Читать онлайн «Популярная психологическая энциклопедия». Страница 117

Личность нельзя изучать вне социального контекста, вне ее общественной среды – таков был их справедливый вывод. Кули ввел в социальную психологию термин «первичная группа», положив начало широкому спектру исследований внутригрупповых и межгрупповых отношений.

Начиная с 20-х гг. социальная психология, в частности – психология общения, становится одним из ведущих направлений в развитии психологической науки в США, Англии, Германии, Франции и Японии. Широкий размах прикладных исследований в этой области поддерживался крупнейшими промышленными корпорациями и военными ведомствами, заинтересованными в практическом использовании социально-психологических закономерностей.

В.Мёде и Ф.Оллпорт (брат более известного у нас Г.Оллпорта) положили начало исследованиям по выявлению влияния (положительного или отрицательного), которое оказывают первичные группы на своих членов в процессе выполнения какой-то деятельности. При этом интерес привлекали случаи позитивного или негативного отношения индивида к группе. Выяснилось, что общий эффект деятельности групп находится в прямой зависимости от того, «рядом» или «вместе» действовали люди, выполняя определенные задания. Было обнаружено, что даже присутствие наблюдателей из числа авторитетных для группы лиц создавало групповую атмосферу, которая приводила к повышению производительности всей группы и отдельных ее членов (эффект фасилитации). В.Мёде приводит примеры, когда под влиянием первичной группы и авторитетных лиц пороги чувствительности к току снижались у отдельных индивидов на величину от 21 до 57 %.

Значительный интерес во всем мире вызвали работы, в которых было исследовано, в какой мере межличностные взаимоотношения влияют на повышение производительности труда, сказываются на отношении к труду, отражаются на трудовой дисциплине. В ходе так называемых Хоторнских экспериментов (по названию городка Хоторн, где опыты проводились) Э.Мэйо сделал выводы, которые и легли в основу последующих работ по исследованию роли психологических факторов в современном производстве. Было выявлено, что производительность труда каждого рабочего зависит от его самочувствия в группах и соответствует чаще всего не столько возможностям рабочего, сколько системе ценностных ориентаций, норм, установок, в них сложившихся, зависит не только от оплаты и условий труда, но и от характера возникших и упрочившихся неформальных отношений. Неформальная структура способна тормозить или, наоборот, обеспечивать процессы управления на уровне малых групп (подробнее см. Хоторнский эксперимент).

Вторая мировая война активизировала исследования межличностного взаимодействия. Сплоченность и боеспособность групп, устойчивость их структуры при действии сил, направленных на разрыв внутригрупповых связей, эффективность деятельности групп в зависимости от типа или стиля руководства – все это выступило в качестве предмета экспериментального изучения, активно поощрявшегося заинтересованными официальными структурами. Группы (формальные и неформальные, первичные и вторичные, референтные и пр.) стали объектом пристального внимания. Для их характеристики все чаще стал использоваться термин «малая группа». Впоследствии изучение малых групп стало ведущим направлением в социальной психологии.

Соответствующий раздел социальной психологии получил название групповой динамики. Один из крупнейших социальных психологов США Л.Фестингер отмечал, что групповая динамика возникла как ответ на вопрос, почему одни группы имеют влияние на своих членов, а другие нет. Чтобы объяснить это различие, которое может иметь широкое практическое значение, нужно было найти такие закономерности группового развития, которые не только объяснили бы этот феномен, но и позволили предсказывать способность группы влиять на своих членов в области их установок и поведения.

Одним из основателей этого направления выступил К.Левин, которого в Европе по традиции считают гештальтистски ориентированным исследователем личности и познавательных процессов, а в США – чуть ли не основателем американской социальной психологии и групповой психотерапии (и та и другая оценки, надо признать, справедливы – применительно к европейскому, потом к американскому периоду научной деятельности Левина). Развивая идеи Зиммеля, Кули, Ф.Оллпорта и др., представители групповой динамики выдвинули ряд новых идей и собрали богатый эмпирический материал.

На общее развитие групповой динамики как особой области социальной психологии США оказали влияние не только теория поля К.Левина, но и ряд других концепций, связанных с именами Я.Морено, Л.Фестингера и др.

Однако интеракция (взаимодействие) – лишь один из аспектов общения, традиционно разрабатываемых в социальной психологии. С начала 60-х не менее пристальное внимание уделяется и другому аспекту – так называемой социальной перцепции, или межличностному восприятию. Основные представители этого направления исследований – М.Аргайл, А.Меграбян, Э.Холл, Р.Бёрдуистл, чьи работы, на удивление, почти не представлены в переводе на русский язык. Впрочем, отечественному читателю их открытия известны по пересказам – прежде всего в книге А.А.Бодалева «Восприятие и понимание человека человеком», а также во множестве популярных книг, посвященных проблемам возникновения взаимной симпатии и привязанности, толкования невербальных компонентов коммуникации и т. п. А собственно коммуникация, т. е. обмен информацией (как речевой, так и внеречевой, невербальной), составляет предмет еще одного направления исследований общения.

Таким образом, в разных исследованиях акцентируется тот или иной аспект человеческого общения – перцептивный, коммуникативный или интерактивный. Нельзя не признать, что каждый по-своему важен. Однако еще четверть века назад Г.М.Андреевой было высказано справедливое замечание, что расчленение общения на эти три сферы, а тем более акцентирование лишь какой-то одной из них вряд ли оправданно, поскольку общение практически выступает как совокупность этих компонентов. В настоящее время многие психологи, изучающие общение, придерживаются именно такого подхода.

Совсем иное направление исследований общения рассматривает этот феномен как важнейший фактор психического и социального развития человека. Общепризнано, что только в контакте со взрослыми людьми возможны усвоение детьми общественно-исторического опыта человечества и реализация ими прирожденной возможности стать представителями человеческого рода.

Одним из первых начал разработку проблем генезиса общения известный английский психолог Дж. Боулби. Сразу же после Второй мировой войны вышли его труды, привлекшие пристальное внимание общественности (по прошествии почти полувека и российские читатели получили наконец возможность ознакомиться с одной из его работ). Боулби, как и близкие к нему по своим позициям Рене Спитц и Анна Фрейд, подчеркивали первостепенное значение отношений с матерью для правильного психического развития маленького ребенка. Недостаток общения с нею, писали эти ученые, ставит под угрозу саму жизнь ребенка, препятствует его физическому и психическому развитию. Дефицит общения в раннем возрасте накладывает роковую печать на последующую судьбу личности, определяя формирование у нее агрессивности, антиобщественных наклонностей и душевной опустошенности.

Несколько позднее интерес к исследованию генезиса общения проявили психологи США. В рамках теории социального научения ими начиная с 50-х гг. выполнено множество работ, направленных на анализ контактов ребенка со взрослыми и с другими детьми на разных этапах детства. В целом большинство таких исследований в Америке выполнено в бихевиоральной парадигме: общение ребенка с матерью или со сверстниками получает в них истолкование как разновидность явлений, подчиняющихся закону «стимул – реакция».

В нашей стране долгие годы господствовало представление о человеке как «совокупности общественных отношений». Кстати, трактовка эта хоть и несколько односторонняя, но вовсе не вздорная, хотя и принадлежит вышедшим из моды классикам. С нею вполне согласовывалась основная линия исследований общения, выполнявшихся в отечественной психологии в советский период ее развития.

Так, согласно взглядам Л.С.Выготского, все высшие психические функции человека первоначально формируются как внешние, то есть такие, в реализации которых участвуют не один, а минимум два субъекта. И лишь постепенно посредством интериоризации они становятся внутренними. Разработка взглядов Выготского его последователями (А.В.Запорожец, Д.Б.Эльконин и др.) привела к созданию концепции детского развития как присвоения ребенком общественно-исторического опыта в процессе взаимодействия с его носителями – взрослыми.