддисса–ирсиш считается вообще основателем науки заклинания («мантра–шастрая»), иначе называемой доктриной «7747 слогов». Этот прародитель эдур начал свою «карьеру» с того, говорят сингальские предания, что вылечил от непонятной болезни сестру бога Махавишну. Он читал заклинания долго — до тех пор, пока изо рта женщины не выползла гадюка, которую лекарь и разрубил мечом. Затем он еще побрызгал на пациентку «желтой водой» (вероятно, окрашенной куркумой, как это делается и теперь), и та совершенно поправилась.

Неизвестно в точности, с какими демонами приходилось иметь дело эдуре Оддиссе, но современным приходится чаще всего «встречаться» с десятком–другим общеизвестных демонов, которые к тому же могут еще иметь различные обличья. Махасона, например, имеет 10 обличий, Кровавый яка — 7, а Черный царевич — 3. Вообще яки бывают человеческого, звериного и демонического вида. Они меняются даже в разное время суток. Представления о демонах, иногда носящих одни и те же имена, значительно варьируются в различных областях острова, в разных памятниках письменной и устной традиции.

Сильный и опасный яка Махасона, обитатель кладбища, нередко выступает героем страшных рассказов. Его основной облик — человеческая фигура с волчьей или медвежьей головой, ездит он на вепре, а сила его такова, что одной рукой он может поднять слона. Сговориться с ним нелегко, в жертву он требует живого петуха и рис, сваренный в черепе. Однако когда он не нападает на людей, гласят легенды, то занимается охотой и собирает мед, как какой–нибудь ведда. У людей он вызывает тяжелые болезни — холеру, дизентерию и др. По поверью, у погубленных Махасоной людей на теле можно найти отпечаток ладони яки. Мне удалось записать одну такую историю, связанную с этим якой.