Читать онлайн «Популярная психологическая энциклопедия». Страница 125

В работе «Фрагмент анализа истерии (история болезни Доры)» Фрейд выдвинул следующие важные положения: при аналитической терапии «перенос является чем-то, появляющимся неизбежно»; перенос используется пациентами для построения препятствий, делающих недоступным материал, получаемый в курсе лечения; «психоаналитическое лечение не создает переноса, оно лишь открывает его, как и все остальное, скрытое в душевной жизни»; психоанализ не навязывает больным посредством переноса никаких новых усилий, которых бы они не осуществляли обычно; с переносом необходимо так же бороться, как и с прежними симптомами; в других видах терапии пациенты спонтанно воскрешают нежные и дружеские переносы, в то время как в психоанализе пробуждаются и враждебные чувства; «перенос, который рассматривался ранее в качестве наибольшего препятствия для психоаналитического лечения, становится и его самым мощным вспомогательным средством, если всякий раз его удается разгадать и перевести больному».

Й. Брейер

К этой проблеме Фрейд неоднократно возвращался во многих своих работах. В частности, в работе «О психоанализе» (в которой представлены пять лекций, прочитанные в 1909 г. в Университете Кларка) им высказана мысль о том, что «перенесение наступает при всех человеческих отношениях, так же как и в отношениях больного к врачу, самопроизвольно», оно является «истинным носителем терапевтического влияния» и психоанализ овладевает им, чтобы направить психические процессы к желательной цели.

Высказанные Фрейдом идеи и соображения о переносе нашли живой отклик и развитие в исследованиях многих аналитиков и по сей день выступают предметом оживленной дискуссии. Характерно, что многие практические психологи, даже не тяготеющие к психоаналитической ориентации, готовы признать существование такого явления, как перенос, в практике психотерапевтической, консультационной и тренинговой работы. Этот момент представляется особенно важным в трактовке переживаний тех людей, с которыми работает психолог. Вероятно, феномен переноса не следует абсолютизировать, однако в ряде случаев знание данного механизма позволяет адекватно оценить некоторые спонтанно возникающие эмоциональные реакции и соответственно корректировать процесс практической работы.

Совершенно иное явление, также определяемое как перенос, изучается в рамках психологии научения. Исследователи обратили внимание, что действия – как внешние, материальные, так и выполняемые во внутреннем плане, то есть умственные, – будучи освоены и отработаны на одном материале, впоследствии успешно переносятся (в буквальном смысле) на оперирование другим материалом, более или менее схожим. После того как человек приложил некоторые усилия, чтобы освоить определенное действие, ему требуются уже меньшие усилия для освоения другого действия, причем тем меньшие, чем ближе друг к другу эти действия по своей структуре. Механизм переноса заключается в выделении (необязательно осознанном) общих моментов в структуре освоенного и осваиваемого действия. Чем отчетливее выделяются эти сходные моменты, тем легче и шире перенос.

Этот вопрос был детально разработан в теории поэтапного формирования умственных действий и понятий, сформулированной П.Я.Гальпериным. Согласно его представлениям, мера переноса зависит от полноты ориентировки субъекта на критерии и основания выполнения действия. Перенос незначителен в случае ориентировки не на существенные, основополагающие отношения, а на внешние, ситуативные. Переносу могут подвергаться любые компоненты действия, а также той ситуации, в которой происходит освоение или применение этого действия.

В сфере психологии образования, наверное, именно в этом значении перенос представляется чрезвычайно важным явлением, поскольку очевидно, что эффективность обучения напрямую связана с возможностями переноса усваиваемых умений и навыков на широкий круг научных и житейских проблем.

ПЕРСЕВЕРАЦИЯ (от лат. perseveratio – упорство) – навязчивое повторное воспроизведение какого-либо ощущения, действия, мысли или переживания. Термин предложен в 1894 г. А.Нейсером, хотя на обозначаемые им явления указывал еще Аристотель.

Явления персеверации иногда возникают в рамках нормальной психики, например при переутомлении. У маленьких детей вследствие инертности нервных процессов (сохранения возбуждения после прекращения действия раздражителя) отдельные проявления персеверации также не выступают симптомами патологии (ребенок часто требует многократного повторения понравившегося действия и т. п.). Персеверация, однако, может выступать одним из проявлений речевых, двигательных и эмоциональных расстройств, в частности при поражении головного мозга, а также при глубокой умственной отсталости (в виде однообразных движений и действий, повторения слов и т. п.).

ПЕРФЕКЦИОНИЗМ (англ. perfectionism; от perfect – совершенный, безупречный) – стремление к совершенству. В этом обобщенном значении термин издавна бытует в философии. Им принято обозначать широкий круг учений и идей, связанных с совершенствованием человека. Данную проблему не обошли вниманием многие великие мыслители, и в известном смысле к философам-перфекционистам можно отнести Г. Лейбница, А. Шефтсбери, Ж. Кондорсе, Э. Ренана, Х. Вольфа, И. Канта, которые считали совершенствование человека его нравственной целью и видели в нем смысл человеческой истории.

В психологии термин утвердился сравнительно недавно, причем в более узком значении. Под перфекционизмом психологи понимают обостренное стремление к совершенству, которое может относиться как к собственной личности (и в этом случае выливается в бесконечное культивирование всевозможных достоинств), так и к результатам любой деятельности. На уровне житейского здравого смысла нередко расценивается как ценное личностное качество, поскольку связано с постановкой позитивных, социально одобряемых целей. Перфекционизм нередко путают с сильной мотивацией достижения и упорством в стремлении к поставленным целям. Внешне это действительно похожие явления, но от здоровой мотивации достижения перфекционистские стремления отличаются маниакальным, навязчивым характером. По мнению многих психологов, перфекционизм представляет собой не столько достоинство, сколько серьезную личностную проблему, так как приводит к формированию заниженной самооценки, высокой тревожности и в целом негативно сказывается на мироощущении человека и результатах его деятельности. Не являясь расстройством или нарушением в буквальном смысле слова, перфекционизм в то же время выступает крайне негативным фактором, порождающим серьезные затруднения в жизни как взрослых, так детей и подростков.

Здоровая мотивация достижения связана с адекватной самооценкой и уровнем притязаний, то есть выражается в постановке целей, пускай и трудных, но в принципе, при условии немалых усилий, достижимых, соизмеримых с собственными способностями и возможностями. Вероятность неудачи трезво учитывается, но это не деморализует, а, наоборот, стимулирует, поощряет к поиску оптимального решения. Получение намеченного результата воспринимается с удовлетворением.

Для перфекциониста ситуация совсем иная. Его цели определяются с опорой не на собственные возможности и склонности, а на внешне заданные ориентиры – кем-то провозглашенные ценности, стандарты и эталоны. Очень часто эти цели заведомо недостижимы, стандарты нереалистично завышены. Тем самым человек невольно загоняет себя в западню – невыполнимость задачи обрекает его на неудачу, которой он постоянно неосознанно страшится. Хуже того, естественные и неизбежные промахи и затруднения, возникающие в реальной жизни при решении почти любой сколько-нибудь сложной задачи, деморализуют перфекциониста, заставляют его считать себя неудачником. И даже достигнутый результат, пускай и объективно весьма впечатляющий, не приносит ему удовлетворения, поскольку априорно не дотягивает до вожделенного идеала.

Психологи с опорой на многочисленные примеры отмечают, что перфекционистская ориентация начинает формироваться очень рано – как правило, еще в младшем школьном возрасте, а порой и того раньше. Решающими в ее возникновении выступают факторы семейного воспитания. Чаще перфекционистами становятся единственные дети, а когда детей в семье несколько, то тут наиболее уязвимы оказываются первенцы. Главным провоцирующим фактором становится авторитарный стиль воспитания, сочетающий в себе высокие требования, жесткий дисциплинарный режим и недостаточную эмоциональную поддержку и участие. В таких условиях на ребенка возлагаются большие надежды – ему надлежит оправдать родительские надежды, приумножить родительские достижения и избежать их промахов. Ребенок очень рано начинает понимать: любовь родителей ему необходимо заслужить своим безупречным поведением, безукоризненным выполнением их требований и высокими успехами в любой одобряемой ими деятельности. То есть доброе отношение родителей обусловлено успехами ребенка. С поступлением в школу эти успехи четко формализуются в виде отметок. И только статус круглого отличника, первого ученика в классе, победителя всевозможных конкурсов и олимпиад, а впоследствии и золотого медалиста позволяет ребенку ощутить свою значимость, почувствовать столь необходимое ему одобрение и участие со стороны близких. Естественные затруднения в достижении этого статуса фрустрируют ребенка, порождают постоянный стресс. Неудачи переживаются крайне болезненно, вплоть до суицидальных попыток. Подростковые психиатры отмечают: такие попытки на удивление нередки среди «благополучных» мальчиков и девочек, для которых смысл их жизни воплощен в пятерке, а тройка соответственно лишает жизнь всякого смысла.