Читать онлайн «Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков Том 2». Страница 247

 Но как тогда все предприятие сие было пустое и производимое для единого препровождения времени; то при сих двух первых листках, которые и поныне у меня целы и тогда мне очень нравились, все дело и осталось, и я за разными другими упражнениями и не продолжал оного далее.

 Кроме сего, успел я в сие время и еще одно дельце сделать. В садах моих поспели около сего времени яблоки и груши, коих в сей год родилось довольно; итак, не упустил я и сего из вида, но в превеликом удовольствии препроводил дни два в снимания оных и прибирание к месту.

 Но и за всем сим оставалось еще довольно времени к свиданию с соседями и к препровождению целых дней в сообществе и собеседовании с оными.

 Нам удалось в сие время побывать у нового своего приятеля и дружелюбного соседа г. Хитрова, и угощать и самого его у себя и чрез то увеличить наше знакомство; а приезжали к нам многие и другие гости. А сверх того удалось мне не только видеть, но и целый день просидеть и с соперником моим генералом князем Горчаковым.

 Случилось сие в Сенине у соседа моего, г. Ладыженского. Он звал нас к себе к празднику Фрола и Лавра, и как услышал я, что будет у него и сей князь, то и поехал я к нему тем охотнее, что мне давно хотелось быть с ним где–нибудь вместе и посмотреть, как он со мною к компании обойдется и станет ли говорить что о межевании, или нет.

 Таким образом ехал я туда с крайнею нетерпеливостью и, наконец, сподобился видеть его сиятельство и вместе с ним обедать.

 Мы провели с ним весь день, против всякого чаяния моего, как приятели, в беспрерывных и приятных разговорах. Он охотник был рассказывать военные дела и бывшие с ним происшествия, а я любил оные слушать.

 Итак, говорили мы все о войне, и хотя ждал я с нетерпеливостью, не начнет ли он говорить о нашем межеванье и споре; однако, к крайнему удивлению моему, не упомянул он о том ни единым словом и мы расстались с ним дружелюбно, но не говоря о том ничего.

 А по крайней мере наслышался я от него о множестве неизвестных мне обстоятельств войны тогдашней, и свидание сие, а может быть и мое снисходительное и дружелюбное с ним обращение, помогло много и к последовавшему после того примирению и полюбовной с ним в рассуждении спора нашего сделке, о чем перескажу вам впредь в свое время.

 По отъезде князя проехали мы с женою из Секина в Дятлово, к госпоже Невской, Дарье Семеновне, и ее сестре, и нашли там тещу мою и обеих хозяек в превеликих суетах.

 У них заводилась тогда свадьба. За старшую дочь госпожи Невской сватался женихе, и на тех днях надлежало быть сговору. И как теща моя была ей близкая родственница, то и помогала она им в приуготовлениях, обыкновенных в таковых случаях.

 Наконец, по долговременном и нетерпеливом ожидании, проснулось сиять наше межеванье, и нам учинена повестка, чтоб все собрались 20 числа августа на нами погост.

 Я не знал что начнет межевщик межевать: наши ли разрезывать пустоши, Ермаковскую ли, иль церковную землю, или иную какую?

 Но как удивился я, когда г. Лыков приехав туда объявил, что станет в тот день межевать совсем не наши земли, а дачу деревни Матюшиной, принадлежащей князю Горчакову, и тотчас туда и поехал.

 Досадно было мне, что пустоши наши оставались и тогда в забвении; но как переменить того было не можно, и настоять на то не было причины, то хотя до Матюшинского межеванья и не было мне никакой нужды, но надеясь, что там будет и Хитров, как смежный владелец и я могу с ним видеться, вздумал и сам туда же ехать.

 Мы нашли там самого князя нас дожидавшегося, а вскоре после того приехал и г. Хитров и началось межеванье.

 Тут имел я случай видеть, что и у господина Лыкова есть голос и где ему надобно, там умел и уговаривать и отвращать споры.

 И тогда мы, усмехавшись, говорили между собою: «вот это знать не с волостными, как у нас. Там язык прилип к гортани, а здесь и велеречив проявилось».

 У князя было два спора с татарскими и савинскими, и мы за ними проваландались не евши и не пивши почти до вечера.

 Наконец, наскучив, поехали домой, оставив князя хлопотать с савинскими. И я, видя что межеванье наших пустошей откладывалось в долгой ящик, приехав домой сталь уже помышлять о езде своей в Кашин и приказывать делать все нужные к тону приготовления.

 Наутрие сделалась ненастная погода, почему и думал я, что в сей день межеванья не будет. Однако в том обманулся и после обеда услышал, что межевщик выехал на межу. И как знал я, что он в сей день прикоснется к церковной земле, а мне была тут в рассуждении отхожего нашего дуга нуждица, то выехал и я на межу.

 Я нашел опять князя, размежевающегося с котовскими и савинскими и дошел вместе с ними до церковной земли, где произошло нечто смешное. Наши попы подрались было с ермаковскими и был у них превелиикий шум и о самой безделке.

 Мы приехали уже поздно домой и завезли с собою межевщика. Тут нашли мы тетку жены моей, госпожу Арцыбышеву, приехавшую к нам, чтоб вместе ехать на сговор к госпоже Невской, которая и ей была родня.

 День к сему назначен был следующий; но как случившееся в оной проливное ненастье не допустило жениха в тот день приехать, то отложен был сговор до другого дни, в которой мы, собравшись, туда и поехали.

 Езда сия была хотя не дальная, но мы имели труда и беспокойств множество. Причиною тому было то, что от бывших в те дни сильных дождей вода на речке нашей так разлилась, как в половодь, и в обыкновенных местах переехать ее было никак не можно; почему и принуждены мы были объезжать кругом на Елкинский завод, и ехать самою пропастною грязью на Савинское.

 Между тем не одно сие меня безпокоило и озабочивало, но и то, что я не знал, не будет ли в сей день опять межеванья, и для того послал на завод спросить о том землемера. Посланный догнал меня на дороге едущего в Дятлово, и сказал, что в сей день будут межевать церковную землю и пустошь Ермакову.

 Сие известие привело меня в великое замешательство. Я не знал, на сговор ли мне ехать или остаться для межеванья: и то и другое было нужно. Там не было никого из мужчин кроме меня, кому бы быть главою и предводителем, а и тут без себя не хотелось мне оставить и потерять землю, которую бы мне получить было можно.

 Обстоятельство сие было следующее: к церковной земле прикасались с одной стороны наш отхожий луг, а с другой — пустошь Ермакова. В обеих сих прикосновенных дачках, по измерению моему, был великий недостаток, а в церковной земле десятин десяток лишних.

 Итак, хотелось мне, чтоб сим излишком наполнить сколько было можно наш луг, и я боялся, чтоб не упустить его в Ермаково; итак надобно было мне опроворить, чтоб у Ермакова с церковною землею спора не было, а связаться бы спором с нею нам только.