Читать онлайн «Полный курс НЛП». Страница 93

Искажение

При построении моделей мы неизбежно искажаем информацию, опуская и обобщая данные. Мы воспринимаем территорию через наши фильтры восприятия. Когда мы встраиваем наши программы, наши «мысли» (репрезентативные системы) перемещаются на более высокий логический уровень в качестве убеждений, ценностей и установок (искажения более высокого уровня). Когда мы «видим» в чем-то потенциал, мы искажаем. Когда мы наделяем что-то значением или ценностью, мы искажаем. Этот процесс моделирования не является ни хорошим, ни плохим, просто наша нервная система таким образом обрабатывает и организует данные. Следовательно, «цвет» существует не во внешнем мире, а внутри нашей нервной системы.

Каждая форма искажения (например, убеждения, ценности, образы восприятия) «организует» нас. Вконечном счете, формат искажения психологически организует саму нашу «суть» или личность (то, как мы думаем, воспринимаем, чувствуем, оцениваем, верим и поступаем). Иначе говоря, наши «карты» рефлексивны в том смысле, что они формируют нас по своему образу. Убеждения и ценности, берущие начало в «картографировании», вызывают у нас «состояния сознания», которые, в свою очередь, определяют, мотивируют нас и управляют нами. Это создает особенности нашей «личности» (Hall & Bodenhamer, 1997b).

Каждая форма искажения (например, убеждения, ценности, образы восприятия) «организует» нас.

Что же является результатом опущений, обобщений и искажений? Внутренняя «карта» мира – парадигма. Мы создаем эту «карту» для того, чтобы перемещаться по реальности. Это объясняет, почему очень интеллектуальные люди могут совершать глупые поступки. У них есть внутренняя «карта», которая потребовала этого! Их «карты» «программируют» или контролируют их восприятие, поведение, коммуникации, навыки, состояния и т. д. Если их «карты» привели к опущению чего-то существенного, к поспешному обобщению принципа, правила или убеждения, к чрезмерному искажению, то программы (стратегии) могут организовать и мотивировать их непродуктивным образом.

Что же является результатом опущений, обобщений и искажений? Внутренняя «карта» мира – парадигма. Мы создаем эту «карту» для того, чтобы перемещаться по реальности.

Эти процессы и знания мы называем стратегиями. Когда мы «запускаем мозг» и нервную систему с определенным образом структурированными и организованными опущениями, обобщениями, искажениями и т. д., наш мозг привыкает «приходить в одно и то же место». Он разрабатывает стратегию, или последовательность использования репрезентативных систем, для создания опыта. По этой причине мы говорим, что каждый опыт имеет внутреннюю структуру. Даже у таких дезорганизованных состояний, как безумие, замешательство, стресс, промедление и т. д., есть определенный специфический сенсорный план.

Стратегии являются просто формальными описаниями того, что мы делаем внутри своей головы и нервной системы для создания конкретного поведения, состоящего из мыслей, эмоций, убеждений, ценностей, состояний, навыков, опыта, коммуникации или чего-нибудь еще. Все виды поведения (обучение, запоминание, мотивация, выбор, коммуникация, изменение и т. д.) являются результатом систематически упорядоченных последовательностей сенсорных репрезентаций.

Все виды поведения (обучение, запоминание, мотивация, выбор, коммуникация, изменение и т. д.) являются результатом систематически упорядоченных последовательностей сенсорных репрезентаций.

В этом простом введении в понятия, составляющие «сознание», «личность» и субъективный опыт человека, описаны неотъемлемые элементы нашего поведения. Теперь нас интересует, как эти элементы объединяются и сочетаются для создания «субъективного опыта».

Наше сознание бродит по разным местам. Вы можете быть в этом уверены! В наших мыслях, эмоциях, нервных процессах, поведении мы иногда чувствуем, как нас перемещает поток сознания. Мы встаем утром, размышляя о своих делах (или делах кого-нибудь другого!), и затем вдруг в сознании возникает мысль, активируя наши воспоминания так, что мы внутренне переносимся в другое место и время… и обнаруживаем, что испытываем интенсивные знакомые эмоции!

Как мы можем исследовать эти изменения и места, в которые нас приводит сознание? Для этого нам надо сосредоточиться на элементах субъективного опыта – на кодировании «мыслей» в терминах сенсорных систем и субмодальных качеств. Нам нужно посмотреть на внутренний «экран сознания» и обратить внимание на кодировки. Если каждое поведение и каждое переживание имеют структуру, то объяснение любого поведения (ключ к любому поведению) лежит в его кодировке. Феноменологически, внутренне мы «осознаем» что-либо в терминах «ощущений», которые первоначально использовали для ввода информации.

Феноменологически, внутренне мы «осознаем» что-либо в терминах «ощущений», которые мы первоначально использовали для ввода информации.

Если эти внутренние репрезентативные системы являются ингредиентами, которые мы смешиваем для создания всего нашего «опыта», включая мышление, стиль мышления, эмоции, поведение, «личность» и т. д., то как эти элементы связаны друг с другом? Какие связи определяют их порядок, последовательность, значение, время использования ит.д.? Этот вопрос приводит нас к следующей области НЛП – к стратегиям. Но перед тем как мы отправимся туда, я хочу задать вам один вопрос. Как НЛП впервые пришло к исследованию течения и движения сознания при помощи модели стратегий?

Когда в начале XX века зародилась современная психология, за признание боролись несколько новых моделей «сознания» и «личности».

Вильгельм Вундт в Германии и американский популяризатор его идей Титчнер представили теоретическую модель, которая, подчеркивая важность сенсорных систем, почти соответствовала модели НЛП. Но Вундт ненавидел практические приложения и мысли о чем-то клиническом как недостойные его – поэтому он сохранял свою модель исключительно теоретической. Согласно Вундту и структурализму, психология должна являться «наукой о разуме». Сегодня мы встречаем многие аспекты его модели в других психологических моделях.

Зигмунд Фрейд из Вены объединил «жесткую науку» медицины с очень «мягким» искусством мифологии и гипноза и создал психоанализ. Его модель начиналась с дикого, примитивного, неконтролируемого ид, исполненного сексуальных, агрессивных, злобных, мятежных сил, а в дополнение к ид Фрейд постулировал наличие двух других сущностей – осознанного эго, которое вносит «принцип реальности», влияющий на ид в попытках ограничить его дикие примитивные побуждения, и суперэго. Затем, когда суперэго все более и более программируется правилами, принятыми дома, в культуре, обществе, на работе и т. д., оно все больше ограничивает иррациональное и абсолютно эгоистичное внутреннее ид. Согласно Фрейду и психоаналитикам (и даже неоаналитикам), психология должна являться «наукой о бессознательном».

Джон Уотсон и бихевиористы придерживались других взглядов. Они предполагали, что в терминах построения научной психологии внутренний «черный ящик» «разума» или «сознания» не имеет значения. Поэтому они направили психологию в совершенно другое русло. Они определили психологию как «науку о поведении». Становясь все более и более влиятельными в 1920-е, 1930-е, 1940-е и 1950-е годы, бихевиоризм и теория научения популяризировали теорию субъективного опыта человека, построенного по принципу «стимул – реакция».

Теория «стимул – реакция» пыталась объяснить функционирование человека исключительно в терминах условных рефлексов. «Этот стимул вызывает эту реакцию». «Это расстройство пищеварения является результатом такого-то конкретного условного рефлекса, выработавшегося тогда-то». Эту модель, основанную, главным образом, на работе русского ученого Павлова, исключительно эффективно популяризировали два человека: Джон Уотсон в начале и Б. Ф. Скиннер в середине XX века. Миллер, Галантер и Прибрам (Miller, Galanter, & Pribram, 1960) пишут:

«Сэр Чарльз Шеррингтон и Иван Петрович Павлов – два человека, которые, наверное, более всего ответственны за утверждение в психологии взгляда на человека как на набор рефлексов типа “стимул – реакция”».