Читать онлайн «Еврейский мир». Страница 145

Кашерные рестораны нанимают эксперта — машгияха, в чью обязанность входит гарантия соблюдения законов кашрута на кухне и в зале. Многие американские продуктовые компании также нанимают машги-яхов для подтверждения кашерности их продукции. Сегодня в США более 16 тысяч наименований продуктов находятся под таким контролем и получают сертификат о кашерности. Обычно маркой служит английская буква «U», окруженная большим «О», торговая марка Союза ортодоксальных еврейских общин Америки. Этим занимаются и другие раввины и еврейские организации. Все компании, желающие получить сертификат о кашерности, должны вручить машгияху ключ, чтобы он мог в любое время входить в производственные помещения с целью исключить случайное или намеренное попадание некашерных компонентов в продукты.

Евреи по-разному относятся к законам кашрута. Обычно соблюдающие их едят дома, или у знакомых, известных приверженностью к кашерному, или в ресторанах, имеющих соответствующий контроль. Если они идут в гости в некашерный дом или ресторан, то обычно ограничиваются водой, кофе или свежими фруктами. Они не станут есть приготовленную там пищу, пусть даже очевидно кашерную, потому что она могла быть приготовлена в кастрюле, где до этого находилась некашерная еда.

Многие американские евреи едят кашерное дома и некашерное вне дома. Другие евреи, более или менее соблюдающие заповеди, иногда считают такое поведение лицемерным. Но с точки зрения еврейского права предпочтительно есть кашерное хотя бы дома, чем вообще его не есть.

Другие не едят кашерное и дома, но воздерживаются от наиболее некашерной пищи — свинины и моллюсков. Кое-кто употребляет свинину и моллюсков, но придерживается законов кашрута в течение 8 дней Песаха, когда не употребляют дома продуктов из дрожжевого теста (см. «Хамец»).

Слово «кашер» не связано с пищей, на иврите оно буквально значит «подходящий», поэтому можно спросить о деле с сомнительной юридической основой: «Кашерно ли оно?» Также можно сказать об очень хорошем еврее: «Это кашерный еврей».

Противоположное слово — «трефной». Растущие в кашерных домах дети учатся различать в жизни вещи кашерные и вещи трефные.

Евреи-реформисты посещают службы в своих «храмах». Консерваторы проводят службы в синагоге. Ортодоксы ходят давен (на идише — «молиться») в шул. Разница не очень велика — консерваторы часто говорят «пойти в шул», а ортодоксы — «в синагогу». Но эти термины употребляются евреями разных течений для точного обозначения места совершения молитв.

Слова «храм», «синагога» и «шул» означают одно и то же: здание, где молятся Б-гу. Шул (слово на языке идиш) означает и «школу» и «синагогу», потому что ортодоксальные синагоги всегда были центрами не только молитвы, но и учебы.

В последние годы многие ортодоксальные евреи решили молиться в штиблах. Штиблах (единств, число — штибл) намного меньше синагоги. Обычно это частный дом, превращенный в синагогу. Многие штиблах находятся под духовным руководством хасидских ребе (см. «Хасидизм»). Общины, молящиеся в штиблах, обычно теснее сплочены, чем общины синагог. Штиблах посещаются более традиционными евреями, мужчины ходят туда в черных костюмах и шляпах.

Ортодоксальная синагога отличается от реформистской и консервативной прежде всего в двух важных отношениях: во-первых, здесь практикуется мехица (разделение) между мужчинами и женщинами, в большинстве ортодоксальных синагог мужчины не могут видеть женщин во время службы, а женщины не играют никакой роли в службе. В реформистской и консервативной синагогах мужчины и женщины сидят вместе.

Помимо этого в ортодоксальных общинах Тора читается с бимы (возвышения), расположенной посреди молящихся, чтец смотрит в том же направлении, что и все остальные — в сторону арон-кодеша (шкафа для хранения свитков Торы). В реформистских и консервативных синагогах чтец стоит перед арон кодешом лицом к молящимся. Вдобавок многие реформистские и консервативные синагоги используют для аккомпанирования кантору орган. В ортодоксальной синагоге по субботам и на большинство еврейских праздников не используется ни орган, ни иные музыкальные инструменты.

На протяжении американо-еврейской истории наиболее зажиточные евреи обычно склонялись к реформизму. Сегодня им принадлежат лучшие «храмы» США. Самой знаменитой реформистской общиной считается община прекрасного «храма» «Имануэль* в Нью-Йорке. В первые годы этот «храм» отказывался от многих еврейских традиций — даже службы здесь проходили по воскресеньям. В 1910 г. раби Йегуда Магнес заметил, что в прошлое воскресенье сюда зашел христианин и не замечал, что он не на христианской литургии до тех пор, пока раби не произнес какие-то явно еврейские молитвы. Но в последние годы реформисты стали восстанавливать еврейские традиции и службу на иврите. Другая известная реформистская синагога — «Уилшир-Буль-зэр-Тэмпл» в Лос-Анджелесе. Ее более 60 лет возглавлял Эдгар Магнин, известный как «раби голливудских звезд». В числе этой общины немало знаменитых евреев-продюсеров, создавших Голливуд: Магнину однажды даже предложили переквалифицироваться в директора фильма. Магнин предпочел остаться «раввином», но его иудаизм самый либеральный в реформистском течении: он не считал обязательными многие ритуалы, включая кашрут и субботние запреты (см. «Питтсбургская платформа»). После смерти Машина в начале 1980-х гг. эта община стала более традиционной.

Консервативное движение особенно распространилось после Второй мировой войны среди многих евреев — обитателей богатых предместий. Сегодня с консервативными синагогами связано большее число евреев, чем с реформистскими и ортодоксальными.

Больше всего этих евреев привлекают так называемые центры еврейской общины. Здесь активно реализуются программы здоровья и спорта, создаются клубы и т. п. Цель таких центров — создать обстановку, где евреи могут быть вместе. В недавние годы, когда американское общество стало более открытым, к этим центрам присоединяется все больше неевреев, особенно благодаря оздоровительным клубам, расположенным около домов. В результате многие центры столкнулись с проблемой: «Что должно быть еврейским в еврейских центрах?» Эти центры играют важную роль в жизни общин, особенно небольших. Членство в них часто означает больше, чем в общинах синагог, и остается для многих последней формальной связью с еврейской жизнью.

Еврейское право предпочитает совместную молитву индивидуальной. Во-первых, законоучители считают, что вместе евреи будут молиться за благо всей общины, а индивидуально — лишь за личное благо, часто даже за счет другого. Например, молясь о работе, просят Б-га, чтобы она досталась именно им. Поскольку совместная молитва обычно возносится от имени всей общины, она больше обращена на всеобщее благо.

В традиционном еврейском праве минимальное количество членов молитвенной общины — 10 совершеннолетних мужчин. Такая группа называется «миньян». Если нет 10 мужчин, то важнейшие составные части молитвы — «Кадиш», чтение Торы (см. «Недельный отрывок Торы / Паршат Гашавуа») и «Барху» (см.) не могут читаться. В течение 11 месяцев, когда я читал траурный «Кадиш» по умершему отцу, я поначалу посещал службы в маленькой синагоге недалеко от дома, но вскоре перестал туда ходить, поскольку каждый вечер там с трудом собиралось 10 мужчин. Как только приходило 7 или 8 человек, сторож начинал звонить по телефону всем мужчинам с дальних и ближних улиц, прося их поторопиться. Для таких, как я, ожидание миньяна было мучительным.

Там, где много маленьких общий-штиблах (см. предыдущую главу), можно видеть, как мужчины выглядывают наружу и кричат прохожим: «Нам нужен десятый для миньяна!» Чувствуя угрызения совести, я заходил в такие синагоги и обнаруживал, что там нужен не то что один, а все девять мужчин для миньяна. Но если кричать: «Нам нужно еще 6 мужчин для миньяна», мало кто присоединится к ним.

В 1973 г. консерваторы разрешили приглашать в миньян и женщин. Они считали исключение женщин из молитвенного кворума дискриминационным. Ортодоксы выступили против, считая, что нарушен еврейский закон. С их точки зрения, миньян может состоять только из людей, которым предписано участие в общественной молитве. Еврейское право всегда исключало женщин из общей молитвы из-за их ответственности за дом. Но даже ортодоксы требуют присутствия женщин на публичном чтении книги Эстер в праздник Пурим. Поскольку они обязаны это делать, то их можно считать частью миньяна для этого дня.

Когда решение консерваторов было обнародовано, традиционные общины его отвергли. Но сегодня большинство консервативных общин также признает женщин в миньяне.