Читать онлайн «Символ и ритуал». Страница 10

Ритуальный символ — это «мельчайшая единица ритуала, сохраняющая специфические особенности ритуального поведения… элементарная единица специфической структуры в ритуальном контексте»2. Эта структура — семантическая (т. е. она вовлечена в отношения знаков и символов с вещами, к которым они относятся) и обладает следующими признаками: (I) множество значений (significata) — действия или объекты, воспринимаемые в ритуальных контекстах (т. е. в символической форме), имеют много значений; (II) объединение диспаратных significata — различные по существу significata взаимосвязываются посредством аналогии или ассоциации в действительности или в воображении; (III) конденсация — множество идей, отношений между вещами, действий, взаимодействий и сделок представляются одновременно символическими средствами (ритуальное использование этих средств сокращает то, что в словесном выражении было бы длинным рассказом или высказыванием); (IV) поляризация significata — референты, предназначенные обычаем для основного ритуального символа, часто стремятся сгруппироваться на противоположных семантических полюсах. На одном полюсе значения, как показало эмпирическое исследование, significata стремятся соотнестись с компонентами нравственного и социального порядков — это может быть названо идеологическим (или нормативным) полюсом символического значения; на другом, сенсорном (или возбуждающем) полюсе концентрируется то, что относится к явлениям и процессам, от которых можно ожидать стимуляции желаний и чувств. Так, я показал [2, с. 21–36]3, что дерево мудьи, или молочное дерево (Diplorrhincus mossambicensis), — центральный символ ритуала совершеннолетия девочек у народности ндембу в. Северо-Западной Замбии — на своем нормативном полюсе представляет женственность, материнство, связь матери с ребенком, девочку-неофита, проходящую посвящение в зрелую женственность, специфический матрилинидж, принцип матрилинейности, процесс изучения «женской мудрости», единство и прочность общества ндембу, а также все ценности и достоинства, присущие различным отношениям — семейным, правовым и политическим, — контролируемым матрилинейными родственниками. Каждый из этих аспектов его нормативного значения становится главенствующим в специфическом эпизоде ритуала совершеннолетия; все вместе они создают конденсированное выражение структурной и общинной важности в культуре ндембу. На его сенсорном полюсе тот же символ представляет грудное молоко (дерево выделяет млечный сок — в действительности significata, связанные с сенсорным полюсом, часто имеют более или менее прямое отношение к некоторым чувственно воспринимаемым атрибутам данного символа), материнскую грудь, а также гибкость тела и ума неофита (используется гибкое молодое деревце мудьи). Дерево, расположенное на небольшом расстоянии от деревни посвящаемых, становится центром в последовательности ритуальных эпизодов, изобилующих символами (словами, объектами и действиями), выражающими важные культурные темы.

Оплер определил тему как часть ограниченного ряда утверждений, существующих в динамике, которые «могут быть выявлены в любой культуре»4. В «природе, выражении и отношениях» тем следует искать «ключ к характеру, структуре и направлению специфической культуры»5. Понятие «тема» обозначает «постулат или положение — явное или подразумеваемое, — обычно контролирующее поведение или стимулирующее деятельность, которая молчаливо одобряется или открыто поощряется в обществе»6. В каждой культуре есть множество тем, и у большинства тем есть множество выражений, ряд которых можно обнаружить в одной или нескольких частях институциональной культуры7. Ритуал создает необходимые условия для выражения тем, и ритуальные символы передают темы. У тем есть множество выражений, а у ритуальных символов, таких, как дерево мудьи (и сотни других в этнографической литературе по африканскому ритуалу), есть множество significata8. Основное различие между темами и символами состоит в том, что темы— это постулаты или идеи, которые выводятся наблюдателем из фактов данной культуры, в то время как ритуальные символы — это один из видов таких фактов. Ритуальные символы многозначны, т. е. каждый символ выражает не одну, а сразу много тем посредством одного и того же осязаемого объекта или деятельности (символическое средство). У символов есть — significata, темы могут быть significata.

Темы в качестве significata (включая понятия и образы) могут быть несравнимыми или сгруппированными, как мы видели, на противоположных семантических полюсах. К примеру, мудьи обозначает аспекты женской телесной образности (молоко, грудной ребенок, груди, девичья гибкость) и понятия о стандартах женственности и материнства, так же как и их нормативное распределение в соответствии с принадлежностью к группе, наследованием имущества и передачей таких политических должностей, как пост вождя или главы деревни, посредством матрилинейного родства. Существуют и правила исключения, связанные с мудьи в этом ритуальном контексте, — все, что не имеет отношения к вскармливающему, воспроизводящему и эстетическому аспектам человеческой женственности, а также к их сфере культурного контроля и структурирования, — исключается из семантического поля символики мудьи. Это поле тем с различными степенями конкретности, абстрактности, а также познавательных и возбуждающих качеств. Импульс, приводящий развитые культуры к экономному использованию знаков в математике, находит здесь эквивалент в использовании единой символической формы для одновременного выражения многообразных тем, о большинстве из которых можно сказать, что они связаны логически или прагматически, но часть которых обязана своим объединением не познавательным критериям, а скорее интуитивно ощущаемому сходству между переменными. Здесь мы имеем дело с «математикой» социокультурного опыта, а не с математикой логических отношений.

Ритуальные символы отличаются от других способов тематического выражения, в особенности от тех неформализованных способов, которые возникают в спонтанном поведении и допускают индивидуальный выбор в выражении9. Можно утверждать, что, чем более ритуализовано выражение, тем шире набор обозначаемых им тем. С другой стороны, поскольку ритуальный символ может представлять диспаратные, даже противоположные темы, выигрыш в экономии может обернуться утратой ясности в коммуникации. И это было бы неизбежно, если бы такие символы существовали в вакууме, но они существуют в культурном и операционном контекстах, которые в определенной, мере возмещают утрату понятности, а в определенной мере основываются на ней.

Ритуалы стремятся организоваться в цикл представлений (ежегодных, двухгодичных, пятилетних и т. д.); даже если исполняются ритуалы по случаю, каждый из них происходит при определенных обстоятельствах. В каждой целостной совокупности, или системе, существует ядро доминантных символов, которые характеризуются чрезвычайной многозначностью (имеют много смыслов) и центральным положением в каждом ритуальном исполнении. С этим ядром связано значительно большее число энклитических (зависимых) символов. Некоторые из них однозначны, другие, подобно предлогам в языке, становятся простыми знаками отношения или функции, поддерживающими ход ритуального действия (например, поклоны, омовения, очищения и объекты, указывающие на соединение или разъединение). Доминантные символы создают фиксированные точки всей системы и повторяются во многих из составляющих систему ритуалов. Например, если в данной ритуальной системе можно эмпирически различить 15 разных видов ритуала, доминантный символ А обнаруживается в 10 из них, В — в 7, С — в 5, a D — в 12. Так, дерево мудьи встречается в церемониях инициации мальчиков и девочек, в пяти ритуалах, связанных с нарушениями женской воспроизводящей сферы, по крайней мере в трех ритуалах охотничьих культов и в различных действиях магического порядка, связанных с лекарственными травами. Прочие доминантные символы ритуалов ндембу, как я показал это в других работах10, повторяются почти так же часто в ритуальном цикле. Каждый из этих символов имеет, стало быть, множество референтов. Однако в каждом случае, когда он используется, — обычно в каком-либо из эпизодов ритуального представления — внимание публики привлекается лишь к одному или сравнительно небольшому числу его референтов. Процесс «избирательности» состоит в создании вокруг доминантного символа контекста символических объектов, действий, жестов, вербального поведения и социальных отношений между исполнителями ритуальных ролей (молитвы, заклинания, песни, речитативы, сказания, священные повествования и т. п.), что одновременно группирует и подчеркивает те из референтов, которые полагаются существенными в данной ситуации. Таким образом, лишь часть семантического богатства доминантного символа реализуется в одном виде ритуала или в одном из его эпизодов. Семантическую структуру доминантного символа можно сравнить с храповым колесом, каждый из зубцов которого представляет понятие или тему. Ритуальный контекст подобен защелке храпового механизма, находящейся в зацеплении с зубцами. Точка зацепления представляет значение, важное именно в данной ситуации. Колесо — это полное значение символа, выступающее в целом виде только по исполнении всего цикла ритуалов. Доминантные символы представляют набор фундаментальных тем. Символ появляется во многих ритуалах, а его значения высвечиваются порознь во многих эпизодах. Поскольку обстоятельства, при которых темы представлены ритуально, могут быть различными и поскольку темы составляют различные комбинации в каждой из ситуаций, представители культуры, вовлеченные в полный ритуальный цикл, постепенно узнают посредством повторения, вариации и контраста символов и тем, каковы ценности, законы, образцы поведения и познавательные постулаты их культуры. И что еще более важно— они узнают, в каких областях культуры и с какой интенсивностью в каждой из областей следует применять темы.