Читать онлайн «Семья и как в ней уцелеть». Страница 55

Джон. Значит, если гомосексуалист не добрался до отцовского берега, он никогда не обернется к матери, не будет «заигрывать» с ней, «не переболеет» Эдиповым комплексом?

Робин. Нет. Он останется на мосту, стремясь к отцу… К отцу, какого хотел бы иметь, в каком нуждался, но какого так и не обрел. Поэтому его будет тянуть к мужчинам, он, «не обернувшись» к матери, не испытав к ней влечения, «упустит» женщину из жизни.

Джон. Вы думаете, что гомосексуалист, по существу, так и ищет любящего отца, от которого получит недостающее?

Робин. В этом главное, хотя, конечно, все сложнее. По многим причинам. Но я вижу в гомосексуалисте человека, не узнавшего нормальных гомосексуальных — что значит распространяющихся на свой пол — теплом и любовью проникнутых отношений с отцом.

Джон. Гомосексуальные отношения… с отцом?

Робин. Я не имею в виду манипуляцию с гениталиями. Но я все же говорю о физическом касании, точнее, о грубоватой шумной возне, наподобие той, какую затевают футболисты, когда кто-то из команды забьет решающий гол.

Джон. Да и вообще не промажет… Значит, тот, кому от отца вдоволь досталось крепких — с любовью «отобранных» — тычков, тот перейдет мост?

Робин. И, между прочим, позаимствует силу и твердость у отца, подчинившись отцовской твердой руке, — мы уже говорили об этом. Он будет чувствовать в себе запас прочности, позволяющий принять ответственность за семью. Мужчине-гомосексуалисту чаще всего не удалось взять препятствие под названием «власть», и всю жизнь он гонится за случаем пережить непережитое, впрочем, ищет символ отцовской власти и силы — пенис мужчины, — а не реальные вещи: твердость, ответственность.

Джон. Вот это мысль! Значит, Вы думаете, мужчинам-гомосексуалистам по нраву чужой пенис, потому что символизирует нечто, чего им недостает?

Робин. Да. Пенис означает отцовскую любовь и сердечность, его заботливую власть и хранящую силу и дальше — чувство, что эта твердая сила воспринята, «присвоена». Откуда желание гомосексуалиста множить опыт с чужим пенисом. Но пенис всего лишь пенис — «главными вещами» гомосексуалист не владеет, он неудовлетворен, ненасытен, переходит от партнера к партнеру.

Разумеется, я говорю о мужчинах, которые добрались до середины моста, удовольствовались этим и отказались от попыток достичь берега. Те же, кто ближе к отцовскому берегу, могут открыть для себя, что отношения с мужчиной, если они глубоко задевают чувства, дают что-то «недоданное» отцом. И вот такие способны перейти мост, включиться в «мужскую команду». Подобная глубокая привязанность к другому мужчине иногда не обходится без физической близости, которая, впрочем, очень часто и не нужна — нужна отеческая сердечность.

Джон. Так, если мужчины и женщины гомосексуального склада растянулись по всему мосту — кто застрял ближе к мужской стороне, кто к женской, — они же могут найти пару среди «своих», приняв, соответственно, мужскую и женскую роли, и благодаря какой-то «несхожести» дополнять друг друга, как это обычно у правильно сориентированной пары?

Робин. Я думаю, Вы правы — могут. Но все же давайте не будем перегружать наш воображаемый мост суетливой толпой. Это все-таки метафора поисков себя, а не партнера.

Джон. Хорошо, но мы практически не говорили о женщинах гомосексуального склада.

Робин. Знаете, специальной психологической литературы о женском гомосексуализме мало, если сравнивать с тем, что написано о гомосексуалистах-мужчинах. Похоже, будто гомосексуальные отношения у женщин рассматриваются как более естественные, не требующие «расследования».

Джон. А что пишут по этому вопросу авторы феминистского толка?

Робин. Они впереди психотерапевтов и считают такие отношения едва ли не нормой. Мой профессиональный опыт убеждает меня, что действительно женский гомосексуализм отличается от распространенного у мужчин: тут подлиннее, что ли, поддержка, любовь. Эти женщины порой и не обращаются за помощью к специалистам. Для многих женщин гомосексуальные отношения, кажется, просто ступень развития.

Джон. Но, подобно мужчинам гомосексуального склада, эти женщины ведь тоже пропустили эпизод «заигрывания» с противоположным полом в семье, они по-прежнему обращены лицом к матери.

Робин. Да, в их случае действует тот же принцип: обычно они ищут — поскольку были лишены — проникнутой любовью физической близости с матерью.

Джон. Так, подводим итог, не выпуская из виду воображаемый мост. На материнском берегу, но чуть поодаль от матери — женственные девочки, на отцовском берегу — мужественные мальчики. Транссексуалы с мужской стороны не покидали материнский берег, с женской стороны — пересекли мост и добрались до отцовского берега. Гомосексуалисты растянулись по всему мосту. Хочу задать Вам последний вопрос. Кажется, сегодня общепризнанным стало мнение, что психологической конституцией, на 100 % гетеросексуальной, могут похвалиться очень немногие. Не будет ли правильнее поместить большинство из нас на мост, иными словами, допустить, что большинство имеет некоторую, возможно, слабо выраженную склонность к гомосексуализму?

Робин. Вот тут метафора немного подводит. Но чтобы она все-таки еще послужила, давайте скажем, что в определенных обстоятельствах мы можем вернуться на более раннюю ступень развития, хотя предпочитаем придерживаться в своем поведении более зрелой. Например, нередко мужчины, надолго изолированные от женщин, — находясь в тюрьме, в море, в закрытом учебном заведении, — вступают в половую связь с мужчинами же, поскольку выбора нет, хотя это мужчины гетеросексуальных «привычек». Но Вы правы, у нормального человека должно быть место всем и всяким чувствам.

Джон. Но он не склонен поддаваться всяким…

Робин. Да. Или он не осознает их, потому что спрятал за «ширму».

Сексуальная политика

Джон. Так, я вижу в Вашем мосту, на всех его участках и на обоих берегах мужчин — по физическим признакам — и женщин. Местоположение индивидов указывает на психологически понимаемую их половую принадлежность. Но в чем психологическое различие между мужчиной и женщиной?

Робин. На этот вопрос чрезвычайно трудно ответить. Вы, разумеется, знаете, что между мужчинами и женщинами — существенная разница, но как только захотите точно — «с линейкой» — определить, где кончается «женственность» и начинается «мужественность», отличие не уловить. Во всяком случае, «замеры» возможны только в отношении «среднего» мужчины и «средней» женщины.

Джон. Конкретная женщина может интересоваться астрофизикой и пускаться в кругосветные плавания чаще другого конкретного мужчины.

Робин. Частичное наложение психологических «дорожек» не исключение — правило, в чем многие не отдают себе отчета. Фактически, психологических отличий у индивидов одного пола набирается больше, чем отличий, определяющих разницу между «средним» мужчиной и «средней» женщиной.

Джон. Значит, какие-то отличия все же установлены?

Робин. Да, хотя слабо доказаны.

Джон. Подождите. Мы говорим о врожденных отличиях или о, так сказать, приобретенных?

Робин. Опять же, чрезвычайно сложно определить, врожденной является некая особенность или объясняется особым, разным в каждом случае воспитанием, которое получают мальчики и девочки. Совершенно очевидно, что если в школе мальчики узнают сведения из области науки и техники, а девочки учатся шить и готовить, мальчики с азартом возьмутся и починят мотоцикл, а у девочек лучше выйдет пирог, они аккуратнее пришьют пуговицы. Разные ожидания и разное воздействие, которые «разводят» мальчиков и девочек в противоположные стороны, столь мощно «включаются» с момента рождения, обнаружившего физическую половую принадлежность ребенка, что трудно доискаться ответа на вопрос о сути врожденных особенностей, отличий.

Джон. Но какие-то найдены?

Робин. Да, однако не забывайте, это только «усредненные» данные. Некоторые отличия врожденного свойства описывает Коринна Хатт, вызывающий у меня доверие наш, британский специалист по этому вопросу. Она упоминает, например, превосходящий у мальчиков уровень энергетического «обмена» — то есть потребления и расхода энергии — и наряду с большей их активностью также большие возможности при решении задач конкретного характера — так сказать, в пределах видимости и осязаемости. Девочки же отличаются превосходящей скоростью в развитии — физическом, умственном, им быстрее даются навыки общения в группе, они быстрее и искуснее овладевают речью. Мужчины, к тому же, агрессивнее женщин. Предпринятый двумя американскими исследователями Маккоби и Джаклин тщательнейший обзор существующей по этому вопросу литературы убеждает в справедливости таких выводов, впрочем, подводит к уточнению: даже различие в способностях к визуально-пространственному и речевому «охвату» предмета, по-видимому, возрастает там, где женщина занимает подчиненное положение, и сглаживается там, где обоим полам гарантирована независимость. Как видите, есть сомнение, что это различие врожденного свойства.