Читать онлайн «Невротические стили». Страница 40

Но как же более конкретно определить связь между врожденными психологическими системами и происхождением психологического стиля? Огромное расстояние отделяет врожденные, неразвитые психологические системы младенца, находящегося во власти внутренних напряжений, от обобщенных, относительно стабильных систем деятельности, которые можно назвать стилем. Однако я попытаюсь показать, что если скомбинировать элементы этой картины по-другому, можно яснее увидеть связь между врожденными системами и методом деятельности и понять, что, врожденные системы создают более прочную основу для развития индивидуального стиля, чем может показаться на первый взгляд.

Во-первых, нельзя считать, что врожденные психологические системы состоят лишь из нескольких частей: напряжения и сенсорных порогов, когнитивного аппарата и т.п. Мы еще не в состоянии составить адекватный каталог этих систем, но это не значит, что мы не можем понять их значимость. Фактически, если на секунду забыть об инстинктивных влечениях, именно эти системы составляют человеческую сущность новорожденного ребенка.

Однако неверно считать, что различные элементы этой системы изолированы и не пересекаются. Например, готовность младенца сосать, готовность отреагировать на определенный объект и быстрое развитие ожидания по отношению к объекту свидетельствует об организованной взаимосвязи памяти, аппарата восприятия, паттернов активности и т.д. Иными словами, мы можем сказать, что эти системы включают в себя относительно сложную врожденную конфигурацию. Таким образом, полученная картина далека от нескольких элементов, рассеянных по инстинктивному напряжению. Трудно представить себе, что любое биологическое напряжение может психологически проявиться без посредничества того или иного аспекта этой конфигурации, даже если это посредничество изначально примитивно и неспецифично. Тем самым я хочу сказать, что конфигурация врожденных психологических систем организует и придает форму влечениям, внешним стимулам и, в общем, всем психологическим напряжениям. Если говорить точнее, врожденный аппарат с самого начала организует и придает форму субъективному восприятию внутренних напряжений и внешних стимулов.

Таким образом, ощущение голода, желания сосать, температуры, света, соска, улыбки - все это отражает биологические напряжения или внешние раздражители, которые обрели форму в субъективном восприятии благодаря врожденным психологическим системам младенца, системам внешних и телесных ощущений, напряжения, порога чувствительности и т.п. Из-за индивидуальных различий в этих системах возникают различия в восприятии напряжений и раздражителей. Дальнейшие различия, например способность к ожиданию и пониманию, без которой невозможно узнавание объекта, также включаются в процесс субъективной организации напряжения, и благодаря этому, в одном случае, напряжения воспринимаются в более конкретной форме, а в другом - в более размытой. И так далее.

Поняв, что существуют врожденные организационные и формирующие конфигурации психологических систем (думаю, все эти системы в целом можно назвать "врожденной организационной конфигурацией"), мы уже не можем считать, что младенец является беспомощной жертвой собственных инстинктивных влечений. Поскольку у него есть способности к организации напряжений, он не является просто пассивным исполнителем и его поведение не зависит целиком и полностью от биологических влечений и внешних раздражителей. Можно сказать, что младенец существует психологически, и его психология создает автономный фактор, влияющий на его поведение. Я также считаю, что в определенном смысле можно говорить о зарождении психологического стиля, психологической деятельности, которая является не только результатом влечений и раздражителей, но и результатом ментального организационного процесса личности.

Разумеется, на модификацию, развитие и дифференциацию "врожденной организационной конфигурации" непосредственно влияет внешний мир. Существование такой конфигурации подразумевает не только текущую деятельность личности, но и ее дальнейшее развитие. Если организация внутренних напряжений и внешних раздражителей существует изначально, тогда все, что успешно влияет на разви

тие (включая и внешние и внутренние влияния), организуется в соответствии с формами деятельности, формами субъективного восприятия, познания и т.п., которые в данный момент преобладают. Другими словами, развитие всегда происходит через существующие формы, а сами эти формы трансформируются изнутри, не получая стимулов для изменения извне.

С этой точки зрения, возможно, легче понять общие формы деятельности, поскольку каждое новое развивающее влияние попадает под власть существующей организации. Вместе с тем становится ясно, что определенные развивающие влияния "включаются" в стиль, тогда как другие, какими бы мощными они ни были с объективной точки зрения, не "включаются", поскольку несовместимы с существующими формами деятельности или им не за что там зацепиться. Если не придерживаться этой точки зрения, - а считать, например, что изменение или развитие может произойти просто под влиянием мощных внешних событий или объединения целых областей внешней реальности, - тогда очень трудно понять само существование стилей или формального соответствия в деятельности.

Прежде чем закончить с врожденными психологическими системами, я хотел бы добавить несколько слов по поводу того, до какой степени эти системы определяют взрослые стили. Поясню, что имеется в виду. Важное место, которое занимают в происхождении психологического стиля врожденные психологические системы, вовсе не означает, что врожденные факторы имеют такое же значение для полностью развитого и высокодифференцированного взрослого стиля. Наоборот, такие врожденные факторы могут отвечать лишь за форму общих, не высокодифференцированных и не специфических склонностей. Как правило, чем более специфична черта стиля, тем меньше ответственности несут за нее врожденные факторы. Однако может быть вполне вероятно, что общие тенденции стиля определяют врожденные факторы.

Интересным (хотя и не безупречным) примером этого является половое соотношение в различных невротических состояниях. Подавляющее большинство истерических пациентов - женщины, а среди обсессивно-компульсивных

пациентов больше мужчин. Такое соотношение биологической половой принадлежности нельзя понять ни с точки зрения динамического или симптоматического содержания, ни даже с точки зрения специфических защитных механизмов, характеризующих невротические состояния. С формальной же точки зрения легко увидеть, что, конечно же, нет специфических врожденных факторов, отвечающих за возникновение невроза, но есть врожденные половые различия в общих тенденциях стиля, что отражается и на форме невроза, если он появляется. Под половыми различиями в тенденциях стиля я имею в виду общую модель активности, определенные черты когнитивного аппарата и тому подобное.

Вопрос не в том, влияют ли инстинктивные влечения на развитие психологического стиля, а в том, каким образом и насколько сильно влияют. Когда появляются новые влечения с новыми потребностями и мотивацией, новым потенциалом субъективного восприятия, новыми объектами интереса и моделями активности62, они неизбежно сталкиваются с существующей конфигурацией ментальных организующих форм. Но каков результат этого столкновения?

Наиболее простой вариант: каждая фаза инстинктивного развития переформирует деятельность мышления в соответствии с собственной моделью. Но эта концепция не выдерживает критики. Во-первых, просто отсутствуют факты, подтверждающие, что когнитивные модели, общие формы субъективного восприятия и т.п. подвержены таким радикальным изменениям. Наоборот, мы видим, что они относительно стабильны и меняются медленно. Во-вторых, эта концепция не учитывает, что организующая конфигурация существовала прежде любой новой развивающей силы. Какие бы качества, присущие напряженной потребности, ни пытались направить модифицирующую силу, например на общую модель аффективного восприятия, эта модель сама, в первую очередь, будет влиять на аффективное качество напряженной потребности. В определенной степени это похоже на то, как люди учатся в соответствии со своими предыдущими представлениями; я не хочу сказать, что эти представления неизменны, но они безусловно порождают человеческую консервативность. В любом случае, столкновение новой напряженной потребности с существующей конфигурацией организующих форм включает в себя их комплексное взаимодействие.