Читать онлайн «ГИПНОЗ. Скрытые глубины: История открытия и применения». Страница 106

Однако в этой истории имеется перегиб. Маловероятно, что кто-нибудь из американских военных, оклеветавших свою страну, прошел через промывание мозгов, так как им, очевидно, давались инструкции от вышестоящих начальников — в случае пленения сотрудничать с врагом, дабы снизить опасность для своей жизни. В том, что коммунисты преуспевали в обращении военнопленных, главным фактором являлась низкая мораль американцев, а не какие-то там специальные техники; и в любом случае единственные удачные обращения происходили только с неудачниками или теми, которые уже до того склонялись к коммунизму. Остальные же только на словах платили дань коммунизму. Военнопленные в Корее подвергались сильной идеологической обработке, но не было никаких особых методов Павлова, описанных как промывание мозгов. Командование США, должно быть, знало про все это, но в целях пропаганды позволило страху перед промыванием мозгов оставаться на своем месте, чтобы увековечить страх перед коммунизмом.

Страх промывания мозгов снова возобновился в мае 1960 года, когда Френсис Гари Пауэрс был сбит при выполнении шпионского полета над территорией Советского Союза, а впоследствии появился на телевидении, оправдываясь перед Советами за совершенную акцию своего правительства. Однако сам Пауэрс, который вернулся в Соединенные Штаты в 1962 году по обмену на коммунистического шпиона Рудольфа Абеля и позднее написал книгу о своих переживаниях, отрицал, что был подвергнут гипнозу или какой-нибудь технике перекодировки. Он сказал, что просто старался обезопасить себя.

Тем не менее промывание мозгов оставалось теоретической возможностью в головах деятелей ЦРУ и других американских агентств, и программа исследований продолжалась. Это была эра подсознательной рекламы и других попыток массового контролирования умов, когда психологи говорили о «человеческой инженерии» и совсем не читали книгу Олдоса Хаксли «О дивный новый мир» как сатиру, когда ведущий бихевиорист Б. Ф. Скиннер написал в 1948 году роман, в котором детей программировали быть счастливыми, когда рекламодатели составили себе такую механистическую картину человека, что были убеждены: достаточно им только уколоть наши нервы, и их продажи тотчас возрастут. Книга Вэнса Пэкарда, написанная главным образом об этом виде рекламы, со всей серьезностью, как если бы имелась реальная угроза, заключает: «Самое серьезное преступление, которое совершают манипуляторы, как мне кажется, состоит в том, что они пытаются посягнуть на неприкосновенность нашего ума. Это право на неприкосновенность… мы должны, как я думаю, отстаивать в борьбе».

Но промывание мозгов — это нечто экстремальное и крайне редкое, и термин этот не должен использоваться с такой легкостью, как это делает порой крикливая пресса. Его ни в коем случае нельзя применять к любому и каждому обращению, а также к каждому человеку, вступившему в какую-нибудь религиозную секту или новое религиозное движение. Промывание мозгов характеризуется полным изменением личности, которое, если его не форсировать, может быть только временным. Мы все подвергнуты идеологической обработке, но почти ни у кого из нас наши верования, воспоминания не ломались систематически с заменой их на альтернативный набор верований. Почти ни у кого из нас не подрывали способность сохранения контроля над нашими мыслями, чувствами и поступками.

Теоретически механизм промывания мозгов хорошо известен со времен знаменитых экспериментов Павлова над собаками. Мозг должен стимулироваться до тех пор, пока он не перестанет выдерживать оказываемый на него стресс, в этот момент включается защитное торможение. Это точка кризиса или срыва. После срыва поведение объекта (будь то кролика или человека) начинает отличаться от нормального поведения, которое можно ожидать от этого типа; прежние модели поведения могут быть подавлены; то, что было положительным условным рефлексом, может стать отрицательным, и наоборот Выражаясь проще, если вы подвергнете кого-то эмоциональному стрессу, он становится более податливым и начинает двигаться к критической точке. В религиозном контексте, если вы давите на эмоции человека, убеждая его, что он или она находится в состоянии греха и имеет такие-то и такие-то пороки, то уже одно это может повысить его внушаемость для восприятия следующей части вашего сообщения, что у вас, допустим, есть способы очистить его от греха, или вылечить пороки, или, по крайней мере, научить его, как это сделать.

Интересно, что кризис в случае внезапного обращения чем-то напоминает контузию человека ударной волной на войне: плач, потовыделение, дрожь или потрясение (тот феномен, который отличал первых квакеров), изменение характера, коллапс — все те симптомы, которые хорошо знакомы нам по евангелическим исцелениям. Игра на барабане, пение, наркотики тоже хорошо помогают, чтобы вызвать быстрый кризис; а присутствие других, массовая истерия — это великое благо для желающего обратиться. Британский психолог Вильям Сарджент в своей увлекательной книге «Борьба за умы» показывает, как эти техники намеренно применялись первыми христианскими проповедниками, а также современными евангелистами для религиозного обращения, а в политическом контексте для идеологической обработки. С внезапным обращением происходит, конечно, та неприятность, что оно так же внезапно может исчезнуть. Это тот момент, когда вам следует пригласить вашу новообращенную подругу на групповое собрание, где она может получить позитивную поддержку со стороны других членов группы, и ее следует поставить в центр всеобщего внимания, дабы возбудить у нее мысль, что она теперь находится в состоянии религиозной или политической милости, дать ей ощущение принадлежности, которого все мы жаждем.

Кто же становится мишенью? Теоретически, это — вы, если только вы не по-настоящему безумны и в таком качестве следуете за звуком совсем иного барабана. Чем «нормальнее» и порядочнее человек, тем лучшим кандидатом он становится для гипнотизма или промывания мозгов. Это звучит парадоксально, однако взгляните на дело с этой точки зрения. Мы измеряем нормальность как раз той мерой, в какой человек принимает нормы общества, — той мерой, в какой человек был обусловлен или впитал внешние внушения, навязанные ему родителями, школой, авторитетами. Другими словами, нормальные люди — это люди, поддающиеся внушению. Они — те, кто с большой вероятностью присоединяется к культу; и именно их сценический гипнотизер предпочитает видеть в качестве своих объектов.

Интеллектуальные способности — это еще не гарантия защиты, потому что техники промывания мозгов работают на эмоциональном уровне. В приложении к книге «Луденские бесы» Олдос Хаксли представляет следующий забавный сценарий:

Интересно было бы взять группу самых выдающихся философов из лучших университетов, закрыть их в теплом помещении с марокканскими дервишами или с гаитянскими вудуистами и замерить с секундомером в руке силу их психического сопротивления воздействиям ритмических звуков. Выдержат ли логические позитивисты дольше, чем объективные идеалисты? Окажутся ли марксисты крепче, чем приверженцы томизма или веданты? До чего увлекательно, какая плодотворная почва для эксперимента! Между тем, мы могли бы вполне надежно предсказать результат: если достаточно долго подвергнуть наших философов пению и монотонному бум-бум, каждого придется выносить на носилках, покрытых белым саваном.

На самом деле гипноз не играл большой роли в экспериментах США по контролированию умов, хотя секретные службы всегда проявляли интерес к финансированию опытов, проводимым некоторыми клиническими психологами, о которых они знали. В целом, используемые методы отличались жестокостью: лишение сна, большие дозы наркотиков, повторный электрический шок, лишение сенсорных восприятий — «Заводной апельсин» чаще, чем «Кандидат из Манчжурии». Американская программа включала: попытку монополизировать мировые источники ЛСД, чтобы предотвратить попадание его в руки коммунистов; усмирение непокорных психиатрических больных в Канаде большими дозами ЛСД (двое из них впоследствии успешно судились с ЦРУ); эксперименты с легендарным наркотиком BZ, который, как говорят, в десять раз сильнее ЛСД и вызывает восьмидесятичасовой дурман с амнестическим последействием; эксперименты с электрическим током на вьетнамских пленных, зачастую летальные; просматривание сотрудниками ЦРУ борделя в Сан-Франциско в надежде получить знания о природе человека и полового влечения. Многие из этих опытов в лучшем случае являлись безответственными и безнравственными, а в худшем — противозаконными; однако привлеченные к работе мужчины и женщины чувствовали себя, как если бы они были на войне против коммунизма, и это, мол, оправдывало их действия. По иронии судьбы — это вне всякого сомнения, как утверждает Джон Маркс, — именно допущение службою ЦРУ применения ЛСД в психологических отделениях и в психиатрических лечебницах по всей стране дало толчок к революции хиппи. В конце концов ЛСД был запрещен в США 6 октября 1966 года.