Читать онлайн «Любовь небесного цвета». Страница 63

Многие женщины, в свою очередь, симпатизируют геям: "Дружба с геями имела много положительных сторон для меня. Во-первых, можно было не тратить время на всяческие ухищрения, уловки и даже не строить глазки, пытаясь заставить мужчину влюбиться (что всегда приятно каждый женщине). Во-вторых, с геями можно беседовать на абсолютно любые темы, даже те, при упоминании которых я краснею в разговоре с моим парнем. Хотя восприятие у геев все-таки в большинстве случаев мужское, понимают они тебя лучше, чем многие мужчины (если, конечно, вообще хотят понять)... И, наконец, последнее преимущество. Имея друга-гея, вам никогда не придется выслушивать серьезные признания о том, что, оказывается, он давно в вас влюблен, но молчал об этом, дорожа вашей дружбой. Что нередко встречается, если девушка дружит с парнем-натуралом" (из газеты "Наш мир").

Впрочем, не будем преувеличивать. "Голубым", как и обычным мужчинам, все-таки легче обсуждать свои интимные проблемы с людьми собственного пола, а те из них, кто не уверен в себе и вынужден постоянно доказывать себе и другим свою проблематичную маскулинность, даже самоутверждаются за счет женщин, изображая их неполноценными и второсортными существами (классический пример этого - знаменитая книга Отто Вейнингера "Пол и характер"). Столь же агрессивны сексуально обездоленные женщины, разочарованные мужским невниманием к себе и воспринимающие геев как соперников.

Отношения между геями и лесбиянками большей частью дружественные, они нередко вступают в фиктивные браки, а в общественной и деловой жизни пассивные и мягкие геи иногда уступают руководящие места энергичным и властным "бучам". Однако это сотрудничество основано не столько на взаимной симпатии, сколько на наличии общих врагов.

Многие "голубые" мужчины состояли или состоят в гетеросексуальном браке. Зачем им это нужно? Некоторые в момент женитьбы еще не знали о своей "голубизне". Другие были романтически влюблены в будущую жену. Третьи, как Чайковский, надеялись с помощью женитьбы "вылечиться". Четвертые хотели приобрести прикрытие, избавиться от неприятных подозрений на свой счет. Пятые поступают по стереотипу - все женятся, значит и мне надо. Шестые уступают давлению родителей и других близких, которые не знали об особенности сына или недооценивали степень ее серьезности ("женится - и все образуется"). Для многих главным мотивом женитьбы является желание иметь детей.

Могут ли такие браки быть счастливыми? Это зависит от нескольких причин. Бисексуальные мужчины могут одинаково искренне (хоть и по-разному) любить своих жен и своих любовников-мужчин и поддерживать с ними вполне удовлетворительные сексуальные отношения. В этом случае все зависит от взаимной договоренности и согласия супругов на "открытые" отношения. При исключительной гомосексуальности это невозможно, надежды с помощью брака покончить с "нездоровым влечением" практически никогда не оправдываются. Человек со слабым либидо еще может отказаться от сексуальной самореализации, но у более темпераментных мужчин это не получается. Подавленная или скрываемая гомосексуальность становится психологически даже более значимой. Страдающей стороной при этом, как правило, бывает женщина. Если муж заранее предупредил ее о своих склонностях или если сексуальная сторона брака не имеет для нее большого значения, их союз может быть обоюдно приемлемым, но если муж скрыл свою гомосексуальность - трагедия неизбежна. =

ВЗГЛЯД В БУДУЩЕЕ

Все люди равны, но одни более

равны, чем другие.

Джордж Оруэлл

Люди больше всего на свете

любят на наклеить на другого

человека ярлык, который раз и

навсегда освобождает их от

необходимости думать

Сомерсет Моэм

Мы рассмотрели свойства однополой любви и ее носителей и обнаружили, что и те, и другие - очень разные. К этому выводу приводят практически все науки.

Биология показывает, что сложное взаимодействие генов, гормонов и нервных путей порождает множество разнообразных типов сексуальности, предрасполагающих индивидов к тем или иным сексуальным сценариям и формам поведения, которые в одних случаях представляются взаимоисключающими, а в других - взаимодополнительными.

История, антропология и социология показывают, что разные общества и культуры отличаются друг от друга не только количественно, по степени своей терпимости, но и качественно; они по-разному конструируют половые и сексуальные идентичности и регулируют связанные с ними чувства и отношения. При этом в любом сколько-нибудь сложном обществе существует не один, а несколько нормативных сценариев, что делает индивидуальные вариации сексуального поведения не только возможными, но и неизменными.

Психология показывает, что траектории индивидуального развития и их конкретные результаты также не являются единообразными. В зависимости от своей биологической индивидуальности и особенностей воспитания мальчики и девочки оказываются более или менее маскулинными или фемининными, и это оказывает влияние на выбор любимых занятий и товарищей по играм, а также на самосознание и сексуально-эротические предпочтения, которые постепенно кристаллизуются в относительно стабильную сексуальную ориентацию. Но любая сексуальная ориентация многомерна и имеет множество индивидуальных вариантов, будь то образ идеального сексуального партнера, эмоциональная окрашенность любовных чувств, предпочитаемая сексуальной техника или стиль жизни.

Ученые отказываются обсуждать вопрос о "правильной" и "неправильной" сексуальности, предоставляя людям право делать свой собственный выбор. Что они, кстати сказать, делали и раньше, что бы по этому поводу ни говорили священники, врачи и жрецы морали.

Однако эта проблема не столько научная, сколько политическая. Стигма и дискриминация в свое время загнали гомосексуалов в гетто. Освободительное движение геев и лесбиянок добивается признания их особой идентичности и гражданских прав. Эти задачи - я хочу подчеркнуть это максимально определенно и резко - до сих пор нигде в мире (и тем более в России!) не решены. Но что будет дальше, в исторической перспективе?

Демократический плюрализм не устраняет индивидуально-групповых различий, он даже способствует их умножению. Но как только эти различия перестают быть базой для социальной стратификации, привилегий для одних и невыгод для других, их значение постепенно уменьшается, как для большинства, так и для меньшинства.

Каждый из нас имеет множество социальных ролей и идентичностей, но наибольшее значение имеет та из них, в которой человек чувствует себя наиболее уязвимым и ранимым. По мере того, как люди начинают свободнее и терпимее относиться к собственной сексуальности, ослабевают и гонения на инаколюбящих.

Главное звено этого долгого и трудного процесса - не сочувствие (сочувствовать можно слабым, больным и угнетенным), а безразличие (мне все равно, с кем ты спишь и каким способом) и уважение к праву человека на индивидуальность и самореализацию.

Ненависть к гомосексуалам, как и другие подобные идеологические системы (антисемитизм, ксенофобия, расизм, сексизм), коренится не столько в индивидуальной, сколько в общественной психологии. Термин "гомофобия", как чаще всего называют этот социально-психологический феномен, неудачен вследствие своей "психиатричности". Он подразумевает, что иррациональный страх и ненависть к однополой любви и ее носителям коренятся, как любая фобия, в индивидуальной психопатологии - подавленных собственных сексуальных импульсах, общей враждебности и недоверии к окружающим людям, склонности реагировать на стрессовые ситуации преимущественно с помощью защитных механизмов и т.д. Хотя все эти процессы и "комплексы" безусловно реальны, они совсем не обязательны.

Чтобы ненавидеть геев или евреев, не обязательно быть невротиком или психотиком. Яростно-зоологический антисемитизм генерала Макашова, несомненно, имеет какие-то личные причины, но для солидаризировавшейся с ним КПРФ, которая продолжает в этом вопросе старую линию КПСС, это скорее идеология и циничный политический прием.

В специальной литературе слово "гомофобия" сейчас заменяется термином "гетеросексизм", который американский социальный психолог Грегори Херек определяет как идеологическую систему, которая отрицает, принижает и стигматизирует любые не-гетеросексуальные формы поведения, идентичности, отношения или общины. Более "мягкая" форма этого явления - гетероцентризм (по аналогии с европоцентризмом), который не отрицает альтернативных форм сексуальности, но считает их периферийными вариациями или девиациями подразумеваемой гетеросексуальной "нормы".

Уровень гетеросексизма в обществе зависит от целого ряда макросоциальных факторов. Причем по всем этим параметрам наша страна находится не в лучшем положении.