Читать онлайн «Семь языков бога». Страница 18

Здесь мы сталкиваемся с парадоксом и ужасом временного сознания. Переход к “безмолвному полушарию” подразумевает разрушение закрепленных на уровне условных рефлексов ценностей. Кажется, что сознание вторгается во все запретные и опасные сферы: “ниже”, “сзади”, “слева”, и “неконтролируемое, опасное и безответственное”. Первый контур вопит: “Опасность! Тревога!” Второй контур кричит: “Будь осторожен! Ты беспомощен!” Третий контур предупреждает: “Неизвестность! Берегись! Ты не прав!” Четвертый контур шепчет: “Грех! Безответственность! Осквернение половой роли!”

Инстинктивные страхи, переживаемые парашютистами, ловцами жемчуга и цирковыми артистами, бросающими вызов смерти, – это лишь малая доля того вселенского ужаса, который мгновенно охватывает нервную систему, трансцендировавшую четыре личиночных контура жизнеобеспечения.

Мы можем понять ощущения табу, благоговейного страха, отчуждения, интерпретируя их как опасность, ступор, сумасшествие и одержимость дьяволом. И точно так же мы можем понять ликование, ощущение прекрасной определенности, возрождения, философского откровения, которыми сопровождаются открытия, выполненные мужественными, эмоционально устойчивыми, интеллектуально подготовленными и сексуально надежными индивидами. Кора “нового” полушария также реальна и не возделана, как “новый” свет Колумба.

Импринт наслаждения открывает тело как инструмент наслаждения свободой. Точно так же мы когда-то “открыли”, что автомобиль можно использовать не только как инструмент выживания, власти, работы или сексуального статуса, но и для получения удовольствия от вождения. Радостное управление телом становится гедоническим искусством.

Отметим, что каждый из четырех личиночных импринтов привязывает нервную систему к определенным внешним стимулам, которые регистрируются (или ассоциируются) как “положительные”. Подобное пристрастие к внешним стимулам возникает в контуре наслаждения. Некоторые специфические органы могут зациклиться на стремлении постоянно испытывать наслаждение. Какие-то чувственно приятные стимулы начинают ассоциироваться с гедоническим вознаграждением: определенны звуками, запахами, вкусами, прикосновениями, определенны соматическими реакциями. Как свидетельствует история аристократов, наслаждение может стать “золотой клеткой Склонность предаваться чувственным удовольствиям повышается из-за характерной особенности пятого контура продлевать эротические ощущения.

С точки зрения гедонической инженерии слияние мужчины и женщины – это наивысшее полиморфное наслаждение. Тантра – это древняя восточная форма ритуального и стилизованного контакта, при котором все органы чувств мужчины соединяются с такими же воспринимающими органами чувств женщины. Тантрическое слияние превращается в процесс отодвигания оргазма! продления многоканального сенсорного обмена. Когда восторженное слияние сопровождается гармонией сексуальных ролей интеллектуальной стимуляцией, эмоциональной синхронностью взаимно ощущаемой биологической безопасностью, формируемая при этом капсула времени двух пятиконтурных партнеров становится наилучшим транспортным средством для проникновения в реальность нейрологического времени.

Пятый контур использует инструментальные связи мьшц тела. Эстетика наслаждения подразумевает мышечную технологию, чувственный аппарат. Для слияния мужчины и женщин на уровне пятого контура не нужно специальное оборудование нужен лишь эстетический фон эпохи эллинистического Рима – флейта, тамбурин, лютня, курящиеся ароматические палочки, свечи, колокольчики и пр.

Гедонический пятый контур побуждает испытывать приятные ощущения. Философия “хиппи”, несмотря на привлекательное ее пафосной, эстетической, игривой декларации эротического слияния и мира любви, регрессивна. Философия хиппи, поставивших себя вне общества, порождает общество босоногих философов-королей. Это неизбежная фаза. Революция шестидесятых была кульминацией “времени детства”, порой радостного младенческого открытия всем поколением тела как забавы, открытия прелести непосредственной чувственности. Как показывает история развития других цивилизаций, сумевших хорошо “освоить пространство”, обожествление эроса и красоты свойственно фазе уязвимости и снисходительности, но на этой фазе человек неспособен защищаться. Эта фаза – лишь веселенький фасад мрачного и ужасающе правильного социального здания четвертого контура.

Контур экстаза – это нервная система, которая освободила от диктата тела и осознает лишь собственную деятельное! Нервная система в буквальном смысле импринтирует саму сей сознание полностью состоит из нейрологических сигналов.

Анатомической и физиологической единицей нервной системы выступает нейрон. Нейрон получает сигналы через волокна рецептора, которые передаются телу клетки. В теле клетки сигналы расшифровываются и сохраняются. Помимо аналитических структур и структур памяти, в теле клетки есть ядро. Я; содержит код ДНК, отправляющий курьерные молекулы PI конструировать и поддерживать жизненные процессы клетки. Функция нейрона состоит в приеме, запоминании, расшифровке поступающих импульсов. Далее он передает эти импульсы другим нейронам, стимулируя, к примеру, деятельность мышц или желез внутренней секреции. Аксоническое волокно высвобождает исходящее сообщение, сжимая выходной клапан, который держит химическую секрецию. Эта химическая секреция служит переносчиком возбуждения, передавая импульсы между нервные клетками. Таким медиатором может быть любое лекарство биологически активная добавка или ЛСД. Это “вещество” вызывает химическое изменение в пространстве между посылающим нейроном и принимающим нейроном. Сам межклеточный клапан в межнейронном пространстве называется синапсом. Передача сигналов через синаптическое соединение осуществляется при помощи медиатора.

Штаб-квартира нервной системы располагается в головном мозге. Нервные клетки не восстанавливаются. Человек перерождением получает дар в виде двадцати миллиардов нейронов. И это все. На протяжении всей жизни человека ежедневно погибает от десяти тысяч до ста тысяч нейронов. Песчинки сознания просачиваются сквозь пальцы.

Человеческая жизнь не измеряется продолжительностью жизни органов тела, которые можно заменить. Человеческая жизнь не измеряется продолжительностью жизни клеток тела, которые в среднем каждые несколько дней погибают и регенерируют. Она измеряется временем жизни нервной системы. Мы – это паши нервные системы. Когда восточные философы говорят “я”, они обычно ведут речь о нервной системе. Тело – это транспортное средство. Нервная система- это водитель транспортного средства.

Нервную систему лучше всего воспринимать как обитающий в нашем теле космический высший разум. Он безжалостно эксплуатирует тело, используя его в качестве средства транспортировки и питания. Пятьдесят процентов кислорода поступает сначала в мозг, а потом оставшаяся половина достается телу. Каждый нейрон окружен нейрологическими клетками, которые предварительно “пробуют на вкус” и переваривают всю поступающую пищу, чтобы царь-нейрон не отравился и не поранился.

Выходит, нервная система – это кайфующий султан, который лежит в теплой ванне и с барского плеча раздает медиаторы?

Нервная система не воспринимает цвет, она не испытывает боли. Сообщения, посылаемые телом, она ощущает как импульс, приятное возбуждение и эйфорию. Нервная система жаждет интенсивности, новизны и информационного обмена с высокой точностью воспроизведения. Нервная система – это искушенный наркоман. Она жаждет кайфа.

На блаженно-соматическом уровне мы попадаем в реальность гармонии, красоты и длительного физического наслаждения. Это чувственное, соматическое любовное слияние.

На петрологическом уровне реальность характеризуется такими параметрами, как интенсивность, ускорение, новизна, сложность. Человек, обретающий нейрологическое сознание, получает доступ к самому сложному инструменту, сконструированному жизненным процессом. Нервная система способна одновременно регистрировать интенсивные и сложные сигналы с пропускной способностью, во много раз превосходящей пропускную способность пространственных контуров. При сканировании сигнала “безмолвными зонами” каждая единица пространственного сознания, каждая условно выработанная ассоциация взрывается, излучая новое значение во всех направлениях. “Прими мою передачу. Настройся на меня”.

Нейронный закон гласит: все или ничего. Нервная клетка или целиком включается, или целиком отключена. Интенсивность новизна сигнала определяет, сколько синаптических соединений и какие контуры будут активизированы.