Читать онлайн «Криминальная психология». Страница 26

средств существования в виде крестьянского хозяйства, вольной профессии или торговли. 57 лишились места, по сокращению штатов, незадолго до преступления, а 58 были людьми без определенных занятий. У 133 не было заметно признаков и тенденции к деклассации, в смысле отрыва от того социального слоя, к которому они принадлежат, и от свойственных последнему основных условий жизни. У остальных 117 признаки деклассации были более или менее ясно намечены или последняя стала совершившимся фактом.

По всем указанным дополнительным признакам, в пределах отдельных видовых типов, создается сеть новых подразделений на алкоголиков и не алкоголиков, деклассированных и не деклассированных, невропатов и нервно-здоровых и т. д.

Прежде, чем перейти к обрисовке отдельных типов, надо отметить еще следующее: при установлении типа, носителем которого является тот или иной преступник, необходимо считаться с тем, к какой социальной группе или социальному слою, он принадлежит. Задача сводится к тому, чтобы выяснить, насколько он, как представитель известной социальной группы, обладает известными свойствами, препятствующими ему вести жизнь, свойственную членам этой группы, не прибегая к преступлению, как к средству удовлетворения тех или иных своих потребностей, насколько он, находясь, так сказать, в атмосфере условий жизни лиц данной социальной группы, предрасположен, выйти из обычных рамок этой жизни и совершить известное преступление, или оказывается недостаточно стойким в преодолении затруднений, встречающихся в жизни лиц данного социального слоя. Если мы говорим, что у данного субъекта недоразвито то или иное положительное качество, или, наоборот, сильно развито какое-либо отрицательное свойство, то мы исходим в этом случае от того, что обыкновенно встречается у лиц одного социального слоя с данным субъектом и может считаться минимумом, необходимым для того, чтобы не выйти за пределы легальных форм жизни и удержаться от преступления. В этом проявляется относительность криминального типа и его зависимость от культурного уровня, социальных и бытовых условий. С серьезным изменением социальных условий накапливаются и крупные изменения в сфере криминальных типов: с одной стороны, нарождаются новые типы, а с другой, – изменяется состав носителей прежних типов. Проследить все эти изменения составляет ряд весьма важных и интересных задач криминальной психологии. В будущем, вероятно, эта наука и сможет установить ту эволюцию, которой подвергаются криминальные типы вместе с эволюцией социальной среды. К сожалению, в прошлом не велось никаких систематических исследований преступных типов, которые могли бы позволить выполнить теперь же эту задачу, сравнивая современные типы с типами прежних времен.

«От тюрьмы да от сумы не отрекайся», советует народная поговорка, указывая, что человек часто попадает в одно из обозначенных в ней несчастных положений вопреки всем своим расчетам и ожиданиям. Обстоятельства иной раз так резко и быстро меняются и дают такой толчок к преступлению," что под давлением их нередко оказывается не в силах удержаться на пути честной, трудовой жизни и такой человек, в котором', казалось, никак нельзя заподозрить потенциального преступника. Группа экзогенных преступников и состоит из людей, потерпевших крушение в жизненных бурях, сбитых на преступный путь давлением внешних обстоятельств, которые, хотя и не были столь тяжки, чтобы извинить их, но все-таки превышали обычные жизненные затруднения; не попади они в данное затруднительное положение, они прожили бы всю жизнь, не сталкиваясь с уголовным судом и законом. Для обычного течения жизни и для повседневных житейских соблазнов и испытаний у них достаточно нравственной стойкости. Но как скоро они выбиты из привычной для них колеи и оказались перед серьезными затруднениями, они падают духом, теряют равновесие, обнаруживают недостаток активности в борьбе с этими затруднениями… Их сопротивляемость соблазнам, стремящимся увлечь на преступный путь, достаточна лишь при обычных для них условиях жизни и оказывается недостаточной в борьбе с сколько-нибудь серьезными затруднениями, в периоды житейских бурь. Они способны к некоторой нравственной борьбе, но когда эта борьба более, чем обыкновенно, упорна или длительна, они ее не выдерживают. Потерпеть до конца, сдержаться, выждать, перенести некоторые лишения, чтобы избежать преступления, поэнергичнее воспользоваться возможным легальным выходом из своего положения у них не хватает нравственной стойкости или энергии, а иногда также находчивости и уменья ориентироваться в изменившихся условиях жизни. Нередко, при этом, они видят в самих себе жертву неблагоприятно сложившихся обстоятельств, не дают должной моральной и социальной оценки своему поведению, считают его за что-то вынужденное и полагают, что так на него посмотрят и другие. Это снисходительное, жалостливое к себе отношение иногда не дает развиться в них тому протесту против преступления, который вполне соответствовал бы по силе голосу их нравственного сознания и мог бы оказать должное влияние на волю.

В каждом обществе и в каждом его слое у отдельных членов вырабатывается обыкновенно двойной ряд комплексов, регулирующих их поведение: с одной стороны, комплексы, в которых ассоциированы с определенными чувствами общие представления таких форм жизни и поведения, которые признаются в данной социальной группе хорошими или, по крайней мере, нормальными, допустимыми. В связи с этими комплексами стоят другие комплексы, в которых с определенными чувствами ассоциированы представления образов жизни и действий, которые, напротив, считаются недопустимыми, ненормальными, позорными и т. д. Из комплексов первого рода вырастают более или менее живые и сильные импульсы к образам действий, из которых слагаются или которыми поддерживаются и обеспечиваются формы жизни, признаваемые хорошими или, по крайней мере, допустимыми. Из комплексов второго рода родятся задерживающие импульсы, т.-е. импульсы к воздержанию от известных форм поведения. Из тех и других комплексов слагается присущий личности коэффициент сопротивляемости неблагоприятным внешним условиям. Как скоро человек оказывается под угрозой известных страданий, он, в силу присущего ему стремления избегать страданий и инстинкта самосохранения, ищет средств устранить эти страдания и в своих поисках нередко наталкивается на мысль о том, или ином преступлении, как о возможном выходе из затруднения. Если присущий субъекту коэффициент сопротивляемости мал, преступная мысль получит у него осуществление, раз преступление представится ему выгодным. Если этот коэффициент достаточно значителен, мысль о преступлении будет отброшена. Следуя рождающимся из его нравственных комплексов импульсам, человек изо дня в день служит, подчиняет себя определенной дисциплине, старается заслужить и поддержать хорошую репутацию, избегает того, что может подорвать последнюю, лишившись места, энергично ищет нового и т. д., словом, старается отвоевать себе известные формы и условия жизни, признаваемые нормальными, сносными или хорошими, и поддержать свою жизнь на определенной высоте; для борьбы с разными жизненными затруднениями у него оказывается известный запас того, что называют нравственной энергией или стойкостью.

Группа экзогенных преступников состоит из лиц с пониженным коэффициентом сопротивляемости, с более или менее значительными дефектами криминорепульсивной части их конституции. Впрочем, не надо забывать, что эти преступники действуют при особенно неблагоприятных внешних обстоятельствах. Поэтому реакция на эти обстоятельства, проявившаяся в форме известного преступления, не свидетельствует о том, что в их конституции существуют такие отложения, в которых можно было бы видеть предрасположение к этому преступлению. Когда человек испытывает сильную физическую или душевную боль, он под влиянием ее может сделать поступок, вообще ему не свойственный; при таких условиях нельзя заключить от факта совершения им известного поступка к сложившемуся будто бы у него предрасположению к определенному образу действий. Для того, чтобы, подвергнувшись сильному давлению неблагоприятных внешних обстоятельств, не прибегнуть к преступлению, несмотря на то, что последнее представлялось средством выйти из тяжелого положения, нужно:

во-первых, чтобы субъект более или менее ясно представлял себе иные возможные выходы из своего положения;

во-вторых, чтобы он с достаточным спокойствием и полнотой мог взвесить последствия преступления и сопоставить с ними другие способы устранения создавшихся для него затруднений;

в-третьих, чтобы у него было достаточно энергии для использования иных возможностей, кроме преступления, и достаточно сильное нерасположение к последнему.