Читать онлайн «Поток: Психология оптимального переживания». Страница 75

Вряд ли можно полагать, что такая система не будет хотя бы в некоторой степени основана на научных открытиях, касающихся человека и Вселенной. Без этого наше сознание будет по-прежнему разрываться между верой и знанием. Но и наука должна будет измениться, чтобы принести настоящую пользу в формировании этой системы. К знаниям, полученным в рамках специализированных дисциплин, служащих описанию отдельных сторон реальности и контролю над ними, должна прибавиться интегрированная картина мира, включающая все, что нам известно, в соотношении с человечеством и его судьбой.

Один из возможных подходов к созданию такой концепции мироздания использует понятие эволюции. По сути, нам предстоит ответить на вечные вопросы: откуда мы? Куда мы идем? Какие силы влияют на нашу жизнь? Что такое добро и зло? Как мы связаны друг с другом и с миром вокруг нас? Каковы последствия наших действий? Поиск ответов на них должен осуществляться систематически и в свете того, что нам уже известно об эволюции, а также того, что, безусловно, будет открыто в будущем.

Очевидное возражение против такого сценария заключается в том, что наука в целом и наука об эволюции в частности имеют дело с актуальным положением вещей, а не с тем, что должно было бы быть. Между тем принципы и убеждения существуют не только в плоскости объективной реальности; они оперируют такими понятиями, как «правильное» и «желательное». Однако система убеждений, построенная на знании об эволюции, как раз могла бы уменьшить разрыв между тем, что есть, и тем, что должно быть. Если мы лучше поймем, почему мы такие, какие мы есть, и разберемся в происхождении инстинктивных влечений, социальных стереотипов, культурных различий – словом, всех тех факторов, что оказывают влияние на формирование сознания, – нам будет проще направить нашу энергию куда следует.

Эволюционный подход также способен указать нам достойную цель. Ни у кого не вызывает сомнений тот факт, что за миллиарды лет существования нашей планеты на ней возникали все более и более сложные формы жизни и высочайшим на сегодняшний день достижением развития является нервная система человека. Кора головного мозга стала основой для возникновения сознания, которое теперь, подобно атмосфере, окружает Землю. Это усложнение произошло потому, что согласно законам, действующим на Земле, оно должно было произойти, но оно может прекратиться, если мы не будем ему способствовать. Будущее эволюции теперь в наших руках.

За последние несколько тысяч лет, что в масштабах эволюции не больше, чем секунда, человечество достигло невероятного прогресса в области дифференциации сознания. Мы осознаем себя разумными существами, отличающимися от всех прочих форм жизни, и считаем, что каждый человек по-своему уникален. Мы изобрели абстрактное мышление и анализ, позволяющие выделять разные измерения у одних и тех же объектов, – например, рассматривать скорость падающего предмета отдельно от его веса и массы. Благодаря способности к дифференциации стал возможен прогресс науки и технологии, который в результате дал человечеству власть построения и уничтожения окружающего мира.

Но процесс усложнения предполагает не только дифференциацию, но и интеграцию, и главной задачей последующих столетий должно стать усиление этой составляющей сознания, до сих пор остававшейся без должного внимания. Научившись отделять себя от других, мы должны вновь научиться воссоединяться с другими сущностями вокруг нас, при этом не теряя с трудом обретенной индивидуальности. Если говорить об убеждениях, которые могли бы быть полезны в будущем, то наиболее многообещающе выглядит вера в то, что Вселенная есть система, управляемая общими законами, с которыми нам придется согласовывать наши мечты и желания. Осознав ограниченность нашей воли и смирившись с тем, что нам необходимо сотрудничать с окружающим миром, а не управлять им, мы, скорее всего, ощутим облегчение, знакомое воротившемуся домой изгнаннику. Проблема смысла будет решена, когда личные цели индивидов сольются с общим потоком бытия.

Счастье. Аристотель изложил свое понимание проблемы человеческого счастья в работе «Никомахова этика», книга 1 и книга 9 (гл. 9 и 10) (Aristotle, 1980). Современная психология, как, впрочем, и другие социальные науки, обратилась к этой теме сравнительно недавно, однако уже сейчас можно говорить о большом пути, пройденном в этом направлении. Пожалуй, одной из первых работ по этой тематике, и сегодня не потерявшей свое значение, является труд Нормана Брэдберна «Структура психологического благополучия» (Bradburn, 1969). В нем он высказал мысль, что счастье и несчастье являются состояниями, независимыми друг от друга. Другими словами, то, что человек чувствует себя счастливым, еще не значит, что в это же время он не может быть несчастливым. Руут Винховен из Университета Эразма в Роттердаме опубликовал недавно работу, в которой обобщил результаты 245 исследований по этой проблеме, проведенных с 1911 по 1975 г. в 34 странах мира (Veenhoven, 1984). В настоящее время готовится к изданию вторая часть его работы. Фонд Архимеда в Торонто поставил перед собой аналогичную задачу: составить каталог исследований по проблемам счастья и благополучия. Первая часть этого труда была опубликована в 1988 г. «Психология счастья» Майкла Аргайла, социального психолога из Оксфордского университета, была опубликована в 1987 г. (Argyle, 1987). Еще одна подборка разнообразных теорий и исследований по этой проблеме содержится в книге, опубликованной в 1990 г. (Strack, Argyle, Schwarz, 1990).

Не снились нашим предкам. Неплохое изложение истории бытовых условий повседневной жизни можно найти в серии книг, издававшихся под общей редакцией Филиппа Ариеса и Жоржа Дюби, озаглавленной «История частной жизни» (Aries, Duby, 1987). Первый том, посвященный Древнему Риму и Византии и написанный Полом Вейном, появился в 1987 г. (Veyne, 1987. V. I). Другой работой в этом направлении, является труд Фернана Броделя «Структуры повседневной жизни», изданный на английском в 1981 г. (Braudel, 1981. V. 2). Более подробно об истории домашнего обихода можно прочитать в (Le Roy Ladurie, 1979; Csikszentmihalyi, Rochberg-Halton, 1981).

Поток. Началом моей работы над теоретическим обоснованием феномена потока была защита докторской диссертации, посвященной исследованию того, как начинающие художники работают над картиной. Некоторые из результатов этой работы вошли потом в книгу «Творческое зрение» (Getzels, Csikszentmihalyi, 1976). С тех пор было опубликовано несколько десятков научных статей по этой тематике. Первой книгой, которая непосредственно описывала феномен потока, была «За пределами скуки и тревоги» (Csikszentmihalyi, 1975). Последняя подборка научных исследований по проблеме потока была представлена в специальном сборнике «Оптимальное переживание: психологические исследования потока в сознании» (Csikszentmihalyi M., Csikszentmihalyi I., 1988).

Метод выборки переживаний. Впервые я использовал эту методику в исследованиях рабочих в 1976 г.; первая публикация о нем появилась в связи с исследованиями подростков (Csikszentmihalyi, Larson, Prescott, 1977). Подробное описание этого метода можно найти в (Csikszentmihalyi, Larson, 1984, 1987).

Практическое применение концепции потока. Описано в первой главе книги «Оптимальное переживание» (Csikszentmihalyi M., Csikszentmihalyi I., 1988).

Цели. Первые попытки объяснения человеческого поведения, предпринятые еще Аристотелем, исходили из того, что действия побуждаются целями. Современная психология показала, что многое в поведении людей может быть объяснено более простыми причинами, часто подсознательными. Таким образом, роль целей в мотивации поведения отодвинулась на второй план. Некоторые исключения представляют работы Альфреда Адлера (Adler, 1956), который полагал, что человек создает иерархию целей, направляющую его решения на протяжении всей жизни. Американские психологи Гордон Олпорт (Allport, 1955) и Абрахам Маслоу (Maslow, 1968) также считали, что по мере того, как удовлетворяются основные нужды человека, его поведение все больше и больше начинает определяться устанавливаемыми им целями. Значение целей признается когнитивной психологией. Так, Миллер, Галантер и Прибрам (Miller, Galanter, Pribram, 1960), Мандлер (Mandler, 1975), Найсер (Neisser, 1976) и Эмде (Emde, 1980) использовали это понятие для объяснения процессов принятия решений и регуляции поведения. Я не утверждаю, что большую часть своего времени люди работают над достижением своих целей, однако полагаю, что только в эти моменты они обретают чувство контроля над собой и своим окружением, которое отсутствует, когда их поведение не регулируется осознанно выбранной целью (Csikszentmihalyi, 1989).