Читать онлайн «Теории личности». Страница 151

В то же время, в теории Келли окружение не обладает тем абсолютным могуществом, как в теории Скиннера. Познающий человек активно интерпретирует, оценивает, анализирует окружение, а не формируется под его влиянием. В отличие от радикального бихевиоризма Скиннера, система Келли рассматривает человека в основном как познающего и рационального субъекта. Влияние окружения признается в системе Келли, но не до такой степени, чтобы полностью заслонить человека. Таким образом, инвайронментализм Келли лучше всего характеризовать как умеренный.

Изменяемость — неизменность. Теория Келли насыщена динамическими изменениями. Жизнь рассматривается как постоянное движение, причем все события подлежат пересмотру в свете различных конструктов. Это кинетическое восприятие отражает убеждение Келли в том, что люди меняют свои взгляды и формируют новые конструкты в течение всей жизни. Такая точка зрения демонстрирует сильную приверженность положению изменяемости.

Положение изменяемости отчетливо проявляется в том факте, что Келли считал необходимым объяснить обстоятельства, при которых происходит изменение в конструктной системе. Люди изменяют свои конструктные системы по мере того, как успешно интерпретируют повторяемость событий (вывод об опыте). С точки зрения основного положения, это означает, что личность индивида может изменяться с течением времени как функция от опыта. И вывод о модуляции, разработанный Келли, частично объясняет, как конструктная система человека может изменяться в той степени, в какой его конструкты являются проницаемыми. Чем более проницаемы конструкты, тем больше событий могут они включать в диапазон применимости, и тем больше пространство для изменений во всей системе. Однако Келли утверждал, что не все люди способны изменяться в одинаковой степени. Например, человек, не пересматривающий свои конструкты в свете текущих событий, потому что они лишены проницаемости, не будет сильно изменяться с течением времени. Такой человек всю жизнь будет ригидным в интерпретации событий и поведении. Но человек с проницаемыми конструктами действительно может извлечь пользу из жизненного опыта — такой человек может изменять конструкты в течение всей жизни. Так как Келли признавал возможность подобного изменения и пытался объяснить, как оно происходит, то можно сделать вывод о том, что он был строго привержен положению изменяемости.

Субъективность — объективность. Келли утверждал, что люди живут в субъективном мире личностных конструктов. Люди могут интерпретировать и анализировать внешние события, как им хочется, но они, тем не менее, остаются в пределах своих субъективных конструктных систем. Каждый индивид рассматривает действительность с помощью модели личностных конструктов, и эти модели уникальны для каждого человека.

Объективные внешние факторы воздействуют на человека не одинаково, потому что он всегда интерпретирует их в соответствии со своими личностными особенностями. То, что является «полезным» опытом для одного человека, будет «вызывать тревогу» у другого; то, что «уместно» для одного человека, может быть просто «неосновательным» в конструктной системе другого. Объективная реальность всегда видоизменяется в творческом осмыслении человека: реальность — это то, что является субъективной интерпретацией каждого из нас. Итак, по Келли, каждый человек живет в уникальном мире, созданным им самим. Этот мир можно изменить, но только в той мере, в какой мы хотим его пересмотреть. Келли строго привержен положению субъективности. Фактически своеобразное сочетание положений рациональности и субъективности является уникальной чертой его теории.

Проактивность — реактивность. Положение проактивности — реактивности непосредственно касается вопроса о мотивации: люди сами выстраивают свое поведение или оно является реакцией на внешние раздражители? Поскольку Келли рассматривает мотивацию как излишний конструкт, он не делает предположения о ее природе. Для Келли люди ни проактивны, ни реактивны — они живые! Быть живым значит быть активным; жизнь — это форма движения. Итак, Келли считает совсем необязательным рассматривать вопрос о том, что является мотивацией поведения по той простой причине, что человек живет и, следовательно, всегда активен в поведении. Если принять эту неортодоксальную позицию в отношение мотивации, следует согласиться, что положение проактивности — реактивности нельзя применить к теоретической системе Келли.

Гомеостаз — гетеростаз. Это положение также отражает вопрос мотивации: поведение человека направлено на ослабление побуждений и сохранение внутренней гармонии или на рост и самоактуализацию? По Келли, ни одна из этих категорий не применима. Он полагал, что люди стремятся приобрести и организовать логически последовательные конструктные системы, чтобы точно прогнозировать будущие события. Поступая таким образом, они занимаются продуманным выбором, то есть они выбирают ту альтернативу, которая ведет к большему расширению и определению их конструктных систем (вывод о выборе). Для исследователя, ориентированного на гетеростаз, это может звучать как рост и самоактуализация. С другой стороны, те, кто предпочитают гомеостаз, могут возразить, что люди делают именно такой выбор, потому что они пытаются уменьшить внутреннюю неуверенность по отношению к миру. Сам Келли не придерживался никакой определенной позиции по этому ключевому вопросу. Мотивация, с его точки зрения, — несущественная концепция. Следовательно, в качестве основного положения о природе человека понятие гомеостаза — гетеростаза не применимо к когнитивной системе Келли.

Познаваемость — непознаваемость. Келли не рассматривал природу человека как познаваемую в традиционном русле научного исследования. Он отвергал философскую позицию реализма, которая утверждает, что объективную реальность можно понять, независимо от ее восприятия нами. Возражая против реализма, Келли выдвинул свою собственную эпистемологическую доктрину конструктивного альтернативизма, которая утверждает, что реальны только события внутреннего мира. Объективная реальность не существует отдельно от нашего личного истолкования ее. А следовательно, природу человека нельзя познать, ее можно только альтернативно интерпретировать.

Тогда возникает очевидный вопрос: а при чем тут наука? Келли отвечает, что научные теории служат как обособленные полезные конструктные системы в процессе объяснения событий. Одни оказываются полезнее, чем другие (какие именно — покажут будущие события), но надежные устойчивые теории хорошо послужили в качестве конструктивных альтернатив. Рассмотрим несколько избранных теорий личности в качестве примера. Фрейд интерпретировал людей в терминах бессознательной мотивации; Адлер выделял стили жизни; Эриксон открыл психосоциальные стадии развития эго; Кеттел рассматривал черты, лежащие в основе поведения; Скиннер наблюдал опосредованные условные реакции; Бандура предложил научение через наблюдение в качестве ключевого аспекта поведения человека. А Келли? Келли подчеркивал субъективную интерпретацию мира человеком.

По сути, в персонологической теории Келли заложены семена ее кончины. Так как реальность остается открытой множественным интерпретациям, наступит такой день, когда события, сейчас интерпретируемые по теории Келли, будут лучше прогнозироваться с помощью какой — то другой системы теоретических конструктов. Он осознавал это и с обезоруживающей прямотой признавал. Обсуждая, как теория личностных конструктов была классифицирована достойными уважения учеными, он пришел к заключению: «Ее также классифицировали как абсурд, который, весьма вероятно, в один прекрасный день изживет сам себя» (Kelly, 1970, р. 10). Следовательно, с позиции своих философских воззрений Келли допускал, что поведение человека непознаваемо с помощью эмпирических исследований.

В какой мере теория личностных конструктов обладает эмпирическими доказательствами валидности своих основных концепций? Этому вопросу был посвящен литературный обзор, сделанный свыше 25 лет назад Бонариусом (Bonarius, 1965), который на основании оценки почти 100 опубликованных исследований, толчком для которых послужили идеи Келли, пришел к заключению, что было бы преждевременным утверждать, что теория Келли в этом смысле валидна. Однако более поздние источники представляют экспериментальные данные в поддержку определенных аспектов теории Келли (Duck, Craig, 1978; Higgins et al., 1982; Lord, 1982; Tobacyk, Downs, 1986). Тщательное исследование показывает, что многие из этих работ используют тест, который Келли разработал для оценки личностных конструктов, с помощью которых люди интерпретируют жизненные события. Этот тест носит название «Репертуарный тест ролевого конструкта» (Role Construct Repertory Test). Как мы увидим, этот тест позволяет получить данные, в какой — то мере подтверждающие идеи Келли о расстройстве мышления при шизофрении (Fransella, Bannister, 1977; Neimeyer, Neimeyer, 1981). Оказывается, его описание довольно интересной природы этих расстройств подтверждалось еще до принятия во внимание исследований, подсказанных когнитивной теорией Келли.