Читать онлайн «Религиозно-философские основы истории». Страница 246

П.Д. Успенский. Четвертое измерение. СПб, 1914 г.

С. 21. «Две главные функции человека - жизнь и мысль - лежат в области неизмеримого».

«Мы так мало и плохо знаем человека, что такое человек, так много в нас самих загадочного и непонятного с точки зрения геометрии трех измерений, что мы не имеем никакого основания отрицать четвертое измерение, отрицая духов, а наоборот имеем большое основание искать четвертое измерение именно в себе».

Мое замечание. Разного рода явления, приводящие к гипотезе четвертого измерения, с незапамятных времен заставляя человека искать объяснения их именно в себе.

Это объяснение он находит в гипотезе духовного элемента, который замечал в себе и по аналогии предполагал в других предметах и явлениях природы. Эту гипотезу Успенский считает наивной и грубой. Но ища более тонкого и разумного объяснения - он в своей книжке не нашел ничего и остался при проблеме. Это не густо.

В отношении духовного элемента человечество наоборот держится и до сих пор приблизительно в прежних позициях. Это продолжительное испытание опыта, иногда людей умственно не менее тонких и глубоких, чем наши современники, — составляет факт очень веский.

Бытие духовного элемента очень часто формулируется так, что дух противоположен материи. Быть может, на такую формулу не уполномочивает степень наших знаний духовного элемента. Гораздо правильнее сказать, что дух имеет свои законы бытия, может быть и не всегда противоположные законам бытия физического, но отличающиеся от последнего. Эти две категории бытия составляют гипотезу, ничуть не более грубую и наивную, чем гипотеза состояний разного измерения. Конечно - гипотеза эта приводит к дуализму. Но к гипотезе разных измерений также приводит к дуализму: трех и четырех измерений до тех пор, пока два состоянии различных измерений не сведены к общему объединяющему принципу, выше них стоящему, и из которого оба состояния логично вытекают. Этого доселе нет, и пока этого нет, мы не выходим из дуализма: у нас два состояния, с двумя законами бытия и действия. Это ничем не лучше дуализма «плоти» и «духа».

Сверх того - какие основания вводит гипотезу бытия четырех измерений? Мы знаем только те измерения, в которых находится наш данный мир. Этих измерений - три, не больше и не меньше. Никаких предметов или существ одного измерения мы не знаем и не можем представить, точно также как и предметов или существ двух измерений (плоских). Всякое реально существующее тело имеет три измерения, и самый плоский предмет, толщиной не более как в один атом, все же имеет не только длину и ширину, но и высоту (хотя бы не выше атома). Существа (неразборч.) одного измерения точно также непременно будет иметь какую-нибудь толщину, то есть, стало быть, вышину и ширину.

Имеются какие-либо состояния предметов вне наших трех измерений, то в отношении их должно отбросить термин «измерение». Это - какое-то бытие, это какое-то «существо», но без измерений, нечто находящее в таких формах, у которых совсем нет «измерений», а есть нечто другое, требующее особого термина. Такой термин люди давно и придумали: это форма духовного существования. Это такая форма существования, которая не подчинена закону пространства. То же, что мы называем пространством - имеет только три измерения, и если есть нечто - выходящее за пределы этих трех измерений, то это нечто выходит тем самым и из подчинения пространству, хотя и способно (неразборч.).

Успенский. С. 33.

«С очень большим основанием мы можем сказать, что мы сами существа четырех измерений и обращены к третьему измерению только одной своей стороной, т. е. только небольшой частью своего существа живем в трех измерениях, и эту часть сознаем. А большею частью своего существа живем в четырех измерениях, но эту большую часть себя не сознаем. Или еще правильнее сказать - что мы живем в четырехмерном мире, но сознаем себя в трехмерном. Находимся в одних условиях, а представляем себя в других».

Мое замечание. Положение странное. Но оно соответствует идее герметической философии об изгнании душ в материю. Та же идея Каббалы. Отчасти и Платона.

Успенский. С. 34.

Психология приходит к «признанию возможности пробуждения нашего сознания, т. е. такого его состояния, когда оно видит и ощущает себя в реальном мире, не имеющем ничего общего с этим миром вещей и явлений, в мире мыслей, образов и идей».

Мое замечание. Значит, Успенский считает реальным лишь мир идей, по Платону.

Успенский. С. 24.

Мы должны установить, что психический мир существует вполне реально. Этим самым мы докажем, что психический мир лежит в области четырех измерений, потому что в области трех измерений его нет и быть не может».

Мое замечание. По моей терминологии нужно сказать: «Психический мир составляет особую категорию существования». Она по существу отлична от физического. Но нельзя сказать, что она не может быть в области трех измерений, ибо она в ней находится, вкраплена в нее, (неразборч.) в ней.

«Прежде всего мы должны взять явления гипнотизма, внушения, передачи мыслей на расстоянии и другие сходные с этими факты, указывающие на способность человека действовать психически без обычных физических средств» (С. 34).

Попытка объяснить жизнь, как форму движения». Успенский по этому поводу говорит: «Трудно сказать, что более рационально или, вернее, что менее рационально. Все дело в том, что лежащая в основе подобных гипотез теория тонких состояний материи совершенно произвольно придумана, как постановка под трудно объяснимые, и сама по себе ровно ничего не объясняет... Все попытки объяснить психологические загадки физическими теориями (?) (разве гипотеза «души» относится к физическим теориям?) - ничто иное как перемена букв в алгебраическом уравнении... Неизвестное не станет известным, если я назову икс игреком» (тут в тексте Успенского есть какие-то корректурные ошибки, но мысль его - такова. С. 46).

Мое замечание. «Гипотеза» душа, во-первых, не есть физическая теория и не требует представления о душе «как тонком состоянии материи». «Гипотеза души по существу - предполагает некоторое особое состояние бытия, особую категорию существования, а вовсе не непременно тонкую материю. Во-вторых, гипотеза «души» не составляет простого переименования букв, а вредит представление об особенном, отличающемся от физического элемента. Эта гипотеза ничем не хуже неведомого «четвертого измерения», которое тоже хочет выразить «особые состояния» бытия.

Успенский. С. 62-63.

«Все рассуждения об энергетизме материи и вытекающие из них заключения о возможности материи, более энергетической, чем наша, относятся только к физике. Никакого перехода к психологии и даже к биологии от них нет... Движение материи, какое бы ни было тонкие - все-таки движение материи, а жизнь - жизнь и мысль мысль»... То же и о теории электронов: «материя не может существовать без движения, а движение без материи. Ведь что-нибудь должно же двигаться. Физики говорят, что электроны один вихры, из вихрей получается нечто. Не «вихрь» это опять только слово. Представить себе или даже просто мыслит движение без материи - невозможно».

С. 63. «Если дуалистическое мышление нас больше не удовлетворяет и кажется нам грубым и наивным, то мы не можем сказать, что заменили дуализм монизмом, если из двух противоположностей удержали одну, откинув другую. Для того чтобы искать путь к истинному монизму, нужно признать, что положительный и отрицательный электрон, это только принципы начала, а не «частицы» и не «вихри». Тогда чисто метафизическим путем можно будет искать то третье, что объединит в себе две стороны нашего дуалистического представления о мире - материю и движение, которые совершенно одинаково нереальны. Это третье - мысль. Мысль создает и материю, и силу. И сила, и материя - комбинации представлений, комбинации ощущений, комбинации эмоций» (С. 63).

Мое замечание. Далее у Успенского идет критика или изложение разных теософических и оккультистских теорий и практики.

Лично по-видимому Успенский остается при означенном полу- платоновском отношении к мысли (то есть, значит, и к идее), которую, как видно из предшествовавшего, он считает находящейся в «четвертом измерении».

Это-то последнее мнение именно ничем не доказуется и составляет, по-моему, отрыжку «материализма», который Успенский столь обличает у других. Ибо - раз он остановился на том, что мысль порождает все - и силу, и движение, и материю, то к чему тут еще какое-нибудь четвертое или двадцать четвертое «измерение», тогда как измерения, реально известные и понятные нам только в мире трехмерного пространства? Зачем это «измерение» какой бы то ни было степени переносить в область «идеи»? Мысль, эмоция, представление, идея - вообще психические состояния нам вполне понятны без всяких «измерений». А измерение, находящееся вне трехмерного пространства - непонятны.