Читать онлайн «Черепахи до самого низа. Предпосылки личной гениальности». Страница 75

Конкретнее, у него была надежда провести тщательную проверку теории Ламарка. Экспериментальными животными были белые крысы породы Weistar, тщательно выведенные в лабораторных условиях в течение многих поколений. Их задачей было научиться убегать из специально сооруженного резервуара с водой, проплыв к одному из трапов, ведущих из воды наружу. Ложный трап был ярко освещен, настоящий — нет. Если крыса убегала по ложному трапу, она получала электрический шок. Оба трапа освещались поочередно, то один, то другой. Количество ошибок, сделанных крысой, прежде чем она научится убегать из резервуара по неосвещенному трапу, измеряло скорость обучения.

Джон: У них были очень умные и очень тупые крысы. Самым тупым пришлось пройти испытание около 330 раз, пока не поняли, что надо делать.

Экспериментатор по ходу дела пояснял, что однажды наступал момент, когда ему становилось ясно, что крыса обучилась и с этого времени ошибок не делает. В каждом поколении путем случайного отбора, до того, как определять скорость их обучения, выбирались те крысы, от которых должно было пойти следующее поколение, хотя спаривание происходило только после испытания. Такой порядок был принят, чтобы исключить любую сознательную или бессознательную ошибку в пользу быстро обучающихся крыс. Эксперимент продолжался 15 лет на протяжении 32 поколений. Как и гласила теория Ламарка, у крыс проявлялась четко обозначенная тенденция с каждым поколением обучаться быстрее. Об этом свидетельствует среднее количество ошибок, сделанных крысами в первых восьми поколениях — более 56, сравнительно с 41, 29 и 20, соответственно, во второй, третьей и четвертой группах по восемь поколений. Различие было очевидным не только в количественных результатах, но и в самом поведении крыс, которые с каждым поколением становились все осторожнее. Макдугал предугадывал возможность критики о том, что несмотря на произвольный отбор родителей в каждом поколении, каким-то образом могла вкрасться ошибка в пользу быстрее обучающихся крыс. Чтобы исключить эту возможность, он начал новый эксперимент с другой партией крыс, которые были действительно отобраны согласно их способностям обучаться. В одной группе в каждом поколении рождались только быстро обучающиеся крысы, в другой — только медленно обучающиеся. Как и ожидалось, потомство быстро обучающихся крыс, соответственно, обучалось быстрее, а потомство медленно обучающихся — сравнительно медленно.

Джон: Вот первая аномалия: тем не менее, даже в последней группе, состоящей из медленно обучающихся крыс, показатели последующих поколений очень заметно улучшались, несмотря на постоянный отбор медленно обучающихся. Один из критиков, Ф.А.И.Кру (F.A.E. Crew) из Эдинбурга, повторил эксперимент Макдугала с крысами из той же лабораторно выведенной породы, с аналогичной конструкции резервуаром. Он добавил параллельную линию нетренированных крыс, из которых отдельные особи в каждом поколении проверялись на скорость обучения, а остальные не проверялись и служили для воспроизводства следующего поколения, тем самым устраняя возможность какой-либо тренировки в отношении передачи приобретенных характеристик. На протяжении последующих 18 поколений этого эксперимента исследователь не обнаружил систематичных изменений в скорости обучения ни в обученной, ни в необученной линии. Однако средние показатели крыс у Кру с самого начала были такие же, как и у крыс Макдугала через более чем тридцать поколений тренировок на том же лабиринте.

Джон: Вы понимаете?

Выглядело так, отмечает комментатор, будто эксперимент не прерывался, хотя на самом деле были различия во времени, месте проведения и индивидуальных организмах, которые не имели другого объяснения, кроме обычного. К счастью, на этом история не закончилась. Такой эксперимент был проведен еще раз У.Э.Игаром (W. E. Aegar) и его коллегами в Мельбурне, с использованием методов, лишенных тех недостатков, которые были присущи методам Кру. В течение двадцати лет. терпеливые люди, правда?… они измеряли скорость обучения у тренированных и нетренированных линий на протяжении 50 последовательных поколений. Так же, как и Макдугал, они обнаружили четкую тенденцию у линии тренированных крыс — из поколения в поколение обучаться все быстрее.

И здесь проявился удивительный парадокс:

точно такая же тенденция была обнаружена у нетренированной линии. Р.Шелдрейк, «Биология: новая наука жизни» (R. Sheldrake, Biology: A New Science of Ltfe.)[10]

И это еще не конец истории.

Возвращаясь к нашему сегодняшнему упражнению, обзору основных взаимоотношений в вашей жизни, я бы хотел предложить, чтобы ваше второе внимание собрало состав персонажей, которые, по его мнению, составляют ваши основные связи. Мы объясним, как использовать эту информацию, когда возвратимся сюда через полтора часа от того времени, что сейчас на часах у Хосе.

Джуди: (читает из Бейтсона [11])

«Содержание меню, условия жизни, температура, развлечения, секс и тому подобное не являются тем, чего чем больше, тем лучше. Скорее для всех вещей и переживаний существует величина, составляющая оптимум. Сверх этого количества переменная становится отравой. Ниже этой величины — испытываешь лишения. Эта характеристика биологической ценности не имеет силы в отношении денег. Деньги — всегда транзитивная величина. Больше денег, по общему мнению, всегда лучше, чем меньше; например, 1001 доллар лучше, чем 1000. Но с биологическими ценностями дело обстоит по-другому. Больше кальция не всегда лучше, чем меньше кальция. Существует оптимальное количество кальция, в котором нуждается отдельно взятый организм. Выше этого содержания кальций становится ядом. Так же и кислород, которым мы дышим, и продукты или компоненты питания, и, возможно, все компоненты взаимоотношений…

Джон: «Возможно, все компоненты взаимоотношений»?

Джуди: Ага!

Достаток лучше излишества. Даже психотерапии может быть слишком много. Взаимоотношения без борьбы скучны, а с избытком борьбы — убийственны. Желательно иметь взаимоотношения с определенным оптимумом конфликта. Иногда так бывает даже с деньгами, не самими деньгами, а с их влиянием на людей, у кого они есть: мы видим, как деньги сверх определенного количества тоже становятся ядом. В любом случае, философия денег, набор пресуппозиций, согласно которым считается, что денег чем больше, тем лучше, полностью анти-биологичны. Однако кажется, что этой философии можно обучать живых существ.

Джон: Между прочим, я бы добавил: только живых существ с первым вниманием.

Джордж: Что это было?

Джон: Ряд слов, из которых можно извлечь смысл. Вы понимаете, что значит — этому можно научить только живых существ, обладающих первым вниманием? Джордж, я смотрю на вас. (Смех)

Джордж: Я думал, мы обменивались взглядами.

Джуди: И вы были правы.

Джон: Взаимоотношения.

Джуди: Все ли приготовили в течение обеда обзоры ваших основных взаимоотношений?

Джон: Надеюсь, вы собрали вместе всех своих важных знакомых. Это самое простое, в смысле используемых организационных принципов, упражнение. Я опишу их и предлагаю вам их расположить во втором внимании, пока мы с вами будем говорить об условиях правильной сформулированности этих конкретных инструкций. Я бы рекомендовал, в рамках эстетической схемы, которую мы пробуем создать, выбрать для себя некую метафору, обладающую теми видами эстетического равновесия и ценности, которые нравятся вам самим. Хочу подчеркнуть важность периодичности — циклическую природу — этих обзоров, этого процесса инвентаризации. Я помню, как абсолютно с полным на то основанием рассмеялся в лицо другу, когда тот с серьезным видом и неподдельной искренностью рассказывал мне, что у него в жизни все идет вверх тормашками, хотя всего полгода назад он навел образцовый порядок. Отсмеявшись, я сказал ему: «Ну и слава Богу». Именно этот динамизм системы указывает, что ты жив и еще не выдвинул свои фильтры до такой степени, когда потеря способности дифференциации мешает оценить вечно меняющийся набор взаимоотношений с другими людьми и окружающей средой.

Джон: Вот одна такая метафора: будто идете к краю скалы… стоите на краю… смотрите вдаль и видите, что там. После того, как некоторое время очень внимательно изучали окрестности, вы оборачиваетесь и замечаете, что сзади вас собралась группа людей, которых вы созвали. И вы идете к ним, берете по одному за руку и так идете вместе к краю скалы. Вы смотрите вдаль, держась за руки, плечом к плечу. То что, мы видим, представляет возможное будущее для нас обоих. Потом смотрим друг на друга. Может быть вербальный обмен. Если взять меня, то я предпочитаю обойтись без слов. Но потом я переключаю позиции восприятия, чтобы увидеть себя их глазами, увидеть то, что они видят своими глазами, когда смотрят на горизонт.