Читать онлайн «Психодиагностика: учебник для вузов». Страница 95

В другом случае понятие континуальности используется по отношению к показателям психоза, коррелирующим с клиническими симптомами, но им неидентичным. Д. Бишоп, анализируя исследования, в которых Айзенк видит подтверждение этой идеи, показывает отсутствие строгих доказательств того, что континуальные личностные переменные, нетождественные психиатрическим симптомам, прямо отражают процессы, ведущие к их появлению.

Здесь суть «доказывающего» эксперимента – обследование групп психотических больных, больных неврозами и здоровых лиц с помощью обширного набора разнородных тестов (острота зрения, способность опознания «зашумленных» объектов, скорость мыслительных операций, кожно-гальваническая реакция и др.). Показано, что группы дифференцировали два фактора: нейротизм и психотизм. Остается неясным, чем руководствовались исследователи, включая в набор тестов те или иные методики. Использованные показатели лишены теоретического обоснования и, очевидно, не могут быть поняты в качестве внутренних условий, вызывающих психотические симптомы. Касаясь особенностей статистического распределения Р-показателей в популяции, Д. Бишоп замечает, что это личностное измерение может быть представлено и как артефакт, как следствие использованной статистической техники.

Наконец, в работах Айзенка можно найти, что континуальность постулируется применительно к тому, что он называют предрасположенностью к психозу, и это якобы соответствует современным генетическим теориям шизофрении. И здесь Бишоп без труда устанавливает непоследовательность, противоречивость взглядов Айзенка.

В руководстве к опроснику находим, что термин «психотизм» попросту обозначает существенную черту личности, проявляющуюся в различной степени у всех людей; если она выражена в заметной степени, это предрасполагает человека к развитию психических отклонений. Однако обладание такой предрасположенностью еще вовсе не свидетельствует об истинном психозе, лишь у очень небольшого числа лиц с высокими Р-показателями есть вероятность развития психоза в течение их жизни (Eysenck, Eysenck, 1975, p. 5).

По сути, это признание отличия между психозом и нормой, возврат к тем традициям психиатрии, против которых восстает автор. Это подчеркивается и Бишоп: «Если Айзенк признает, что обсуждает вопрос о предрасположенности к психозу, то он должен либо привести новое определение психоза, либо согласиться со старым, поскольку Айзенк не определяет свое понимание психоза; можем предположить, что он имеет в виду обычно принятое диагностическое понятие» (р. 130). Бишоп приходит к выводу, что выявление зависимости между типом личности и некоторыми заболеваниями отнюдь не свидетельствует о фундаментальной зависимости между этими заболеваниями, а следовательно, Айзенк не предлагает собственной, отличной от других, теории психоза. Аналогично, пишет Бишоп, можем утверждать, что существует континуум между худобой и тучностью. Тучность связана с повышенным риском заболевания, например сердечно-сосудистого. Но из этого не следует, что сердечно-сосудистые заболевания составляют континуум с нормой. Также тучность связана со многими болезнями, но это не дает повода полагать, что все эти заболевания находятся в тесной связи одно с другим.

Обращение к данным, приводимым в руководстве, легко убеждает в том, что Р-шкала не может быть использована в качестве клинико-диагностического инструмента, ибо не дает возможности отличить психически больных от здоровых, как, добавляет Бишоп, и другие шкалы Айзенка. Итоги валидизации шкалы в качестве индикатора предрасположенности к психозу, представленные Г. Айзенком и С. Айзенк, не удовлетворяют ими же выдвигаемому требованию о том, что психотические больные должны получать особенно высокие показатели.

Ответ Айзенка (Eysenck, 1977) на критику, содержащуюся в статье Бишоп, сводился в основном к тому, что не следует исходить из данных, опубликованных в руководстве к личностному опроснику, ибо оно носит скорее технический, нежели теоретический характер. Высказывалась и мысль о том, что результаты, полученные с помощью Р-шкалы, должны быть обязательно сопоставлены с показателями шкалы «лжи», ибо больные склонны скрывать свои истинные мысли.

Обоснованность своей концепции психотизма чета Айзенков аргументировали материалами исследований, описанными в обширной работе «Психотизм как личностное измерение» (Psychoticism as a Dimension of Personality, Eysenck, Eysenck, 1976), вышедшей в свет уже после опубликования статьи Бишоп. Глава, посвященная генетической модели психотизма, начинается с вопроса о том, «действительно ли существует фактор, общий для всех психотических расстройств функционального характера» (р. 19). Отвечая на этот вопрос, авторы обращаются к генетическим исследованиям, которые, по их мнению, подтверждают наличие в патогенезе психических заболеваний как общих факторов, так и специфичных для каждого заболевания.

В завершении обзора эмпирических данных делается заключение о том, что «можем говорить о наличии общего фактора – психотизма, а не о таких резко отграниченных заболеваниях, как шизофрения и маниакально-депрессивный психоз» (р. 22) И далее: «Полагаем, что существует полигенная личностная черта – психотизм, преимущественно формирующаяся генами малого значения (genes of small value), которые действуют аддитивно. Количество активных генов детерминирует степень психотизма, демонстрируемую индивидом, а эти гены взаимодействуют с еще не определенными факторами среды» (р. 29). Отмечается также, что исследования наследственных факторов при шизофрении указывают на тесную связь между психозом и преступностью (что и было использовано при валидизации Р-шкалы).

Для того чтобы представить свою теорию более доступной, авторы широко используют примеры из художественной литературы. Также весьма сомнительны рассуждения об определенном биологическом преимуществе шизофренического генотипа (высказывается мнение о присущем таким лицам творческом мышлении). На основании результатов применения опросника личность (непатологическая) с высокими показателями по Р-шкале характеризуется супругами Айзенк как эгоцентрическая, бесстрастная, неконтактная, с высоким положением в обществе (!), позволяющим следить за собой (выглядеть элегантно), эгоистично думать только о себе.

Любое из приведенных положений уязвимо для критики, которая может быть осуществлена в плане авторской концепции психотизма и в аспекте диагностической ценности шкалы, предложенной для его измерения. Отстаиваемая авторами идея о существовании общего для всех психотических расстройств фактора не нова. Концепция единого психоза имеет давнюю историю. В психиатрии непреходящее значение этой концепции усматривается в том, что с ее помощью были выявлены общепатологические закономерности, свойственные всем психическим заболеваниям и обнаруживающиеся при анализе их клинической симптоматики и течения. Однако на современном уровне знаний существование единого психоза как реальной болезни не может считаться доказанным, а следование этой концепции ведет к антинозологизму, т. е. к отрицанию существования отдельных форм психических заболеваний (Штернберг, 1973).

Критику дискриминативных возможностей Р-шкалы находим в работе Блока (Block, 1977). Этот автор обнаруживает противоречие экспериментальных данных, приводимых в руководстве, важнейшему положению Г. Айзенка и С. Айзенк о том, что лица, у которых был диагностирован психоз, должны получить высокие показатели по Р-шкале. Сопоставление средних величин по шкале психотизма у здоровых и больных психозом мужчин (соответственно: 3,78 ± 3,09 и 5,66 ± 4,02) позволяет прийти к заключению, что «на каждого больного психозом, получившего по Р-шкале оценку, равную или выше средней, будет примерно 50 нормальных лиц с такими же оценками!» (Block, 1977, р. 433). Аналогичная картина обнаруживается и в группах женщин.

Напомним, что супруги Айзенк настаивают на совокупном рассмотрении результатов по Р-шкале со шкалой «лжи», ибо больные склонны к диссимуляции, а это снижает оценки по шкале психотизма. Отталкиваясь опять же от данных, опубликованных Г. Айзенком, Блок указывает, что «очень большие различия по шкале „лжи“, присущие психотическим больным, весьма незначительно отражаются на параллельно полученных оценках Р-шкалы» (Block, 1977, р. 433). Все это дает основание Л. Блоку задаться вопросом о смысле шкалы психотизма, обращенной, как он считает, к агрессивному, импульсивному, лишенному совести индивидууму. Именно это позволяет объяснить, почему заключенные или асоциальные типы получают по ней показатели более высокие, нежели нормальные люди. Психотические больные, предполагает Л. Блок, получат несколько более высокие оценки по сравнению с нормой в силу таких их особенностей, как неустойчивость, рассеянность внимания, «отключенность» от ситуации (случайный характер ответов).