Читать онлайн «Психология помощи. Альтруизм, эгоизм, эмпатия». Страница 75

Однако и речевая агрессия педагога может иметь опасные последствия. Ведь она выражается в пренебрежительно-грубом или повелительно-покровительственном отношении к детям, в повышении тона, резких восклицаниях, частом употреблении повелительного наклонения глаголов, грубых замечаниях и язвительных насмешках.

Анализ особенностей восприятия детьми воспитательных воздействий взрослых показал, что каждому третьему ребенку не нравится воспитатель. Боятся воспитателя 31 % детей, что фактически означает для этих детей воспитание на страхе. <…> Каждый второй ребенок боится, что воспитатель его накажет <…> 17 % детей считают, что воспитатель их может ударить, т. е. наказать физически; 30 % детей отметили, что их много ругает воспитатель <…> 32 % детей — что на них кричит воспитатель <…> 73 % детей считают, что воспитатель их редко хвалит; 42 % детей неинтересно с воспитателем, а каждый второй ребенок хотел бы, чтобы с ним работал другой воспитатель.

Алексеева Е. Е., 2001

Среди отрицательного влияния вербальной агрессии на детей в первую очередь следует назвать так называемый дидактогенный невроз, который составляет около 30 % всех детских неврозов. У детей снижается самооценка, возникает неуверенность в себе, появляется страх перед учителем, а затем и школой. По данным Т. И. Марголиной (1996), у детей, обучающихся у конфликтных учителей, более выражены тревожность, враждебность, конфликтность. Кроме того, у них часто складывается впечатление, что агрессия учителя направлена не на их поведение в конкретной ситуации, а на них самих, их личность.

Кроме того, добиваясь сиюминутного послушания путем воздействия на детей в агрессивной форме, педагог невольно провоцирует ответную агрессию. При этом дети усваивают агрессивную модель речевого поведения и начинают использовать ее в общении с друзьями и взрослыми.

Агрессивная речь демонстрирует авторитарный стиль общения педагога и приводит к отчуждению, непониманию, часто к враждебным отношениям с детьми. Поэтому с коммуникативной точки зрения вербальная агрессия педагогов неэффективна.

Конечно, полностью устранить вербальную агрессию из педагогического процесса вряд ли можно, однако можно научиться контролировать себя, сдерживать проявления грубости. Это достигается, как показано в исследовании В. В. Диковой (2005), с помощью тренинга, и не только в отношении склонности к вербальной агрессии, но и физической.

Сравнение Е. М. Пановой агрессивности учителей-женщин и воспитателей обнаружило различия в динамике изучавшихся показателей в связи с увеличением стажа работы. Если у учителей с увеличением стажа возрастает склонность к косвенной вербальной агрессии и снижается склонность к прямой вербальной агрессии, то у воспитателей, наоборот, склонность к косвенной вербальной агрессии уменьшается, а склонность к прямой вербальной агрессии возрастает. Обнаружились некоторые различия и в динамике изменения со стажем показателей конфликтности и агрессивности. Вспыльчивость и мстительность у учителей с увеличением стажа снижаются, а у воспитателей вспыльчивость возрастает, а мстительность остается на одном и том же уровне.

По долгу службы представители ряда помогающих профессий (психологи и психотерапевты, врачи, социальные работники) вступают в постоянные контакты с людьми, имеющими тяжелые личные проблемы, сопровождающиеся негативными эмоциями. Они должны выслушивать жалобы своих посетителей или опекаемых, сочувствовать им, а подчас и переживать вместе с ними. Со временем это приводит к такому явлению, как выгорание, проявляющемуся в бездушии, «казенном» отношении к людям. В результате люди получают испорченное настроение и страдают от отсутствия квалифицированной помощи.

Феномен эмоционального выгорания вызвал большой интерес исследователей как специфический вид профессионального хронического состояния лиц, работающих с людьми (учителей, психологов, психиатров, священников, полицейских, юристов, тренеров, работников сферы обслуживания и др.) в конце ХХ в.

Исследователи сходятся во мнении о том, что главный источник выгорания — это взаимодействие с людьми. Лица, работающие в медицинских, образовательных, психологических, социальных службах, прежде всего выполняют работу, требующую особых эмоциональных затрат. Они имеют определенные личные склонности, побудившие их выбрать подобную деятельность, и для них характерна клиент-центрированная ориентация. Это и является основным источником-«предшественником» выгорания (Pines, Aronson, 1988).

Сама природа помогающих отношений — в «способствовании», в помощи при решении проблем; естественно, что возникает своеобразная фокусировка на проблемах. Кроме того, такой тип отношения часто отличается недостаточной позитивной обратной связью. Например, учитель вынужден обращать внимание больше на тех учеников, у которых дела идут хуже, которые, следовательно, доставляют ему больше беспокойств, проблем и т. д. Особенно тяжело переносится ситуация, когда, несмотря на все усилия, результат не достигается; в этих случаях нередко возникают чувства неудачи, неэффективности, беспомощности, сопутствующая им фрустрация, а иногда и гнев.

Гришина Н. В., 1998

Сущность феномена. Термин «эмоциональное выгорание», как пишет Бюриш (Bürisch, 1989), ввели американские психиатры Фрейнденбергер и Гинзбург (Freunderberger, Ginsburg, 1974) для характеристики психологического состояния здоровых людей, находящихся в интенсивном и тесном общении с клиентами, пациентами в эмоционально насыщенной атмосфере при оказании профессиональной помощи. Первоначально этот термин определялся как «состояние изнеможения, истощения с ощущением собственной бесполезности». Затем феномен эмоционального выгорания был детализирован (Maslach, 1982; Pelman, Hartman, 1982), в результате чего выделился его синдром. Обобщив многие определения выгорания, К. Маслач выделила три главных компонента: эмоциональное и/или физическое истощение, деперсонализация и сниженная рабочая продуктивность.

Эмоциональное истощение проявляется в сниженном эмоциональном фоне, в равнодушии или в эмоциональном перенасыщении, раздражении. Возникает чувство опустошенности, исчерпанности своих эмоциональных ресурсов. Человек осознает, что не может больше отдаваться работе с таким же воодушевлением, желанием, как раньше. То, что раньше вызывало радость, сейчас вызывает лишь равнодушие или даже тошноту. Этот компонент выгорания весьма близок к тому, что наблюдается при остром или хроническом состоянии монотонии и психическом пресыщении.

Деперсонализация проявляется в деформации отношений с другими людьми. Возникает равнодушное и даже негативное отношение к людям, обслуживаемым по роду работы. Контакты с ними становятся формальными, обезличенными; возникающие негативные установки могут поначалу иметь скрытый характер и проявляться во внутренне сдерживаемом раздражении, которое со временем прорывается наружу и приводит к конфликтам вследствие повышения негативизма, цинизма в отношениях с пациентами, коллегами, подчиненными. В других случаях деперсонализация выражается в возникновении зависимости от других.

Редуцирование личных достижений проявляется либо в негативном оценивании себя как профессионала и личности, либо в ограничении своих возможностей, снятии с себя ответственности и перекладывании ее на других.

Выгорание — это масштаб измерения разрыва между возможностями человека и требованиями, которые к нему предъявляются на работе. Происходит переоценка собственных сил, возможностей, достоинства, духа и воли, т. е. изнашивание души человека. Это болезнь, которая на протяжении длительного времени распространяется постепенно и равномерно, затягивая человека в заколдованный круг, из которого трудно выскользнуть, — в безвыходное положение.

Маслач К., Лейтер М. (Maslach, Leiter, 2001)

Согласно другому определению (Shirom, 1989), выгорание — это комбинация физического, эмоционального и когнитивного истощения. Главный фактор — эмоциональное истощение, а остальные компоненты являются либо следствием поведения, ведущего к деперсонализации, либо собственно когнитивно-эмоционального выгорания, что выражается в редуцировании личных достижений.

Кроме трехкомпонентной структуры синдрома выгорания разработаны и двухкомпонентные, и даже однокомпонентные модели.

Д. Дирендок с соавторами (Dierendock et al., 1994) относят к выгоранию только две первые составляющие модели Маслач — эмоциональное истощение (аффективный) и деперсонализацию (установочный). Аффективный компонент связан с жалобами на здоровье, физическое самочувствие, нервное напряжение, эмоциональное истощение. Установочный компонент проявляется в изменении отношения либо к пациентам, либо к себе.