Читать онлайн «Варяжский круг». Страница 82

Тогда Комнины подступили к Константинополю. И, увидев его неприступные стены, оценили их уже не как жители полиса, а как осаждающая сторона, и не решились брать город приступом. Алексей по своему обыкновению задумал хитрость. Он подослал к Харисийским воротам одного надежного человека, ум которого был сметлив, а язык очень разговорчив. Харисийские же ворота в тот день охранял отряд наемных немцев. И подосланный Комниным человек оказался достойным многих милостей от будущего императора, потому что за короткое время сумел договориться с военачальником немцев по имени Гилпракт, который обещал хоть сейчас же открыть мятежникам ворота. И немцы сделали это за оговоренную мзду.

На следующий день, когда ворота по условному знаку были раскрыты, войска мятежников, ломая строй и не подчиняясь какому бы то ни было воинскому порядку, с криками и ужасающим воем хлынули в замерший перепуганный город и, едва войдя в него, занялись грабежами. Мятежники вламывались в дома и дворцы и выбрасывали из них богатства. В церквях они обдирали золото со стен и иконостасов, срывали с книг и икон дорогие оклады. Прямо на мостовой Месы в общем хаосе и столпотворении насиловали женщин, а в монастырях то же делали с монашками, и опаивали их церковным вином, и заставляли их, полуголых, исполнять вокруг алтарей дикие и безобразные языческие пляски. Мятежникам были запрещены только убийства, все остальное им позволялось в течение дня. И много зла они сотворили, и, несмотря на запрет, во многих местах грабежи и насилие заканчивались кровопролитием.

Империя в начале правления Алексея I Комнина едва ли представляла четвертую часть от той, какою она была всего столетие назад. После поражения византийских войск во главе с Романом Диогеном при Манцикерте турки-сельджуки заняли почти всю Малую Азию и теперь часто делали вылазки чуть ли не к самым стенам полиса. Норманны, вытеснив византийцев с Апеннин, ступили на Балканы. Они захватили город Диррахий, разграбили земли Македонии и Фессалии и рвались к Константинополю. Печенеги в союзе с половцами участили свои вторжения в северные провинции. И если раньше после каждого набега кочевники уходили прочь, то теперь, почуяв слабость Византии, они оставались зимовать на ее территории – печенеги ставили свои арбы кольцом, иногда окапывали это кольцо рвом и жили в своей временной крепости до весны, и при необходимости с успехом отражали вялые атаки имперских наемных отрядов.

Поистине в несчастливое время правил Алексей, поход собирал за походом и столько не сидел на троне, сколько сидел в седле. Годы правления обернулись для него и для Византии годами смертельной изнуряющей борьбы. И это не прошло бесследно. Щедро одаряя своих соратников, деля с ними их невзгоды, Алексей Комнин приобрел добрую славу. Постепенно он окружал себя надежными людьми – в основном родственниками, а также приблизил к себе некоторых преданных людей из простонародья. Император, объездив свою империю вдоль и поперек, знал, где находится ее дремлющая сила, и сумел эту силу привлечь на свою сторону. С помощью различных привилегий и пожалований в виде экскуссий, арифмосов и проний Алексей Комнин заручился поддержкой провинциальной знати и тем самым не только усилил свои войска, но и покончил с обескровливающей страну междуусобицей. В отличие от прежних императоров Алексею удалось подчинить светской власти патриарший престол, и теперь он сам решал, кому на том престоле сидеть и что говорить, и сам судил богословские споры, указывал – это истина, а это ложь.

Где хитростью и интригами, где открытым боем, а где и в союзе с Венецией Алексей Комнин все же сломил хребет норманнам и выдворил их с Балкан. Империя славословила императору! Также нелегко далась Алексею победа над печенегами. Много христианской крови пролили варвары, и не раз разгоняли они византийское ополчение и даже подошли однажды близко к Константинополю. Но Бог вспомнил о своих грешных детях и сжалился над ними, и оружием их так поразил варваров, что те уже не смогли оправиться от поражения и рассеялись по стране, приняв кроткий облик. В который уже раз Империя славословила императору!..

Года через четыре после этого на Клермонском соборе папа Урбан II призвал всех добрых христиан в поход на освобождение гроба Господня. И тогда собрались добрые христиане со всего латинского мира и двинулись на восток. Первой волной хлынули религиозные фанатики, малоимущие крестьяне и всякий разбойный сброд – полуголодные, плохо одетые, кое-как вооруженные, жаждущие ценой крови неверных обрести радость и богатство. Многие вели за собой жен и детей. Путь крестоносцев пролегал через Константинополь в Малую Азию и оттуда – в Палестину на Иерусалим. Но едва ли половина этой неорганизованной толпы добралась до стен Константинополя – голод, болезни, частые стычки с местным населением сделали свое дело, крестоносное войско таяло, как комок воска на огне. Латиняне спешили взять, словно забыли о том, что нужно еще завоевать. Они не думали о турках, которые встанут у них на пути, они думали об обещанных им папой радостях и богатствах. И просили византийского императора побыстрее переправить их через пролив. Алексей Комнин не стал задерживать крестоносцев на своем берегу, потому что в окрестностях полиса уже начались грабежи и насилия. А переправляя латинян на малоазийскую сторону, император предупредил их о немалой силе турок и об умении их драться, также он предложил латинянам при встрече с турками соблюдать определенный строй и напомнил о коварстве турок. Но крестоносцы слишком спешили к легкой добыче, чтобы слушать наставления властителя греков. И скоро, очень скоро хитрые и доблестные турки наголову разгромили ополчение христиан. Турки собрали всех изрубленных и заколотых латинян в одно место и соорудили из них гору. Эта гора оказалась так высока, что, может быть, ее видели даже из Константинополя. Лишь тысяче христиан удалось избежать смерти в той постыдной для них бойне.

Вслед за первым крестоносным ополчением двинулось второе, хорошо снаряженное ополчение феодалов-рыцарей. На одеждах их были нашиты большие кресты, а сами рыцари были закованы в железо с ног до головы. Этих рыцарей мало занимал гроб Господень. Под предлогом его освобождения они втайне мечтали захватить и разграбить царственный город, а герцоги латинян, помня о слабости Империи, всерьез примерялись к византийскому престолу. И если бы им удалось сесть в Константинополе, то ни в какой Иерусалим их было бы не сманить… Крестоносцы-рыцари двигались к Византии тремя потоками, и повсюду на своем пути они грабили встречающиеся им селения, устраивали поджоги и еврейские погромы. Далеко впереди рыцарей катилась их слава – слава разнузданных, развращенных и жадных «освободителей».