Читать онлайн «Психология обмана. Как, почему и зачем лгут даже честные люди». Страница 60

Предшествующее рассмотрение позитивных последствий лжи связано с позитивными последствиями обмана, помогающего людям преодолевать, выживать или получать власть. Мы не сосредотачивались на негативных последствиях, которые он может иметь для окружающих. Теперь рассмотрим и их.

Например, они питают чужие предрассудки, которые, как правило, до некоторой степени включают самообман. Например, немецкому народу объявили, что их экономические и политические проблемы вызваны тем, что все банки находятся в руках евреев, и что эту проблему можно решить. Более поздний вариант этого метода в Соединенных Штатах — переложить вину за экономический кризис на бедных.

Самые опасные последствия лжи для человека наступают, когда его признают лжецом. Удачный обман дает власть, а неудачный значительно ее ослабляет. Басню о «мальчике, который кричал: «Волки!», всегда рассказывают детям, помогая им понять, что случается, когда люди теряют веру в чью-то честность. Потеря власти, когда человека стали считать лжецом, может сопровождаться унижением и привести к утрате уважения к себе. Такая нарциссическая травма опустошает ранее успешного человека. Например, блестящая карьера психолога сэра Сирила Берта была навсегда загублена после уличения его в публикации поддельных данных в журнале, который он основал и редактировал (Миллер и Херсен, 1992). Берт мог почивать на лаврах благодаря своим настоящим заслугам, но в результате публичного унижения он был уволен с поста редактора. По иронии судьбы, сам Берт был автором работы по психологии лжи.

Обман может быть пагубным для общества в целом, когда он распространяет ложную информацию, которую сложно проверить. Это замечание особенно справедливо в тех ситуациях, когда лжец является признанным авторитетом. Например, требуются годы, чтобы исправить или исключить ложные сведения в научном мире. Иногда под давлением, связанным с борьбой за гранты и профессиональное положение, как начинающие, так и признанные исследователи поддаются искушению и поступаются правдой при написании научных работ. Такое поведение распространено также в государственных учреждениях и корпоративных офисах.

Последствия обмана для человека бывают колоссальными. Например, декан медицинской школы заманил известного в стране исследователя в свое учебное заведение на пост заведующего кафедрой. Новоиспеченный заведующий обнаружил, что обещанная ему лаборатория и финансовая поддержка кафедры оказались недостаточными, и к довершению всего на него возложили вину за финансовый кризис кафедры. Другой пример — случай жены министра, дорого заплатившей за обман. Ее муж отрицал и скрывал свою бисексуальность и заразил женщину вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ).

Кларк Мустакис (1962) в смелой моралистической работе осудил ложь в целом и выразил мнение, что она делает «настоящие взаимоотношения между людьми невозможными». В недавней статье в светском журнале Redbook (Сатран, 1993) описывались разные типы обмана у замужних женщин. Автор пришел к выводу, что ложь порой необходима, чтобы сохранить брак. Мириам, одна из женщин, которые дали интервью журналу, сказала: «А что, если бы я в течение месяца рассказывала мужу всю правду? К концу этого срока мы бы развелись». Другая женщина уверенно заявила, что из правды все согласны слышать «только хорошее», а «если б кому-то во мне что-то не нравилось, мне было бы очень тяжело это принять».

Метс (1989) изучала обман среди студентов колледжа, связанных близкими отношениями. Она отмечала, что в браке обман был чаще связан с недомолвками, чем с враньем, и что главной причиной обмана они считали поддержку самооценки супруга. Студенты, которые пока только встречались, говорили, что главными причинами обмана для них было скрыть источники, уберечь родителей от стресса и сохранить отношения.

Данных о последствиях обмана для отношений, полученных эмпирическим путем, очень мало. Эту сферу сложно исследовать. Возможно, бо́льшую часть случаев обмана вслед за журналом Redbook можно отнести к невинной лжи, цель которой — сохранение отношений. Ложь студентов относительно сексуального опыта также попадает под эту категорию (Кнокс и др., 1993).

Выяснено также, что люди меньше «любят» друг друга, если на интервью один из них обманывает, даже когда второй об этом не знает (Трио и Дипауло, 1985). Невербальная коммуникация, как исходящая, так и получаемая, связанная с обманом, влияет на близость и интимность. Клайнес с коллегами обнаружили, что переживание любви (несексуальное) прекращалось, когда человек начинал лгать в рамках эксперимента. Бургун и Буллер (1994) установили, что невербальные изменения (связанные с усилением чувства дискомфорта) наблюдались на проведенных в рамках эксперимента интервью, когда один из участников лгал. Исследователи отмечали, что динамичные изменения в обоюдном взаимодействии, на которые влияли такие факторы, как приятность, расслабленность и формальность, сопровождались ложной коммуникацией, даже когда второй партнер не знал, была ли это правда или ложь.

Маккорнак и Ливайн (1990) опросили большое количество студентов колледжа, которые заявили, что им лгали в течение текущего месяца и что на момент опроса они состояли в отношениях. Результаты исследования показали, что раскрытие обмана внутри отношений было тяжелым и преимущественно негативным эмоциональным опытом. Среди факторов, влияющих на масштабы переживаний, выделяются уровень отношений (чем он выше, тем тяжелее переживания), важность предмета лжи и значение, которое жертва обмана придает лжи в целом. Что до последнего фактора, когда человеку важна искренность, он очень сильно переживает, даже если предмет лжи был довольно незначительным. В опросе участвовали 190 человек, 31 (16,3 %) сообщили, что закончили свои отношения, когда раскрылся обман. Из них 51,6 % заявили, что разрыв был вызван предметом лжи, 32,3 % — самим фактом лжи, а 16,1 % — что на решение повлияли оба фактора.

Г. Р. Миллер с коллегами (1986) изучили опубликованные труды по ложной коммуникации в личных отношениях и обнаружили, что эта сфера мало изучена. Исследователи отметили любопытный факт, что друзьям проще распознавать обман, чем незнакомцам или супругам. Они предположили, что «возможно, женатые пары часто развивают механизмы избегания, чтобы «не запускать» вероятность, что их супруги их обманывают». Ложь близкого друга или любимого опустошает человека, и отношения меняются в худшую сторону. Неспособность распознать обман может стать средством сохранить отношения.

Последствия обмана для отношений на первый взгляд кажутся противоречивыми. Согласно результатам экспериментов, обман препятствует близости и часто становится причиной разрыва. Сведения, полученные из жизни, наоборот, доказывают, что обман необходим, чтобы сохранить самоуважение партнера и, таким образом, сохранить отношения. Это противоречие можно разрешить, допустив, что ложь, раскрытая в рамках эксперимента, воспринималась нейтрально или негативно. Люди, которые слышат то, что хотят слышать, не воспринимают такую информацию как ложь.

Понятие персонального мифа впервые было описано Крисом (1956). Он привлек такое внимание, что психоаналитики стали адаптировать его и подстраивать под разные теоретические гипотезы, так же как психологи и психиатры. По определению Криса, персональный миф — продукт обсессивных личностей, которые замалчивают и искажают многие факты биографии, чтобы создать представление о себе, которое будет служить ширмой, отгораживающей их от психических конфликтов и сознательной осведомленности. Следовательно, человек создает вымышленную историю, защищая себя от болезненного самовосприятия.

Исследователи по-разному интерпретировали использование и значение персонального мифа. В общем, он связан с универсальным человеческим опытом (Грин, 1991; Лестер, 1986; Потпмино, 1985; Шварц, 1984; Валлерштайн, 1991; Вольф, 1991). В более широком смысле персональный миф сцеплен с проблемой самоидентификации человека; наш миф — это «истории, которыми мы живем» (Макадамс, 1993). Персональный миф строится благодаря селективным процессам памяти, с помощью которых мы «запоминаем» то, что подходит и согласуется с нашим представлением о себе. Кроме того, мы представляем себя другим двояко, играя определенные роли и приводя выборочные данные о себе. Реакция окружающих подтверждает и помогает формировать конечный миф. Персональный миф каждого человека уникален и служит посредником между внутренним миром иллюзий и внешним материальным миром. Миф определяет то, как мы ведем дела во внешнем мире (Шварц, 1984). Развитие персонального мифа тесно связано с формированием себя (эго). Персональный миф помогает преодолеть несоответствие между идеальным грандиозным эго и реальностью. Он служит защитой от болезненных переживаний и низкой самооценки в результате различных психологических травм и страха не отвечать внешним требованиям (Лестер, 1986).