Читать онлайн «Сборник научных и публицистических статей». Страница 50

90. Личность, занятая поиском смысла во всем, живет по сценарию, выстроенному из смыслов. А надо жить жизнью с непредсказуемым сценарием.

91. Жить жизнью? Жить результатами? В конце концов, все результаты приходят к тупиковому результату — смерти.

92. Все человечество делится на созерцателей и психологов жизни. Первые живут переживаниями жизни. Вторые живут размышлениями о ней.

93. В человеке первична подсознательная защита от бессмыслицы жизни и вторично подсознательное желание самоуничтожения, как стремление разрешить эту бессмыслицу.

94. Часто склонность личности к фантазиям является следствием неспособности жить мгновениями жизни.

95. Жизнь — всегда состояние хронической несвободы. Только в смерти истинная свобода?!

96. Сначала жизнь человека является неустойчивым состоянием (новорожденного ребенка), а смерть является устойчивой. Затем жизнь устойчивая, а смерть неустойчивая. В старости смерть — устойчивое состояние, а жизнь неустойчивое.

97. Жизнь — это интервал между первичным и вторичным небытием.

98. Жизнь — это движение организма от одной точки бифуркации к другой.

99. Жизнь — особая форма горения, рождающая пламя, которое мы называем психикой или душой.

100. Кто-то водит руками по дереву — наслаждается жизнью, а кто-то ищет таким образом более толстый сук, чтобы прекратить страдания жизни. Это ж до какой степени нужно страдать, чтобы не видеть красоту дерева?!

101. Руки в жизни должны работать полностью, в том числе и локтями.

102. Ценности жизни скрыты под слоем ее трудностей. Этот слой необходимо “отковырнуть” —преодолеть трудность. И там открывается НЕЧТО, которое, только смешиваясь с трудностями, является ценностью.

103. Порой ичность находит “смыслы жизни” благодаря ее ценностям, склеенным скрытыми от сознания суицидными (самоуничтожающими) тенденциями.

104. Любое заболевание, в частности неврозы, обусловлено неспособностью личности жить жизнью. Больной человек болен всегда в силу того, что живет ради результатов жизни, что часто является мнимой, понимаемой, но не переживаемой ценностью.

Дети умеют жить жизнью. Взрослея, личность утрачивает эту способность и начинает болеть.

105. Настоящая радость должна основываться не на вкусе к жизни, а на ее послевкусии.

106. Жизнеутверждающее настроение — это всего лишь оптимальная концентрация дофамина в мозгу?

107. Порой человеку никакая психотерапия не нужна. Его необходимо просто накормить едой … и жизнью.

108. Жизнь — это прыжок из щели в яму?…

109. Одни живут радостями жизни, другие — радостями выживания.

110. Если что-то значительное и совершается в жизни человека, то оно совершается внутри него.

111. У некоторых прекрасное настроение от жизни, а у других, наоборот, — от отсутствия смерти.

112. Психотерапевты по мере взросления меняют свои взгляды на жизнь, что часто приводит к изменению психотерапевтической техники. Это должны знать пациенты.

113. Может ли человек благодаря своему мышлению организовать себе жизнь как процесс “теперь и здесь”, чтобы жить исключительно настоящим. Пожалуй, нет. В большинстве случаем мы впадаем в такую жизнь благодаря некоему действию магического и непредсказуемого окружающего мира, которому безразлично “наше мышление”. Впрочем, оно, мышление, нашим быть не может, так как вырастает на почве чувствования, нечто открытого внешнему миру. Таким образом, научить человека жить по принципу “теперь и здесь”, жить процессом жизни, а не ее результатами, благодаря изменению мышления, невозможно. Необходима работа с чувствованием, с волей, с переживаниями человека. Мышление (в частности, психоанализ) могут только вызывать застрявшие чувства, но не формировать новые, позволяющие жить “теперь и здесь”. Поэтому необходимо, наоборот, обуздать мышление. Это возможно благодаря психотерапии, основанной либо на медитации, либо на буддистских концепциях.

114. Продолжительность жизни — производная психологического и физического течения времени.

115. Время — нечто, зависящее от психодинамики субъекта.

116. Утром вставайте и радуйтесь, что проснулись, что живы. Вечером радуйтесь, что прожили еще один день жизни.

117. Некоторые устают от бессмысленности жизни настолько, что появляется желание отдохнуть — как новый смысл жизни

118. Жизнеутверждающая фрустрация — хочешь, но не можешь. Смертеутверждающая — можешь, но не хочешь.

119. У одних настроение от жизни, у других — от отсутствия смерти.

120. Самый последний смысл жизни человека — умереть человеком.

121. Из пункта А в пункт В один шел, видя только В, не видя, что под ногами, вставая на головы, споткнулся и упал. Другой шел медленно, осторожно ступая, чувствуя дорогу, каждый шаг, и сам того не заметил, как пришел к пункту В. Значит, надо смотреть под ноги не только для того, чтобы не упасть, а чтобы чувствовать процесс жизни и не упасть духом.

122. Философия и глубина смысла жизни, выражаемая в искусстве, не обязательно возможна только в глубинно-философском произведении. Это может быть обыкновенная песенка о леденцах, доводящая до слёз и глубокого понимания смысла жизни.

123. Если применить мотивационное определение смысла (отношения мотива к цели) к жизни (жизнедеятельности), то жизнь не имеет смысла для всех субъектов, так как цель — смерть. Несмотря на это, жизнь вся представляет собой развивающуюся динамику переходящих друг в друга микросмыслов. Получается, что как бы эти микросмыслы не переходили друг в друга, в конце концов, приходят к исчезновению, то есть к конечному результату — отсутствию смысла. Но жизнь показывает, что она имеет смысл. Смысл жизни не просто в оценке ее этапов и конечных целей. Жизнь имеет не только чисто рационалистическую составляющую, но и некую эмоционально-ценностную, переживаемую. Об этом говорят и восточные философы. Строить смысл жизни исключительно из разума (рассудка) бесполезно. Хотя категория “смысл” когнитивная и рациональная категория. Таким образом, если мы хотим понимать смысл шире, необходимо исходить из эмоций, из переживаний, из чувствования. Необходимо найти некую середину между рассудком и чувствованием. Такой серединой является понятие “ценность”. Если исходить из смыслов как эмоционально переживаемых ценностей, то соединяясь по жизни эти ценности приведут нас к конечному смыслу — ценности переживания смерти, которая является последним смыслом, последней эмоционально-переживаемой ценностью жизни. Переживание смерти имеет место при жизни. Часто его путают с самой смертью.

Таким образом, переживание смерти — это последняя завершающая ценность переживания жизни, к которой ведут все ценности жизни, динаменизируясь-соединяясь-развиваясь до последней ценности жизни. Поэтому, если говорить о жизнеутверждающей способности человека и выживании, то мало говорить, что жизнь человека наполнена смыслом. Человек живет не потому, что его жизнь наполнена смыслом, а потому, что жизнь наполнена ценностями переживания. Понять разумом смысл — суицидно. Если человек поднял этот вопрос для себя, то это уже проблема. Человек живет не ради чего-то (не только), не потому, что осознает смысл. Таким образом, с одной стороны, если нет смысла, то рождается феномен суицидных переживаний. С другой стороны, человек живет, не задумываясь о смысле. Понятие смысла открывается только при депрессии, а не при потере смысла жизни. И мы опять приходим к выводу, что необходимо понятие, которое вбирало бы в себя эти противоречия. В этом понятии должна быть некая скрытая составляющая. Такая, что когда смысл есть, человек бы не задумывался о том, ради чего он живет. Когда смысл появляется, он задумывается. Смысл — продукт рассудка, который начинает работать из-за страха. Эмоции первичны. Таким образом, понятие “смысл” не лечит. Если человеку объяснить в чём смысл его жизни, а не снять депрессию, он не вылечится, он не поймет слова психотерапевта. Объяснить смысл, ещё не значит его дать. Необходимы не просто слова, необходимы действия (преодоление), действующие слова, слова-действия. И мы опять приходим к тому, что необходимо введение нового понятия, нового понятийного пространства, нечто шире, чем понятие “смысл”, которое рождено ЭГО. Таким понятием, на наш взгляд является “ценность”. Ценность вбирает в себя и смысл и эмоцию.

Общество потребительски и несимметрично относится к психопатологическому восприятию шизофреников. С одной стороны, на основании восприятия шизофреников были созданы лучшие священописания, в которых представлена материализация и визуализация божественного духа. А с другой стороны, общество загоняет шизофреников в психиатрические лечебницы. Шизофреники считались святыми и местом их обитания были храмы.