Читать онлайн «Черепахи до самого низа. Предпосылки личной гениальности». Страница 49

Джон: Таким образом, мы создали одну возможную структуру модели личной организации, определили функции «я» в пределах решетки модели, и предлагаем каждому из вас создать соответствующую метафору для самого себя, которая может служить началом структуры.

Женщина: Как мы узнаем, что выбранная метафора является подходящей?

Джон: Как и в любой структуре, здесь должны соблюдаться некоторые принципы разработки. Или же, после создания структуры, она должна быть проверена на соответствие набору условий, чтобы определить, корректно ли она построена. Далее приводятся принципы создания и условия корректности, которые проявлялись снова и снова, и при работе с людьми, которые в нашем обществе считаются гениями, и при создании личной организационной модели.

Первое условие: откуда мы получаем новости. Новости приходят из различий, а различия – из множественного (как минимум двойного) описания мира. И теперь, прежде чем действовать в мире, мы предлагаем обновить условие корректности – перейти от двойного описания к тройному. Вы не сможете внести изменение, если не оцените контекст достаточно полно, то есть не займете три позиции. Ту, где находитесь вы сами: позицию вашего собственного референтного индекса в текущем переживании (или переживании, которое вы планируете); позиции некоторых или всех других участников, которые являются частью отношений на том же самом логическом уровне, а именно, других людей, или представителей другого вида, например, когда тренер работает с лошадью, любых других живых систем. Последняя, но, конечно, не менее важная позиция – мета-позиция, потому что этот более высокий логический уровень дает вам кинестетическую диссоциацию, и вы можете избежать тирании физиологии, которой подвержены в первой позиции. Другими словами, мудрость существует в целостной петле. Поэтому, чтобы получить новые различия, основу для мудрых действий в мире, мы должны рассматривать всю петлю. Мы должны рассматривать «контекстную сторону» петли.

Эта концепция множественного описания позволяет кибернетизировать любой формат. Я хочу рассказать вам историю, которую однажды ночью услышал от Боба Дилтса. Когда он закончил рассказывать, мы применили этот материал на практике и замечательно провели время. Мы говорили об изменении личной истории.

Вы все знаете формат изменения личной истории. Первый вопрос: «Что вы хотите изменить?» «Я хочу изменить X». Вы якорите это кинестетическое ощущение. «Когда последний раз у вас был этот опыт?» Вы видите физиологическое изменение и якорите его. Вы держите кинестетику неизменной, и это ведет человека назад через личную историю к «первоначальной ситуации». Это всегда миф, но человеку нужен этот миф, потому что он живет в соответствии с ним. Потом вы добавляете ресурсы, пока не увидите физиологических изменений. И тогда вы знаете, что процесс окончен. Вы выводите клиента обратно в настоящий момент, позволяя изменить личную историю на пути назад, и вот он здесь, правильно? (смех) И теперь вы делаете проверку. Вот так, более или менее, я это делаю. И наблюдая и слушая Джуди, я понимаю, что она тоже, более или менее, делает это так. А вот что сделал Боб. Он кибернетизировал этот формат. И это – вызов для тех из вас, кто имеет некоторые навыки в технологии. Конечно, когда я применяю технику изменения личной истории в этом формате, который я очень свободно описал, я очень доволен тем, что делаю. Но обратите внимание, с точки зрения первого внимания, с точки зрения моделирования, наша работа неадекватна. В чем разница? Теперь я расскажу, как это делает Боб. Он спрашивает: «Что вы хотите изменить?» И якорит это. Пока все то же самое. Потом он возвращает человека в ситуацию возникновения поведения, которое он хочет изменить. Теперь Боб делает так, чтобы клиент повторно испытал все это, останавливает его...

Теперь, здесь есть предположение, правильно? Что это поведение образовывает петли с некоторым другим аспектом окружения. Человеком, объектом, чем угодно. Если это – фобия, то с фобическим стимулом. Итак, первое действие – повторное проживание этой ситуации из позиции, которую занимал сам человек, его собственный личный референтный индекс, его собственная позиция восприятия. Например, вы возвращаете человека назад к тому времени, когда, скажем, он был ребенком, и взрослый сильно его отругал, и это был травмирующий опыт, и теперь этот человек никогда не возражает другим людям, потому что это почти фобический опыт. Когда человек возвращается в ту ситуацию, Боб говорит: «Вы туда вернулись?» И клиент говорит: «О, да!»

И теперь он предъявляет кусок поведения с позиции восприятия другого человека, его референтный индекс.

Женщина: С какой позиции восприятия?

Джон: Того взрослого, который отругал ребенка. Взрослый, ругающий его, в противоположность ребенку, которого ругают. Он становится на «контекстную сторону» в этой ситуации. Я вижу и могу физиологически идентифицировать, когда человек это сделал. Я не комментирую это. Это – обязательная часть петли, дуга в экологическом фрагменте работы по изменению личной истории. Это должна быть часть петли. Я идентифицирую это физиологически. Я сижу и наблюдаю, как это происходит и еще раз поражаюсь элегантности невербальной коммуникации, и не называю это. Теперь Боб настаивает, чтобы человек явным образом прошёл через обе позиции. Сначала он принимает позицию, которую выбирает естественно – он оценивает из этой позиции восприятия эту ситуацию, скажем, из перспективы взрослого, вовлеченного в первоначальную ситуацию. И затем он делает так, что человек переключается в позицию ребенка и замечает, на что это было похоже. Человек знает эту позицию слишком хорошо, это его фобия. Если здесь есть важные другие люди... Он становится и в их позиции тоже. Если таких людей нет, он переходит в мета-позицию, просто стоит в стороне вместе с Бобом и наблюдает этот танец.

Джуди: Боб Дилтс приблизился к адекватному описанию первого внимания, в которое он включил контекст, рассматривая целостную петлю в формате изменения личной истории.

Так что описания создают новости, но только если мы достаточно долго можем не оценивать, чтобы их получить. У американских индейцев есть поговорка, прекрасно это иллюстрирующая: Не судите соседа, пока не прошли милю в его мокасинах. Не оценивайте, пока, через многократные описания, не получили новых различий. Много раз мы принимаем новые или другие перспективы – как в магическом круге. Но новое описание предлагает больше чем новую перспективу. Новая перспектива статична, а мы настаиваем на динамических репрезентациях. Недостаточно просто занять позицию другого человека или другой живой системы. Вы должны внести в нее типичные для нее движения. Через движения мы создаем танец, динамику и развиваем двойное описание. Немного ходим в чужих мокасинах, прежде чем оценивать.

Часто мы с Джоном говорили о состояниях, из которых можно получить новые различия, и в которых можно создавать новое описание мира. Например, при изучении нового языка (новое описание) полезно переходить в чистое состояние, которое и защищает, и поддерживает это новое описание. С этой целью на семинаре мы предлагаем вам входить в состояние «остановки мира», где речь и сфокусированное зрение (два важных фильтра, стабилизирующие привычные описания мира) приостанавливаются. Так вы можете получить новые различия. Это – специальное состояние для разрушения стабильности мира. Контекстные маркеры, внешние и внутренние сигналы, которые позволяют нам знать, что состояние адекватно и возникло в правильном контексте, и концепция страховки, способ узнать, не требует ли мир нашего внимания, в то время как мы входим в новую схему в нашей решетке, позволяют нам выполнять эти требования. Это дает нам свободу изменять состояния при необходимости. Восприятие различий также требует отложить на время оценки или суждения о новостях, пока не возникнет динамическое и достаточно прочное описание, предлагающее нам существенные новые различия. Это приводит нас к вопросу о значении стабильности и энтропии в модели. Где нам нужна стабильность, а где мы хотим переживать неожиданности и новые различия? Когда мы сканируем контекст в поисках различий, мы не хотим оценивать новости на периферии, где соприкасаемся с миром. Если мы помещаем фильтры в это взаимодействие, то вряд ли получим какую-то информацию, ведущую к новому описанию.

Это – вопрос не о наличии фильтров; наша неврология сама по себе гарантирует их наличие. Вопрос следующий: можем ли мы на время убирать некоторые фильтры, поддерживать существующие различия и получать новые различия? Например, если мы ищем новые различия, стабильность во взаимодействии с миром для этого не подходит, здесь мы хотим неожиданностей, гибкости и новостей. Помещение фильтров в других позициях по направлению к первому вниманию может тоже дорого нам обойтись – настолько, насколько мы можем оценивать новые различия и отбрасывать их прежде, чем они достигнут нашего внимания. С другой стороны, мы не хотим получать новости все время. Так что мы предлагаем в этой модели поместить стабильность в структуру модели, а энтропию в ее содержание – в частности, в новые различия.