Читать онлайн «Религиозное паломничество в христианстве, буддизме и мусульманстве: социокультурные, коммуникационные и цивилизационные аспекты». Страница 10

Русские православные люди воспринимали паломничество, в отличие от западнохристианской традиции, как святое и божественное дело. О таком понимании благочестия очень точно сказал святитель Димитрий Ростовский[41]: «Благочестие означает благое, т. е. доброе почитание Господа. Ибо слово “благочестие” слагается из двух слов: благое и честное. Благое и честное, соединённое воедино, составляют благочестие. На деле же благочестие обнаруживается в благом, истинном, нелицемерном почитании Бога. Ибо много нас, христиан, но не все мы почитаем Его “благо”, чаще же чтим Его только устами, сердцем же далеко отстоим от Него; только сохраняем вид благочестия, силы же Его отрекаемся; только называемся христианами, творим же дела язычников»[42]. В словах святителя по сути раскрыт духовный смысл православного паломничества, как его понимали и понимают бесчисленные поколения православных богомольцев, с чистым сердцем и открытой Богу душой совершавших поклонение святым местам.

Во все века русской истории поклонниками, несомненно, считали людей, совершивших далёкое богомольное путешествие в Святую Землю, Константинополь и Афон, а также к другим святым местам Вселенского Православия. С появлением на Руси храмов и монастырей и у нас создались свои, отечественные, традиции поклонения честным мощам Божиих праведников, чудотворным и чтимым иконам и святым крестам, сначала в Киеве и Новгороде Великом, Смоленске и Чернигове, а потом во Владимире и Москве, а также во многих других городах, храмах и монастырях. Богомольцы, совершившие паломническое путешествие к отечественным святыням, пользовались также заслуженным уважением современников.

Вот что об этом написал Патриарх Московский и всея Руси Кирилл[43]: «Издревле паломничество по святым местам являлось одной из наиболее важных душеспасительных традиций русского народа. Излюбленным духовным подвигом православных паломников были порой чрезвычайно длительные хождения пешком по великим просторам Святой Руси. Русские люди с посохом и сумой доходили даже до древней Палестины, чтобы поклониться местам крестных страданий и Воскресения нашего Господа»[44].

Первоначально ритуальная сторона буддизма была крайне бедна и аскетична. Однако в соответствии с естественным механизмом развития любой религии уже в первые столетия существования буддийской общины ритуал начал занимать всё более значимые позиции в её жизни. В настоящее время буддизм имеет веками сложившуюся и достаточно сложную и разветвлённую ритуальную систему поклонения святыням, имеющую особую специфику в различных буддийских традициях (школах). Буддийские паломники никогда не отправлялись в далёкий и опасный путь без предсказания ламы-прорицателя и совершения специального молебна.

В настоящее время буддийский паломнический ритуал состоит из следующих этапов:

– многоразовый обход святыни по часовой стрелке;

– простирание перед объектом поклонения, обычно трёхкратное, перед входом в монастырь или храм;

– чтение молитв, магических мантр[45];

– подношение святыне, выражение благодарности и признательности паломника;

– омовение водой (в Тибете, в отличие от Индии, достаточно окропить себя несколькими каплями);

– получение благословения уважаемого ламы, при котором тот дотрагивается до темени верующего, тем самым передавая ему часть своей святости, или одаривает шёлковой верёвочкой красного или жёлтого цвета, приобретающей защитный смысл для паломника. Выполнение этих ритуалов, их последовательность и очерёдность не строго регламентированы и зависят больше от религиозного рвения и набожности паломника.

Одним из важнейших составляющих этой системы является ритуал подношения. В тантре[46] буддизма Центральной и Восточной Азии ритуал подношения включает в себя четыре уровня: внешний, внутренний, тайный и «таковости»[47], последний понимается как достижение истины и доступен только йогинам высокой осознанности. Открытым и общеупотребительным уровнем, особенно в паломничестве, является внешнее подношение, которое заключается в реальном или символическом приношении Будде Шакьямуне или заменяющему его символу, а также учителю-гуру или его изображению.

Буддийский паломник совершает следующие подношения:

– вода для ритуального омовения;

– цветочные гирлянды для украшения;

– благовония для источения приятных запахов;

– светильник для услаждения взора;

– ароматные притирания;

– пища для насыщения;

– музыка для услаждения слуха.

Г.Ц. Цыбиков[48], описывая своё паломничество к святым местам Тибета более ста лет тому назад, подробно изложил некоторые ритуалы буддийского поклонения главной святыне Лхасы – древней статуе Будды в храме Джокханг, который он называл «Большой Джу», то есть «Большой Будда». «Главный фасад этого храма обращён на запад. Подходя к главным воротам с запада, посетитель вступает под навес, поддерживаемый шестью деревянными столбами, под которыми на левой руке в углу – большой молитвенный цилиндр <…>. Под этим же навесом с раннего утра до поздней ночи можно встретить поклоняющихся монахов и простолюдинов. <…> Далее, зайдя под ворота направо и налево в плохо освещённых помещениях, за решётчатыми перегородками, он увидит четыре обычных для каждого буддийского храма статуи (по-тибетски – «чжал-чен-ши» – четыре великих царя или на санскрите – «махараджи») – по две статуи с каждой стороны прохода, обращённых лицами во двор, вышиною 4–5 аршин[49]. Миновав их, вступает в довольно просторный двор, именуемый Чям-ра, где происходят богослужения <…>. Пройдя этот двор, поклонник уже подходит к собственно храму Большого Чжу, ныне представляющему квадратное здание, каждая сторона которого равна приблизительно 20 саженям[50]. Внутри него маленький дворик <…>. В этом дворе находится большая статуя Будды будущего мира в обыкновенной позе Майтреи[51] <…>. Лишь только войдёшь в этот двор через единственные двери, обращённые на запад, и начнёшь обход, подчиняясь общему обычаю ламаистов, т. е. посолонь, то в стенах встречаются маленькие двери, ведущие в отдельные комнаты со статуями разных божеств, перед коими горят светильники в разной величины лампадах, между которыми много каменных. <…>. Ещё через одну комнату находится уже главная святыня: статуя Шакьямуни больше человеческого роста. Перед комнатой этой статуи устроена особая площадка, где висят два небольших колокола жёлтой меди (весом около 3 фунтов[52] каждый). Богомолец, прежде чем войти к святыне, ударяет в один из этих колоколов деревянным языком, оповещая о своём приближении и увеселяя Будду музыкой. Статуя Будды находится в особом, открытом с трёх сторон киоте, поставленном почти посередине квадратной комнаты. <…>. Поклоняющийся, чтобы приложиться к коленям статуи, должен подняться по ступенькам лестниц, приделанных с правой и левой стороны статуи <…>. Обычно богомолец подходит сначала к правому колену. Внутри киота направо от входящего сидит лицом на юг (лицо Чжу обращено на запад) так называемый ханьер-чэн-бо, что можно перевести как «старший светильщик», который почти непрерывно читает молитвы к Будде и в то же время следит за прикладывающимися богомольцами. В дни больших праздников, когда богомольцы приносят много хадаков[53], налево от поклоняющегося становится молодой монах, который собирает хадаки и кладёт на шею статуи. Когда же их наберётся много, он снимает их. <…> В северо-восточном углу одна за другой стоят две статуи каких-то святых, а в юго-западном углу стоит постоянно один монах, который наливает в подставленную ладонь богомольца «святой воды», находящейся здесь в большом чане. <…> Богомольцы часто приносят сюда для освящения статуи и писаные образа божеств. Статуи ставятся перед Джу, а образа вывешиваются на западной стене, обращёнными к святыне. За сутки обычного пребывания их здесь платят по одной монете со штуки. Выйдя из этой комнаты, встречаем далее такие же комнатки с разными статуями милостивых и гневных божеств, но более чтимые святыни находятся вне комнат, под открытым навесом. <…> Все промежутки между дверями этих отдельных комнат заняты или статуями, или субурганами[54], или же молитвенными цилиндрами. В последней перед выходом комнате находится, между прочим, деревянный, в обхват толщины подпирающий потолок столб, имеющий, по поверью, силу исполнять все желания. Поэтому постоянно можно видеть, как богомолец, обхватив этот столб, нашёптывает ему, как тайну, свои желания. <…> Обходом вокруг главного храма оканчивается обычное поклонение богомольцев. <…> Для поклонения богомольцев храм Большого Чжу открывается трижды в день: рано утром, в полдень и вечером. Богомольцы, становясь друг за другом по очереди прихода, составляют длинную цепь, подвигающуюся вперёд, заходя во все комнаты со статуями Будд. Многие носят в руках зажжённые светильники или топлёное коровье масло в кастрюлях. Из тех и других сосудов подбавляют по несколько капель в каждый светильник перед статуями»[55].