Читать онлайн «Невидимая горилла». Страница 15

В 2009 году по нашему заказу был проведен общенациональный опрос. Мы включили в него несколько вопросов, с помощью которых хотели выяснить представления людей о работе памяти. Почти половина (47 %) респондентов считают, что «события, которые мы некогда пережили и запомнили, навсегда сохранятся в нашей памяти в неизменном виде». Еще больше людей (63 %) убеждены в том, что «память человека действует подобно видеокамере, точно фиксируя все, что мы видим и слышим, и позднее мы можем вернуться к любому событию и мысленно воспроизвести его». Респонденты, которые согласны с обоими утверждениями, полагают, что воспоминания обо всех событиях постоянно хранятся в нашем мозге в неизменном виде, даже если мы не имеем доступа к этой информации. Это представление опровергнуть невозможно, ведь в принципе воспоминания действительно могут храниться в определенном участке мозга. Однако большинство специалистов в области человеческой памяти считают маловероятным, что мозг стал бы тратить энергию и выделять место для хранения каждой мелочи, происходящей в жизни человека (тем более если он никогда не сможет получить доступ к такой информации)[55].

Если иллюзия внимания — это ошибочное представление о том, что значимые и заметные события должны сами приковывать наше внимание, то иллюзия памяти основана на принципиальном расхождении между нашими воспоминаниями и реальными событиями, на которых они основаны. Почему люди так легко осознают ограниченность кратковременной памяти, но никак не могут понять природу долговременной памяти? В этой главе мы расскажем, насколько обманчивыми могут быть воспоминания и насколько ошибочны наши представления о работе памяти. Иллюзия внимания — это расхождение между наблюдаемым объектом и субъективным восприятием этого объекта. Иллюзия памяти — это расхождение между реальным событием, которое откладывается в памяти, и последующим воспоминанием о таком событии.

А теперь попробуйте вспомнить все слова из приведенного выше списка. Напрягите как следует память и постарайтесь воспроизвести как можно больше слов. Прежде чем продолжить чтение книги, запишите их на бумаге.

Казалось бы, что может быть проще, чем вспомнить несколько слов, которые вы прочли несколько секунд назад? Но даже такое простое задание вскрывает систематические искажения в работе памяти. Взгляните на составленный вами список. Насколько вы справились с заданием? Скорее всего, вы не смогли вспомнить все пятнадцать слов. Мы часто проводим этот тест в аудитории, и большинство студентов вспоминает лишь несколько слов из начала списка и еще несколько из его конца[56]. Середину списка они часто не запоминают даже наполовину, и в среднем им удается правильно воспроизвести лишь семь-восемь слов из пятнадцати. Вы только задумайтесь над этим фактом. Ведь все эти слова широко употребляются и хорошо известны; когда вы их читали, вы не пребывали в стрессовых условиях (по крайней мере, мы на это надеемся), а при воспроизведении списка вам не нужно было торопиться и думать о времени. Первые компьютеры, сконструированные в 1950-х годах, могли спокойно хранить в памяти пятнадцать слов, в то время как мы, несмотря на прекрасные когнитивные способности, не способны точно воспроизвести то, что прочли несколько минут назад.

Если попросить маленьких детей запомнить небольшой список слов за несколько минут, то можно заметить, что в четыре года ребенок еще не понимает, что для сохранения слов в памяти требуются особые усилия. И лишь взрослея, мы сознаем, что наша способность удерживать в памяти информацию в течение короткого промежутка времени весьма ограниченна. Когда нам нужно запомнить телефонный номер на несколько секунд, чтобы успеть набрать его, то мы непрерывно повторяем его про себя или вслух. Однако если список произвольно взятых слов или символов превышает «магическое» число семь, то большинству людей сложно удержать его в кратковременной памяти[57]. Именно поэтому номерные знаки автомобилей состоят только из семи символов, а телефонные номера традиционно представляют собой последовательность из семи цифр (этим же объясняется и тот факт, что раньше трехзначный код населенного пункта начинался с первых двух букв названия города или поселка; например, в Армонке (штат Нью-Йорк), где родился Крис, на старых указателях и объявлениях местных компаний до сих пор можно встретить номера, начинающиеся с А11–3, а не с 273). Если нужно запомнить более значительный объем информации, мы используем вспомогательные средства (блокноты, диктофоны и т. д.).

Сложности, возникающие при попытке запомнить все пятнадцать слов в приведенном списке, наглядно демонстрируют нам, как действует иллюзия памяти — и не только тем, что показывают пределы, в которых мы способны запоминать информацию. В целом люди и так сознают ограниченность своей памяти. Данный пример раскрывает сам механизм запоминания, тем самым демонстрируя нам действие иллюзии памяти. Взгляните еще раз на список слов, который вы воспроизвели по памяти. Есть ли в нем слово «сон»? Около 40 % читателей наверняка «вспомнят», что видели слово «сон». Если вы оказались среди них, то, вероятно, уверены в том, что слово «сон» присутствовало в списке вместе с другими словами, которые вам удалось вспомнить. Возможно, вы даже отчетливо видите в памяти, как это слово стоит в списке. Однако его там не было. Вы выдумали его.

Память зависит не только от реальных событий, но и от субъективного смысла, которым мы наделяем эти события. Приведенный выше список специально составлен таким образом, чтобы спровоцировать ложные воспоминания. Все слова в нем тесно связаны с отсутствующим словом «сон». Когда вы читали эти слова, ваш мозг придал им определенный смысл и автоматически установил связь между ними. На определенном уровне вы осознали, что все они имеют отношение ко сну, но при этом не обратили внимания, что самого слова «сон» в списке нет. При воспроизведении списка ваша память реконструировала его настолько точно, насколько смогла, руководствуясь не только конкретными словами, которые удалось запомнить, но и опираясь на знание о том, что они имеют общую связь.

В процессе восприятия мы извлекаем смысл из всего, что видим (или слышим, обоняем и т. д.), а не просто «кодируем» информацию с точностью до малейшей детали. Ведь эволюция не могла создать мозг, который с одинаковой точностью фиксировал бы в памяти каждый потенциальный раздражитель, даже в тех случаях, когда это совершенно не требуется организму. Такая стратегия приводила бы к бесполезной трате энергии и других ресурсов, что нехарактерно для природы. Поэтому наша память сохраняет далеко не все, что мы воспринимаем; вместо этого она фиксирует отдельные объекты зрительного или слухового восприятия и связывает их с уже имеющимися знаниями. Такие ассоциативные связи помогают нам отделять важное от второстепенного и припоминать детали увиденного. Они являются своего рода ориентирами в поиске информации, благодаря которым наша память действует более оперативно. В большинстве случаев такие ориентиры очень полезны. Однако ассоциативные связи могут также вводить нас в заблуждение, поскольку из-за них мы переоцениваем точность своей памяти. Не так-то легко отличить реальные события, которые мы вспоминаем, от наших собственных построений, основанных на ассоциативных связях и знаниях. Тест на запоминание списка слов, впервые разработанный в 1950-х годах психологом Джеймсом Дизом, а затем тщательно изученный Генри Редигером и Катлин Мак-Дермотт в 1990-х годах[58], является простейшим примером, демонстрирующим действие этого принципа, однако искажения и иллюзия памяти не ограничиваются одними лишь списками произвольно выбранных слов.

Эксперимент с гориллой показал, что люди видят то, что они ожидают увидеть. Тот же принцип действует и в отношении памяти: человек часто вспоминает то, что, согласно его ожиданиям, он должен вспомнить. Человек вкладывают в события определенный смысл, и такая интерпретация оставляет свой отпечаток в воспоминаниях, а порой даже формирует их. Мы можем искажать воспоминания, подстраивая их под собственные ожидания и представления, даже в тех случаях, когда помним об их источнике и были непосредственными участниками событий. Чтобы наглядно продемонстрировать данный принцип, психологи Уильям Брюэр и Джеймс Трейенс провели хитроумный эксперимент. Они прибегли к одной простой уловке[59]. Участников исследования просили пройти в помещение аспирантуры и подождать там одну минуту, пока экспериментатор не убедится в том, что предыдущий участник закончил свое задание. Примерно через тридцать секунд экспериментатор возвращался и отводил участника в другую комнату, где совершенно неожиданно для участника просил его записать все, что он увидел в предыдущем помещении. Во многих отношениях это был самый обычный кабинет со столом, стульями, полками и т. д. Почти все участники смогли вспомнить эти стандартные предметы мебели. 30 % из них также вспомнили, что видели книги, а еще у 10 % отложился в памяти картотечный шкаф. Однако кое-что в этом помещении было не совсем обычно — ни книг, ни картотечного шкафа там не было и в помине.