Читать онлайн «Процесс тамплиеров». Страница 68

С 20 октября по 18 ноября инквизиторы вместе с епископом Лондона допросили в церкви Святой Троицы 43 человека, предъявив им 87 статей обвинения, которые в основном совпадали с обвинениями, выдвинутыми во Франции, однако ни один из допрошенных не пожелал признать себя виновным. Ответы рыцаря Уильяма Рэве-на, которого допрашивали 23 октября, весьма типичны. Он и еще один рыцарь, ныне покойный, вступали в орден лет пять назад в Кумбе в диоцезе Бат. Принимал их Уильям де ла Мор. Когда Рэвену рассказали о нелегкой жизни тамплиеров, он поклялся, как полагается, хранить обет целомудрия, бедности и послушания, а также не совершать ни над кем насилия, за исключением случаев самообороны или сражения с сарацинами. На церемонии присутствовали еще два брата и — что несколько необычно — около 100 мирян17. Еще несколько тамплиеров подтвердили в общих чертах те же условия приема и сказали, что не раз видели, как принимали других (самым обычным образом), но никто более о присутствующих на процедуре мирянах не упоминал. Приор Оверни Энбер Бланк давал показания 28 октября. Это был человек опытный и всеми уважаемый, состоявший в ордене 37 или 38 лет; все это время он провел в заморских странах и служил там еще при великом магистре ордена Гийоме де Боже, который погиб в битве при Акре в 1291 г. Энбер, видимо, вернулся в Англию как раз к началу арестов. Когда его спросили о тайных собраниях братства и таинственной церемонии приема в орден, он ответил, что единственной причиной подобной секретности была «глупость», а на самом деле они не делали там ничего такого, чего нельзя было бы показать всему свету. Он отрицал все выдвинутые против ордена обвинения, а по поводу признаний, сделанных руководителями ордена, заметил, что не знает, что именно они сказали, «однако если они признались в упомянутых преступлениях, то солгали»18. Одну из линий судебного расследования составляло дело о весьма загадочной смерти тамплиера Уолтера Бачелера, бывшего приора Ирландии. Однако здесь ничего не удалось добиться; единственный, кто дал показания по этому вопросу, тамплиер Ральф де Бартон, сказал, что знает только, что приор содержался в оковах и умер в тюрьме, а еще он слышал, что его жестоко пытали, а потом похоронили за оградой кладбища, ибо он нарушил Устав ордена и потому считался отлученным от церкви19.

Столь значительные отличия процесса тамплиеров в Англии от принесшего массовые признания процесса во Франции являются следствием различных правовых систем этих двух стран. Во Франции инквизиция активно использовалась как составляющая часть государственного аппарата, практически как «рука» правительства. Там, где инквизиция действовала вразрез с интересами короны, после тщательной проверки ее деятельность могли и приостановить, но в целом последние представители династии Капетингов быстро поняли, что машина инквизиции может быть ими использована с большой выгодой. В Англии же норманские и анжуйские правители создали сложную единую правовую систему, применимую ко всем свободным людям государства, и в этой системе не оставалось места для инквизиции, которую здесь порой воспринимали даже как агента «иноземного папства». А следовательно, в Англии инквизиция никогда не была особенно действенной и не имела ни собственного мощного аппарата, ни традиции, на которую могла бы опереться. Настоятель монастыря Ланьи и Сикар де Вор были ее первыми и единственными представителями на Британских островах. И сразу же на их пути возникла преграда, ибо английская правовая система опиралась прежде всего на мнение собственных юристов и исключала применение пытки. Когда было сообщено о предъявленных тамплиерам обвинениях и об общепризнанной «таинственности» их деятельности, казалось, практически невозможно будет собрать какие-либо свидетельские показания на этот счет, если вести процесс согласно английским законам. Показания свидетелей со стороны использовались достаточно широко, однако, как бы ни было развито воображение у этих свидетелей, они вряд ли сумели бы обеспечить инквизиторов сколько-нибудь достоверными сведениями. Когда в Лондоне 24 ноября собрался совет Кентербери, инквизиторы стали требовать применения пытки, что для инквизиционного процесса было делом обычным. 9 декабря они обратились к королю с просьбой разрешить им продолжать расследование «согласно церковным постановлениям», т. е. с использованием пыток. На следующий день король ответил, хотя и довольно уклончиво, что им позволено «действовать и вести расследование по делу тамплиеров согласно своим установлениям, однако не (дозволяется) предиринимать что-либо против (нашей) страны и короны», и инквизиторы заключили, что разрешение на применение пытки получено20.

А потому с нового, 1310 г. начался и новый этап следствия, которое было усилено созданием нового списка статей обвинения21. Разочарование, испытанное инквизиторами по поводу безуспешности повторных слушаний, отразилось в их неустанных попытках оказать на арестованных тамплиеров все более сильное давление. В марте Гийом де Ден был назначен ответственным за последовательное применение пыток, и, согласно приказу, всех тамплиеров теперь содержали в тюрьмах отдельно друг от друга22. В апреле —мае 1310 г. результаты допросов тамплиеров в Йорке и Линкольне ничего нового не дали23. В конце мая совет Северных графств, собравшийся в Йорке и намеревавшийся решить, помимо прочих, и этот вопрос, отложил все обсуждения до следующего года24.

И лишь в одном незначительном пункте имелись какие-то нарушения. Несколько тамплиеров, согласно их же показаниям, верили, будто великий магистр или же местный приор имеют полное право отпускать братьям грехи во время собраний ордена25. Этот пункт даже исходно не был включен в статьи обвинения, однако же явно послужил единственной зацепкой для инквизиторов, которые, благодаря этим показаниям, получали возможность немного «потрясти» свидетелей, прежде чем применять к ним более суровые пытки. Однако дававшие показания руководители ордена и наиболее опытные из тамплиеров быстро разъяснили суду, что многие братья просто плохо разбираются в церковных законах, но вовсе не имеют намерения их сознательно нарушать. Уильям де ла Мор описал то, что обычно происходило на таких собраниях. Тамплиер, признавшийся в нарушении Устава, приходил на собрание обнаженным по пояс и получал три удара кнутом. Затем он обязан был просить у Бога прощения, а другие братья должны были поддерживать его в этой мольбе. Затем многие выступали и требовали от виновного никогда более не повторять содеянного им. Однако Уильям де ла Мор отрицал, что после этого он произносил положенное: «Отпускаю тебе грехи твои именем Отца, и Сына, и Святого Духа, аминь». Те же грехи, в которых грешник не осмеливался признаться перед собранием, как вследствие собственной слабости, так и из страха перед суровыми законами ордена, он прощал настолько, насколько позволяла власть, дарованная ему Господом и папой26. Похоже, некоторые тамплиеры ошибочно верили, что магистр способен дать им полное отпущение грехов, а не только простить им грех, связанный с нарушением Устава ордена.

Вряд ли можно было утверждать, что собранные свидетельские показания выглядели достаточно убедительно. Это подразумевалось и в письме инквизиторов от 16 июня 1310 г. архиепископу Кентерберийскому, где они жаловались, что не могут найти ни одного человека, который взял бы на себя применение пыток, и что следствие должно вестись в соответствии с церковными законами, как это было во Франции. Они возмущенно заявляли, что приложили все силы к тому, чтобы исполнить свой долг, но теперь просят разрешения вернуться к Святому Престолу и предоставить английским прелатам самим завершить это следствие. Впрочем, основную часть письма составляет описание восьми способов, с помощью которых расследование могло бы быть ускорено, — что в данный момент представлялось весьма существенным в связи со впечатляющими результатами, достигнутыми во Франции после сожжения тамплиеров весной 1310 г. Инквизиторы требовали, чтобы охрану узников передали церкви, якобы желая освободить короля от излишних расходов, но на самом деле облегчая для себя путь к применению пыток. Они также просили выделить содержание — 4 пенса в день — тем, кто ведет расследование от имени церкви. Признания об отпущении грехов на собраниях братства они намеревались использовать как рычаг, с помощью которого можно было бы вынести отдельные обвинительные приговоры и тем самым предоставить возможность остальным тамплиерам спасти себя путем полного очищающего душу признания. Давление на некоторых особо упорных можно было усилить, если на разные сроки посадить их на хлеб и воду и поместить в невыносимые условия, однако наиболее захватывающей представлялась инквизиторам мысль о том, чтобы всех тамплиеров отослать в (французское) графство Понтье, находившееся на противоположном берегу Ла-Манша, которое хотя и являлось частью земель английского короля, но еще не испытывало на себе влияния несовершенной английской правовой системы, а потому там к заключенным могли бы применяться те же методы, что и во всей Франции. Они предложили также как можно шире оповестить население Англии о признаниях, сделанных французскими тамплиерами, ибо это помогло бы подавить возможное недовольство народа, а духовенству других стран провести допросы свидетелей в своих епархиях, дабы иметь законную возможность вынести приговор некоторым английским тамплиерам27.