Читать онлайн «ЗАКОНЫ ПРЕСТУПНОГО МИРА МОЛОДЕЖИ». Страница 18

Это де значит, что в криминальных группах несовершеннолетних и молодежи все являются знатоками уголовного права. Встречаются подростки и молодежь с выраженным социально-правовым инфантилизмом, безразлично относящиеся не только к нормам права, но и нормам морали, не знающие и не умеющие соблюдать социально-правовых запретов. В силу социальной безответственности они не мучаются угрызениями совести за совершенные преступления, не чувствуют своей вины. Социальный инфантилизм — благоприятная почва для подготовки из "низов" лиц, берущих на себя ответственность и выгораживающих вожаков преступных групп.

Следующий дефект индивидуального и группового правосознания несовершеннолетних и молодежи — отсутствие правовой культуры. Бывает так, что подросток или молодой человек согласен с требованиями правовых норм, убежден в необходимости их соблюдения, но нарушает их из-за отсутствия правовой культуры, привычек к законопослушному поведению. Отсутствие правовой культуры проявляется сначала в административных правонарушениях, а затем в уголовно наказуемых деяниях. Отсутствием правовой культуры у подростков и молодежи пользуются главари преступных групп, удерживая их в составе преступных шаек и банд. Обычно здесь используются методы шантажа, запугивания, "замазывания" (компрометации) ребят, угрозы выдать их милиции, если они попытаются выйти из преступного сообщества, требованием "откупиться" деньгами или имуществом. Отсутствие правовой культуры у запуганных подростков выражается в том, что они не знают и не умеют найти необходимую защиту и помощь. Так зачастую поступают не только подростки, но и взрослые люди, например, коммерсанты, банкиры, не заявляющие об угрозах и преследованиях их рэкетирами, боясь ответственности за не всегда правильные отношения с законом.

Однако наибольшее влияние на групповое правосознание несовершеннолетних и молодежи в преступных сообществах оказывает социально-правовой нигилизм (негативизм), выражающийся в искаженном понимании правовых норм, законов, несогласии с ними, неверной оценке моральных и правовых запретов. Социально-правовой нигилизм проявляется в активном аморальном поведении, нарушении правовых запретов. Возникает он вследствие несовпадения требований общества с групповыми и личностными интересами криминальных сообществ. Чаще всего это результат неправильной оценки соотношения личного (группового) и общественного. При социально-правовом негативизме человек склонен к самооправданию ссылками на окружающих, на их неправильное поведение.

Жажда самоутверждения в ближайшем окружении вызывает у подростков и молодежи стремление во что бы то ни стало доказать свое превосходство над окружающими любыми способами, в том числе и противоправными. Ясно, что в группах нигилистов складывается микроклимат, настраивающий их на противоправное поведение.

Самым глубоким дефектом индивидуального и группового правосознания в криминальной среде является социально-правовой цинизм. Он проявляется в отрицании значимости любых запретов, склонности к анархии, активной безнравственной и противоправной позиции. Такие люди считают, что они сами себе законодатели. Им не нужно ни перед кем оправдываться в своем поведении, поскольку оно для них единственное приемлемое.

Таким образом, в преступной среде складывается особое групповое правосознание как элемент ее криминальной субкультуры. Дефекты правового сознания чаще усугубляются дефектами группового нравственного сознания, заключающимися в наличии антиобщественных взглядов, принципов, привычек.

В последнее время наметились определенные тенденции в этических воззрениях криминальных групп несовершеннолетних и молодежи.

1. Часть преступных сообществ переходит к деятельности на грани закона, чтобы не дать правоохранительным органам возможности подвергнуть их преследованиям. Они полагают, что ни к чему, например, заниматься открытым рэкетом, захватывать заложников, требуя выкупа и подвергая себя опасности. Ведь можно поступить по-другому: договориться с коммерсантами о том, что группа берет их магазин под защиту, а те обязаны одного ее члена группы включить в свой состав. Тот будет только числиться в "комке" и получать зарплату. Убедить коммерсантов в том, что лучше платить дань и быть защищенным, чем подвергнуться нападениям "диких" рэкетиров", нетрудно.

2. "Сдача" определенных "точек", "квадратов" и "маршрутов" другим преступникам (фарцовщикам, христарадникам, наперсточникам, спекулянтам, проституткам и т.п.), которые должны платить за это дань определенной преступной группе.

3. Возврат к классическим "воровским" моральным нормам и ценностям, в основе которых лежит паразитизм, эксплуатация преступной среды, господство в ней.

4. Все большее ожесточение ряда преступных сообществ, попрание ими всех существующих не только в обществе, но и в преступной среде, этических воззрений, установок, ценностей. Здесь прежде всего обесценивается чужая человеческая жизнь, оправдывается захват заложников, насилие. Пытка жертв преступных посягательств становится этической нормой данных группировок, характеризующих их облик.

В целом в этических воззрениях криминальных групп много условностей. например, клятв, проклятий, иерархии и т.п. Они обеспечивают Целостность и сплоченность преступных групп, жестко регулируют поведение их членов, взаимоотношения со "своими" и "чужими".

В криминальной субкультуре сложились свои эстетические вкусы, приоритеты, ценности. Прежде всего это касается понятия "красивая жизнь", составными элементами которой считается посещение престижных Ресторанов, наличие "своих" девочек, секс и порнография, модная одежда, музыка, наличие автомашины (“тачки"), нанесение определенного типа татуировок, владение жаргоном и т.п.

Однако в области криминальной эстетики налицо многообразие тенденций. Эстетические приоритеты традиционных "воров в законе" коренным образом отличаются от эстетических вкусов спонтанных групп преступников. Отдельно надо вести речь о тюремной эстетике. В молодежной преступной среде, как и в среде законопослушных подростков и юношей, действуют законы моды на образ жизни, проведение досуга, одежду и обувь, музыку и спорт и т.п. Мода действует и в местах социальной изоляции. К сожалению, эстетические приоритеты и ценности молодежного преступного мира с 20-х годов глубоко не изучались.

Все идеологические, правовые, этические и эстетические элементы криминальной субкультуры выступают в единстве и взаимосвязи. Например, татуировки и жаргон выступают обязательно как этическая, эстетическая и идеологическая ценность, "общий котел" — как экономическая база преступных групп и т.п. Но все же их можно классифицировать:

1. Поведенческие атрибуты, к которым мы относим "законы", правила и традиции "другой жизни", клятвы и проклятия. Все они выступают в качестве регуляторов поступков и поведения подростков и молодежи.

2. Стратификационно-стигмативные элементы, позволяющие "верхам" разделить несовершеннолетних и молодежь на иерархические группы, в соответствии с занимаемым ими положение, "пометить" (заклеймить) каждого из них. К этим элементам можно отнести "прописку" как способ стратификации несовершеннолетних и молодежи, клички, татуировки, привилегии для определенных лиц как способ их стигматизации;

3. Коммуникативные атрибуты (татуировки, клички, уголовный жаргон), выступающие как средство общения, межличностного и межгруппового взаимодействия;

4. Экономические атрибуты ("общий котел" и принципы материальной взаимопомощи), являющиеся материальной базой криминальных групп, их сплочения и дальнейшей криминализации;

5. Сексуально-эротические ценности — особое отношение к лицам противоположного пола, половые извращения, проституция, порнография, эротика, гомосексуализм;

6. Особое отношение к своему здоровью — от симуляции болезней, самоповреждений как способа достижения определенных выгод до занятий спортом, "накачкой" мышц, строгого соблюдения режима жизни и питания;

7. Алкоголизм, употребление наркотических и токсических веществ как средство "сплочения" преступных сообществ, самоутверждения подростков и молодежи в ближайшем окружении.

Из сказанного можно сделать следующие выводы:

Во-первых, многие атрибуты криминальной субкультуры полифункциональны.

Так, например, татуировка одновременно является знаковой системой общения, средством стигматизации и украшения; клички — словесной системой общения, средством стигматизации и самоутверждения; гомосексуализм — как самостоятельная сексуальная ценность, как средство стратификации, наказания противника — понижения его статуса посредством мужеложства (у женщин это ведет к повышению статуса); самоповреждения как показатель мужественности, так и средство достижения личных моральных и материальных выгод, самоутверждения и т.п.