Читать онлайн «Еврейский мир». Страница 81

Впоследствии была обнаружена непропорционально высокая доля людей с высшим образованием в руководстве эйнзацгрупп. Из 24 руководителей, которых после окончания войны судили как военных преступников, большая половина имела ученые степени (девять юристов, остальные — представители других профессий: от архитектора, экономиста, банкира до дантиста и священника).

Нацистские войска обычно получали помощь от местного населения, особенно на Украине. Украинский антисемитизм имел долгую и кровавую историю, уходящую корнями к погромам Хмельницкого (1648). Однажды, когда мэра Нью-Йорка Эда Коха, еврея по национальности, пригласили возглавить празднование Дня Украины в Нью-Йорке, то он шутливо заметил, обращаясь к украинцу-организатору: «Прекрасно жить в Нью-Йорке, где я могу идти во главе праздничной колонны. В нашей же старой стране я бы бежал вдоль улицы, а вы бы гнались за мной с ножом в руке».

Самая жуткая резня была устроена в киевском пригороде Бабий Яр во время Рош-Гашана (еврейский Новый год) 1941 г. Свыше 33 тысяч евреев согнали в одно место и убили в течение двух дней. А их тела закопали в огромных ямах.

После Второй мировой войны Бабий Яр стал символом советской, мало чем уступающей нацистской и украинской, неприязни к евреям. Коммунистические лидеры запрещали евреям соорудить памятник жертвам Бабьего Яра. Ежегодно в очередную годовщину массового убийства сюда приходили группы евреев и совершали молитвенную службу в память о мучениках. В лучшем случае коммунистические власти лишь разгоняли молящихся, в менее счастливые времена бывали и аресты.

В 1961 г. русский поэт Евгений Евтушенко написал волнующую поэму о жертвах Бабьего Яра. Она начинается так:

Спустя год Дмитрий Шостакович положил эту поэму на музыку. В 1974 г. памятник жертвам Бабьего Яра был наконец возведен, но надпись на нем не упоминает, что погибли в этом ужасном месте евреи.

Подсчитано, что из шести миллионов евреев, убитых немцами, от одного до полутора миллионов уничтожено эйнзацгруппами.

Вот описание совершенного ими убийства в украинском городе Дуб-но, сделанное очевидцем, немецким инженером Германом Гребе: «Эти люди разделись без крика и плача, встали семейными группами, поцеловали друг друга, сказали прощальные слова и стали ждать, когда эсэсовец, который стоял у ямы с кнутом в руке, подаст сигнал. Я обратил внимание на семью примерно из восьми человек, в которой были мужчина и женщина — оба в возрасте около пятидесяти лет, их сыновья в возрасте примерно от двадцати до двадцати четырех лет и две взрослые дочери примерно двадцати восьми или двадцати девяти лет. Пожилая женщина с белоснежными волосами держала на руках годовалого ребенка и пела ему, щекоча его при этом. Малыш верещал от удовольствия. Супружеская пара смотрела на него со слезами на глазах. Отец держал за руку мальчика лет десяти и говорил ему что-то ласково; мальчик старался сдержать слезы. Отец указал на небо, погладил его по голове и, казалось, стал ему что-то объяснять.

В этот момент эсэсовец, стоявший у ямы, стал что-то кричать своему товарищу. Тот отсчитал человек двадцать и приказал им пройти за земляной вал. Среди них была и та семья, о которой я только что упомянул. Я хорошо помню девушку, стройную, с черными волосами, которая, проходя мимо меня, указала на себя и сказала: «Двадцать три». Я обогнул вал и встал напротив огромной могилы. Люди были уложены плотно один подле другого и лежали друг на друге так, что видны были только их головы. Почти у всех из головы на плечи текла кровь. Некоторые из расстрелянных еще шевелились. Некоторые приподнимали руки и поворачивали голову, чтобы показать, что они живы. Могила почти на две трети была полна. Я подсчитал, что в ней лежит около тысячи человек. Я посмотрел на человека, который занимался расстрелом. Он был эсэсовцем, который сидел на узкой полоске земли между ямой и валом, покачивая свесившимися в могилу ногами. Он держал на коленях автомат и курил сигарету. Люди, совершенно голые, спустились вниз по нескольким ступеням, сделанным в глиняной стене ямы, и пробрались по головам лежавших там людей к месту, куда направил их эсэсовец; некоторые ласково гладили тех, кто еще был жив, и шепотом обращались к ним».

Злые люди редко видят собственное зло. Убийца Авраама Линкольна Джон Уилкес Бут — человек, который, несомненно, оказал самое отрицательное воздействие на историю Америки изо всех отдельно взятых личностей, — искренне считал себя святым. «Я в отчаянии, — писал он через несколько дней после убийства Линкольна, когда был вынужден скрываться. — И почему? Из-за того, что совершил поступок, за который Брут был возвеличен, который сделал Вильгельма Телля героем. А мой поступок еще более чист, чем их… Я обладаю слишком великой душой, чтобы умирать как преступник».

Гитлер также считал себя великим благодетелем человечества. Это, несомненно, повлияло на выбор столь «идеалистического» названия для его программы уничтожения всех евреев: «Окончательное решение еврейского вопроса». Гитлер знал, что предыдущие поколения предлагали иные «решения». Христиане, например, долгое время надеялись обратить всех евреев в свою веру. В средние века широко практиковалось изгнание евреев (наиболее известный пример — изгнание из Испании, 1492). В XIX в. один из главных идеологов царского правительства Константин Победоносцев провозгласил тройственный подход к евреям; одна треть, считал он, должна принять христианство, одна треть должна умереть и одна треть — эмигрировать.

Гитлер считал подобные попытки решить судьбу евреев неэффективными. Несмотря на то что на протяжении пятнадцати столетий их обращали в христианство, большинство евреев так и не стали последователями этой религии. Более того, само христианство Гитлер считал «зараженным» еврейскими идеями, а два основоположника этого учения, Иисус и апостол Павел, были евреями. По мнению Гитлера, евреи — воплощение зла, и мало изгнать их, — до тех пор, пока они существуют, они будут создавать проблемы для неевреев. Кроме того, всегда остается риск, что они однажды вернутся туда, откуда их изгнали.

Поэтому единственным эффективным решением «еврейского вопроса» было уничтожение всех до единого еврея во всем мире. До сегодняшнего дня не найдено ни одного письменного документа, где бы Гитлер непосредственно отдавал распоряжение убивать евреев. Судя по всему, решение просто доводилось до сведения его главных помощников, которые, в свою очередь, передавали его своим подчиненным. Несмотря на атмосферу секретности, нацисты считали убийство евреев деянием исторической значимости. 4 октября 1943 г., во время секретного совещания, Гиммлер заявил офицерам СС: «Я со всей откровенностью буду говорить здесь с вами об очень серьезном деле. Среди нас об этом можно говорить вполне откровенно, но мы никогда не скажем об этом открыто. Я имею в виду эвакуацию евреев, уничтожение еврейского народа… Большинство из вас знает, каково видеть сотню трупов, лежащих бок о бок, или пять сотен, или тысячу. Выдержать это и, за исключением случаев человеческой слабости, сохранить наше братство, вот что нас заботит. В нашей истории это будет неписаной — и никогда не написанной — славной страницей».

Усилия Гитлера по стиранию с лица земли целого народа беспрецедентны. Во время Первой мировой войны турки устроили кровавую резню в Армении; но армян, проживавших в столице Оттоманской империи, они убивать не собирались. Для нацистов смертельным врагом немецкого народа был любой еврей. Немецкие солдаты не испытывали угрызений совести, когда вырывали еврейских младенцев из рук их родителей, швыряли на проволоку под напряжением или подбрасывали в воздух и затем ловили на штыки. Все без исключения евреи рассматривались нацистами как объект убийства. Для характеристики преступного стремления уничтожить целый народ польский еврей Рафаэль Лем-кин, специалист по международному праву, предложил новое слово: «геноцид».

Слово «холокост» во время войны не использовалось. К концу 1950-х оно уже стало общепринятым в английском языке понятием, означающим уничтожение евреев нацистами. Само по себе это греческое слово имеет религиозное происхождение и обозначает буквально «всесожжение», один из видов жертвоприношения животных, совершавшихся в Храме. В большинстве случаев часть такого животного предназначалась Б-гу, в то время как другая шла в пищу жрецам. «Холокост», однако, сжигался полностью, и, таким образом, жертвенное животное целиком подносилось Б-гу. Большинство из шести миллионов евреев, ставших жертвами Гитлера, несомненно, сгорели в нацистских печах. А то, что их гибель названа словом «холокост», подразумевает, что их смерть следует рассматривать как жертвоприношение Б-гу (см. «Кидуш гашем»).