Читать онлайн «История Крестовых походов». Страница 46

Конец похода и путь на родину

В день смерти Людовика в Тунис приплыл Карл Анжуйский, но застал лишь холодеющее тело брата. Командование над оставшимися крестоносцами принял старший сын Людовика, новый король Франции Филипп III Смелый. Ему при поддержке дяди удалось даже нанести несколько поражений войскам эмира, но тем дело и ограничилось. 30 октября 1270 г. был подписан мирный договор между ал-Мустансиром и крестоносцами. Эмир соглашался разрешить христианам жить в Тунисе и беспрепятственно исповедовать свою религию. Он обязался возместить крестоносцам военные издержки (треть получал Карл Анжуйский), выплатить дань королю обеих Сицилий, притом в двойном размере, изгнать тех его противников, которые нашли убежище во владениях эмира, дозволить сицилийским купцам торговать в Тунисе. За это все воины Божьи обязывались покинуть негостеприимные африканские берега. И Восьмой поход закончился ничем, кроме некоторых политических и экономических выгод для Карла Анжуйского и его королевства. Большинство крестоносцев стало собираться домой. Лишь небольшое количество их во главе с Эдуардом Английским отправились в Сирию, где, впрочем, никаких успехов не добились.

11 ноября 1270 г. христианское войско отплыло из Туниса, увозя с собой забальзамированное тело покойного короля Людовика IX. Через три дня флот встал на якорь в одном из портов Сицилии, откуда начался долгий путь королевских останков на родину. Только 21 мая 1271 г. траурная процессия прибыла в Париж. Гроб был выставлен в соборе Парижской Богоматери, а 22 мая тело короля предали земле в королевском аббатстве Сен-Дени.

В мусульманском мире Людовик Святой оставил по себе память, отличающуюся в лучшую сторону от памяти о Ричарде Львиное Сердце. Ибн Васил назвал его «одним из величайших государей Запада». Другой арабский хронист, современник Седьмого крестового похода Саад ад-Дин Джувайни одобрительно отзывается о поведении короля: «Если бы франк (Людовик. – Д. Х. ) хотел бежать, он мог бы это сделать, но он предпочел остаться в самом сердце схватки, чтобы защитить своих людей». Он также заявлял, что Людовик был одарен «рассудительностью, решимостью, глубокой верой в понимании франков». Еще один, правда позднейший, историк Ибн ал-Фурат описывал французского короля как «исключительно умного, рассудительного и внимательного человека».

Доныне в местечке Сиди-бу-Саид (буквально «гробница святого») показывают то место, где стоял его гроб. И местные жители обязательно расскажут туристу, что здесь покоятся останки великого франкского короля, который перед кончиной принял ислам. Весьма любопытное предание о человеке, который целью жизни считал обращение сарацин и язычников (да и иудеев тоже) в католическую веру.

Завершение Восьмого (и последнего по современному счету) крестового похода не означало завершения эпохи крестовых походов. Агония Иерусалимского королевства продолжалась еще более 20 лет. Опасность со стороны мусульман была велика. Но она не мешала христианским сеньорам предаваться внутренним распрям, перемежая их пирами и турнирами.

Султан Бейбарс, явно гордясь своими успехами при набегах на графство Триполи и при взятии Антиохии, писал графу Боэмунду VI Триполитанскому: «Ты должен вспомнить о том, как колеса прошлись по тем местам, где стояли дома, как на морском берегу поднялись горы трупов, подобные полуостровам, как убивали людей и брали в рабство свободных и детей… как разграблены были богатства твои и твоих подданных и уведены женщины, дети и вьючные животные, как наши воины, не имевшие семей, сразу получили жен и детей, как бедные стали богатыми, слуги – хозяевами, а пешие – конными». И еще, чтобы особенно уколоть христианина: «Если бы ты видел снесенные церкви и поваленные кресты, разбросанные страницы Евангелий и попранные гробницы патриархов! Если бы ты видел своего врага мусульманина, как он ходил по дарохранительницам и алтарям и приносил в жертву монаха, дьякона, простого священника и патриарха!».

Великий магистр тамплиеров Гийом де Боже всячески предостерегал баронов об опасности. Он призывал их к миру между собой, на что они, по словам анонимного хрониста, отвечали ему, «чтобы он прекратил сеять страх разговорами о войне». Но и сам он раздувал соперничество между тамплиерами и госпитальерами. Именно борьба за власть в Триполи привела к тому, что египетский султан Калаун в 1289 г. взял этот город. На следующий год в Акре недавно прибывшие из Италии крестоносцы учинили на улицах города жестокую и ничем не спровоцированную (кроме, может быть, торгового соперничества) резню мусульманских купцов. В ответ на это новый султан ал-Ашраф потребовал удовлетворения и, не получив его, объявил Иерусалимскому королевству войну. 5 апреля 1291 г. его войска подошли к Акре.

Армия осаждавших насчитывала, если верить очевидцу, чьи слова, впрочем, были записаны много лет спустя, 60 тыс. конных и 160 тыс. пеших. У защитников же города, насчитывавшего 35 тыс.жителей, имелось всего лишь 14 тыс. пехотинцев и не более 800 рыцарей, да и то каждый из военачальников имел свой план обороны, и договориться между собой они не могли. Осада началась с обстрела Акры из камнеметных машин. Дело пока что ограничивалось мелкими стычками, но египтяне твердо решили покончить с франками. В мае в Акре высадился с небольшим отрядом король Кипра Генрих II Лузиньян, являвшийся также королем Иерусалимским, но пребывавший в основном на своем острове. Король попытался договориться с султаном, но услышал от него только: «Вы принесли мне ключи от города? Нет? Тогда отправляйтесь назад, ничего иного я вам не предложу». 18 мая сарацины ворвались в город. «Как страшно было видеть, – говорит тот же анонимный очевидец, – плачущих дам, горожан и других людей, с детьми в отчаянии бежавших по улице к морю, чтобы спастись; попадавшиеся навстречу сарацины хватали кто мать, кто ребенка, разлучая их, или мать уводили, а ребенка бросали на землю под ноги лошадей». Часть жителей вместе с королем пытались бежать к порту, чтобы спастись на кораблях на Кипр. Кое-кому это удалось. Среди скачущих к гавани был и великий магистр тамплиеров. Его умоляли остаться и продолжать сражение, на что он ответил: «Сеньоры, я не могу больше, ибо я мертв, смотрите». И, как говорит все тот же анонимный очевидец, «мы увидели вонзившуюся в его тело стрелу. Сказав это, он вытащил стрелу, бросил ее на землю, склонил голову и чуть не упал с коня, но его люди, спешившись, поддержали его, сняли с коня и положили на большой, широкий щит».

Мамлюки осаждают Триполи. Миниатюра. 1289 г.

Командование последними защитниками города взял на себя маршал (командующий войсками) ордена тамплиеров Пьер де Савре. Все оставшиеся в живых, включая женщин и детей, собрались в башне, принадлежавшей тамплиерам. По словам того же очевидца, «султан велел передать им, что те, кто пожелает сдаться и известит его об этом, будут отправлены туда, куда захотят. Сделав это, султан отправил к тамплиерам эмира с четырьмя тысячами всадников. Сарацины, увидев множество народа, пожелали схватить понравившихся им женщин, чтобы их обесчестить, и тогда христиане, не в силах это снести, схватились за оружие, бросились на сарацин и всех их перебили, не оставив никого в живых; и решили они защищаться, пока не погибнут… Султан был взбешен, но не подал вида и вновь передал им, что он понимает, что его люди погибли, поскольку проявили безрассудство и прибегли к насилию, а сам он не желает им зла, они могут выйти безопасно, доверившись ему. Маршал тамплиеров, хотя и был мудрым франком, поверил султану и с другими рыцарями вышел к нему, так что в башне осталось немного раненых братьев ордена. Но как только султан заполучил маршала и тамплиеров, он приказал им всем отрубить головы… Когда братья, находившиеся в башне, узнали о казни маршала и других, то все, кто был в силах, изготовились к защите; сарацины подвели под башню мину (так тогда именовался подкоп. – Д. Х. ) и установили подпорки; тогда защитники башни сдались, и в башню вошло столько сарацин, что подпоры не выдержали, башня рухнула и погребла братьев-тамплиеров и находившихся в ней сарацин, а свалилась она на улицу, где задавила более двух тысяч конных сарацин. Так в пятницу 18 мая была взята Акра, а через десять дней пал и дом тамплиеров». Именно 18 мая 1291 г. считается датой завершения эпохи крестовых походов. Правда, ряд городов и крепостей, в частности Бейрут, Тир, Сидон, еще держались. Но и они пали в том же году. Последний мазок кистью в картине указанной эпохи сделали тамплиеры в 1297 г. Отряд, руководимый великим магистром Жаком де Моле, с налета взял Иерусалим, но удержать его не смог. Один клочок земли близ сирийских берегов – остров Руад – оставался во власти тамплиеров вплоть до 1303 г., когда и его взяли мусульмане.